Дэниел Хэммет - Проклятье Дэйнов

Спрятанный Аронией халат с кинжалом они, кстати, уже нашли, и Джозеф сразу заподозрил жену в двойной игре. А когда он узнал, сколько цветочного газа напустила она в комнату Минни-и дюжина призраков не смогла бы разбудить мулатку, - он окончательно уверился в ее предательстве и решил убить: терять все равно нечего.

- Жену-спросил Фицстивен.

- Да. А какая разница На ее месте мог оказаться любой другой-во всей этой истории нет ни капли логики. И не ищите. Вы же прекрасно понимаете-ничего подобного быть не могло.

- А что же тогда было-спросил он озадаченно.

- Не знаю. И никто не знает. Я рассказываю вам, что видел сам, и добавляю те факты из рассказа Аронии, которые не противоречат моим наблюдениям. Если взять их за основу, дело примерно так и происходило. Хотите верить-на здоровье. Лично я не верю. У меня такое ощущение, что я видел то, чего вообще не было.

- Ради Бога! - взмолился он. - Оставьте ваши "но" и "если" на потом. Доведите рассказ до конца, а уже дальше искажайте его, сколько душе угодно-улучшайте, затуманивайте, путайте хоть до умопомрачения. Но сперва закончите-должен же я хоть раз услышать неисправленную версию.

- Вы действительно мне верите-спросил я.

Улыбаясь, он кивнул и заявил, что не только верит, но и получает удовольствие.

- Дитя малое, - сказал я. - Давайте-ка лучше расскажу вам про девочку и волка, который пришел к ее бабушке и...

- До сих пор люблю эту историю, но сперва кончайте свой рассказ. Джозеф решил убить жену...

- Хорошо. Осталось немного. Когда они уже взялись за Минни, я поднялся к ней в комнату-надо было кого-то послать за помощью. Пытаясь ее разбудить, я надышался газа, и помощь потребовалась мне самому. Что касается призрака, то его на меня напустили сами Финки, Джозефа с ними, скорее всего, уже не было-он в это время вел жену вниз. Зачем ему понадобилось связывать ее перед убийством у алтаря. трудно сказать: скорее всего, совсем спятил действительно вообразил, что все сойдет ему с рук. А может, этот спектакль каким-то образом работал на его планы. Или бывшего актера одолела страсть к кровавой трагедии. Как бы там ни было, пока я возился с призраком, Джозеф, видимо, отправился с женой к алтарю.

Призрак заставил меня попотеть, а когда я отделался от него и вывалился в коридор, насели Финки. Это были они, точно знаю, хотя рассмотреть в темноте я ничего не мог. Кое. как отбившись, я добыл пистолет и спустился на этаж ниже. Габриэлы и ее жениха там уже не было. Коллинсона я вскоре отыскал: девушка выманила его на улицу и захлопнула перед носом дверь. В это время сын Холдорнов, мальчик лет тринадцати, прибежал сообщить, что папа вот-вот зарежет маму и что Габриэла находится с ними у алтаря. Холдорна я еле убил. Семь раз выстрелил. Конечно, восьмимиллиметровая пуля в рубашку входит чисто, но я ведь всадил в него семь штук-стрелял в голову и грудь, с близкого расстояния, почти в упор, а он и ухом не повел. Вот до чего себя загипнотизировал! Свалить его удалось лишь ударом кинжала в горло.

Я замолчал.

- Ну и. - -спросил Фицстивен.

- Что "ну и. - -"

- Что было дальше

- Ничего. Вот и весь рассказ. Я предупреждал, что в нем нет никакого смысла.

- А что делала Габриэла

- Сидела у алтаря и любовалась подсветкой.

- Но почему она там сидела Что ее туда привело Пришла по своей воле или заставили Как она там оказалась Зачем

- Не знаю. И она не знает. Я у нее спрашивал. Она вообще не помнит, что делала.

- Но от других-то вы что-нибудь узнали

- Я и рассказываю, что узнал в основном от Аронии Холдорн. Она с мужем основала секту, потом он сошел с ума и принялся убивать-ну и что она могла поделать Финк говорить не будет. Он простой механик, работал у Холдорнов, соорудил всякие приспособления, устраивал фокусы, но что случилось прошлой ночью-об этом он не имеет никакого представления. Да, ночью шумели, но совать нос в чужие дела не в его правилах, а про убийство он впервые услышал, когда приехали полицейские и стали его допрашивать. Слуги вряд ли о чем-то знали, хотя наверняка догадывались. Мануэль, сынишка Холдорнов, сейчас до того напуган, что слова вымолвить не может, но от него мы тоже ничего не добьемся. Такая вот картина: Джозеф свихнулся и совершил убийство, а все остальные чисты перед законом, поскольку, если и помогали ему, то непреднамеренно. Им грозит лишь небольшой срок за участие в храмовом мошенничестве. А признайся хоть один, что о чем-нибудь знал, и он сразу станет соучастником убийства. Естественно, никто на это не пойдет.

- Понятно, - медленно произнес Фицстивен. - Джозеф мертв, значит, виноват один Джозеф. Ну и что вы будете делать

- Ничего, - ответил я. - Пусть попробует разобраться полиция. Мадисон Эндрюс объявил мне, что моя работа окончена.

- Но если вы недовольны результатами, если не выяснили полную правду, вам, казалось бы...

- Уже не мне. Я бы кое-что еще сделал, но Эндрюс нанял меня охранять Габриэлу в Храме. Теперь ее увезли, и выяснять, он считает, больше нечего. Если же девушке снова понадобится охрана, то голова пусть болит у мужа.

- У кого

- У мужа.

Фицстивен стукнул кружкой по столу, так что выплеснулось пиво.

- Вот те на, - сказал он сердито. - Чего же было молчать Бог знает, сколько всего вы мне не рассказали.

- Воспользовавшись суматохой, Коллинсон увез ее в Рино, где им не придется три дня ждать разрешения на брак, как в Калифорнии. Я и сам не знал-мне сказал Эндрюс часа через три-четыре после их отъезда. Он был несколько грубоват, что и послужило одной из причин нашего разрыва.

- А разве он против ее брака с Коллинсоном

- Насколько я знаю-нет, но он считает, что надо это делать не сейчас и не таким манером.

- Я его понимаю, - сказал Фицстивен, когда мы встали из-за стола. - Эндрюс любит, чтобы было так, как хочет он.

5. ТРОПИНКА НА СКАЛЕ

Эрик Коллинсон телеграфировал мне из Кесады:

"Немедленно приезжайте тчк Беда опасность тчк Ждите меня гостинице Сансет тчк Отвечать не надо тчк Габриэла не должна знать тчк Поспешите Эрик Картер".

Телеграмма пришла в агентство утром в пятницу.

Утром меня в Сан-Франциско не было. Я был в Мартинесе, торговался с бывшей женой Фила Лича, известного также под многими другими именами. Он завалил Северо-Запад самодельной валютой, и мы разыскивали его с большим усердием. У его бывшей жены, телефонистки, милой маленькой блондиночки, была сравнительно свежая фотография Фила, и она желала ее продать.

- Он меня так не уважал, что даже липовый чек на тряпки боялся выписать, - пожаловалась она. - Самой приходилось зарабатывать. Так почему мне теперь на нем не заработать, когда какая-нибудь шлюха купается в деньгах Сколько вы за нее дадите

Она, конечно, преувеличивала ценность этой фотографии, но в конце концов я с ней сторговался. В город я вернулся уже в седьмом часу и на вечерний поезд не успел. Я собрал чемодан, вывел из гаража машину и поехал.