Фридрих Незнанский - Живая бомба

Елена Вадимовна внесла в гостиную поднос с кофе и печеньем и поставила на журнальный столик.

Владимир Дмитриевич сидел на диване и с абсолютно серьезным видом (что совершенно необычно для мужчины) листал «Космополитен». Увидев хозяйку, он отложил журнал в сторону и придвинулся к столику.

Кофе был горячим. Гость пригубил, поставил чашку на стол и сказал:

— Пусть немного остынет. А пока мы с вами поговорим. Насколько я понял, Елена Вадимовна, вы обдумали мое предложение и решили дать положительный ответ. Так?

— Совершенно верно, — кивнула Елена Вадимовна.

Что ж, я искренне рад, что вы согласились. Фирмой, которую нам с вами предстоит прибрать к своим рукам…

— К вашим рукам, — поправила Елена Вадимовна.

Гость кивнул:

— О да! К нашим! Так вот, фирмой, которую мы с вашей помощью хотим прибрать к своим рукам, владеет мой бывший компаньон по бизнесу. В свое время он здорово подвёл меня, и теперь…

— Теперь вы хотите ему отомстить?

Не отомстить. — Гость покачал головой. — А всего лишь вернуть свое. То, что я по его милости потерял. Как видите, с точки зрения морали здесь все в ажуре. Но чтобы запустить механизм захвата предприятия, нам нужна ваша помощь, Елена Вадимовна. Теперь давайте обсудим процедурные вопросы. Итак, вам предстоит…

Гость еще раз — четко и подробно — изложил суть дела. Елена Вадимовна слушала его внимательно, не перебивая. Когда он закончил, она кивнула и сказала:

— Вы напрасно пускались в столь пространные объяснения. Смею вас уверить, что я прекрасно представляю себе эту сторону вопроса. Вы ведь не зря ко мне обратились и знаете, что такие дела мне не в новинку.

— О да! Правда, поспособствовать передаче фирмы «Ракета» в другие, более надежные, чем у Бойко, руки у вас не совсем получилось.

— Это не моя вина, — возразила Елена Вадимовна. — Свою часть работы я выполнила. Извините за грубость, но я не могу отвечать за каждого дурака, участвующего в деле.

— Разумеется, — согласился гость. — Я просто не так выразился. Итак, теперь, когда процедурные вопросы решены, перейдем к финансовым.

Владимир Дмитриевич поднял с пола кейс, раскрыл его и выложил на стол две пачки долларов, перетянутые резинкой.

— Здесь десять тысяч, — сказал он. — Это аванс. Остальное — по результату.

Елена Вадимовна кивнула, придвинула к себе одну пачку, сняла резинку и принялась пересчитывать деньги. Покончив с первой пачкой, она взялась за вторую. Гость терпеливо ожидал окончания подсчетов, потягивая из чашки остывший кофе.

— Ну что? — спросил гость, когда Елена Вадимовна закончила считать. — Все в порядке?

— Да, вполне.

— В таком случае мне пора.

Гость залпом допил кофе и поднялся с кресла.'

Елена Вадимовна проводила гостя в прихожую. И в этот момент в дверь позвонили. Елена Вадимовна сделала движение в направлении к двери, но гость остановил ее жестом.

— Я открою, — сказал он.

— Подождите! — запротестовала Елена Вадимовна, однако гость ее не послушал.

Замок дважды сухо щелкнул, и дверь распахнулась. На пороге стояли четверо мужчин в штатском. Елена Вадимовна посмотрела на незваных гостей, затем перевела изумленный взгляд на Владимира Дмитриевича.

— Вы… вы… — Она судорожно сглотнула слюну. — Вы подставили меня… Сволочи, вы меня подставили!

Владимир Дмитриевич Поремский, ни слова не говоря, посторонился, и четверо мужчин вошли в квартиру.

— Мне плохо, — сказала Елена Вадимовна и покачнулась. — Воздуху… — с трудом произнесла она. — На балкон…

Поремский поддержал ее за руку, и они вместе двинулись к балкону.

На балконе Елена Вадимовна отстранила от себя Поремского. Брезгливо на него посмотрела и сказала:

— Мне нужна сигарета.

Поремский замялся.

— Черт возьми, люди вы или кто?! — яростно проговорила Елена Вадимовна. — Принесите мне сигареты, или я слова вам не скажу! Там, на столике, в гостиной!

Поремский кивнул и пошел за сигаретами.

В тот момент, когда он вошел в гостиную, один из мужчин вдруг вскрикнул и бросился к балкону. Поремский побежал за ним.

Когда он оказался у балкона, Елены Вадимовны Перекрест на нем уже не было. Внизу закричали люди. Где-то далеко залаяла собака. Поремский с трудом заставил себя приблизиться, к перилам балкона и посмотреть вниз.

Елена Вадимовна Перекрест лежала на асфальте. Вокруг ее головы медленно расползалось темное, страшное пятно.

Когда Меркулов заглянул в кабинет Поремского, тот сидел с хмурым видом и, уставившись в стол, гонял пальцем по столу карандаш.

— Володь, рабочий день закончился. Чего домой не идешь?

— Сейчас пойду, — не глядя на шефа, ответил Поремский.

Меркулов вошел в кабинет и плотно притворил за собой дверь. Прошел к столу и выставил на стол бумажный пакет.

— У меня тут кое-что с собой, — сказал он. — Конечно, это не на пользу субординации. Ну да черт с ней, с субординацией. Доставай рюмки.

Поремский посмотрел на шефа и улыбнулся.

— Константин Дмитриевич, откуда здесь взяться рюмкам?

Тогда давай стаканы. Стаканы-то у тебя найдутся?

— Только для чая и кофе.

Меркулов мрачно усмехнулся.

— Эти сказки оставь для Камелькова с Никитиной, — сказал он. — Они небось до сих пор в сказки верят. А мне лапшу на уши не вешай.

— Ладно, сейчас достану.

Через пять минут начальник и подчиненный сидели за столом, уставленным открытыми консервами. Посреди стола стояла бутылка «Гжелки». Мужчины уже успели выпить по одной.

— Ситуация серьезная, — продолжил уже начатый разговор Меркулов. — Ведь, по сути, эти господа сводят все усилия правительства по стабилизации экономической ситуации в России на нет. Да, собственно, они и заменили собой государство. Посуди сам, как бизнесмены могут уберечь свое имущество от захвата? С помощью суда? Нет. С помощью властных структур? Опять же нет. Что им остается?

— Известно что, Константин Дмитриевич. Если власть не может защитить частную собственность, то люди бизнеса будут искать альтернативные методы защиты. А это всегда сильные преступные синдикаты и преступные авторитеты, выступающие в роли своеобразных арбитров при разрешении споров, которые не в силах разрешить официальная власть.

Меркулов поднял палец:

— Вот именно. Бизнесмены грудью встают на защиту своих интересов, обращаясь для этого хоть к Богу, хоть к Дьяволу, хоть к преступным группировкам. И их можно понять. Другое дело, что такой подход будет взращивать теневое государство, обладающее своими… чисто бандитскими методами принуждения. Если так будет продолжаться и дальше, то очень скоро теневое государство будет конкурировать с официальным. Такая тенденция намечалась еще в начале девяностых годов. Впрочем… — Меркулов с сожалением посмотрел на Поремского. — Ты ведь тогда еще из рогатки по воробьям стрелял, откуда тебе помнить?