Алексей Макеев - Смертельный архив

– Откуда знаешь?

Димка отвечать не хотел – морщился, долго молчал, – но заговорил:

– Конфликт был у Хорошевского с Князем. Завод не поделили, что ли… короче, следили за коммерсом: выясняли, что, где, с кем…

– Зачем? – капитан знал ответ.

– «Валить» собирались, – Харон не повернулся. – Князь тогда с катушек слетел, до этого никто не осмеливался его «швырнуть» так нагло.

– И что помешало?

– Договорились вроде. Не мое дело – не интересовался.

– Понятно… – Звонарев повернулся к окну.

Из здания выходили люди, им навстречу шли другие… Бизнес процветал – минуты не проходило, чтобы красивая пластиковая дверь, открываясь, не сверкнула на солнце. На парковке копились машины.

– Если Круча нападет здесь…

– Не нападет. Его вообще нет, – Харон указал на машину бойцов. – Послал опытных, но сам не поехал. Возможно, пройдет гладко…

– Знаешь парней?

– Видел в спортзале. Вроде из одного отряда: сработались, действуют слаженно.

– Хорошо бы…

– Внимание! – Звонарев увидел, как напряглись пальцы водителя. – Объект вышел!

На небольшой лестнице, ведущей к дверям, стоял невысокий молодой парень в дорогом деловом костюме; прикурив сигарету, он, не оглядываясь, пошел вниз по улице.

Первым двинулся «Ниссан», через пару метров «Ленд Крузер». Димка хмурился, почти не глядя на дорогу – все его внимание было приковано к парню.

– Чего так смотришь? – Звонарев удивленно приподнял брови.

– Слишком спокойный…

– И что?

– Обычно так себя не ведут: крутят башкой, улыбаются мыслям или хмурятся… короче, чего-нибудь делают. Этот… ровный, – Харон покачал головой. – Не нравится мне.

Тут «Ниссан» резко вильнул вправо и остановился, едва не шаркнув колесами по бордюру. Джип остановился сзади – через приоткрытое окно Звонарев мог слышать разговор:

– Слушай, дружище… – хрипловато, но добродушно донеслось из первой машины. – Подскажи, пожалуйста, как нам до Бебеля ехать? Из другого города, понять не можем.

– Надо развернуться и все время прямо. Там указатель будет, – так же добродушно ответил парень, но капитан понял, о чем толковал Димка: видел, как мгновенно напружинились ноги, как вздулась вена на сильной, тренированной шее…

– Покажи… – пассажирская дверца «Ниссана» открылась, вышел небритый здоровячок с картой в руках.

Харон среагировал первым – открыл дверцу и заорал:

– Назад, у него «перо»!

Звонарев видел – блеснув, из рукава парня скользнула в ладонь тонкая, похожая на спицу сталь.

Парень быстро повернулся и вошел в арку: так быстро, что никто сообразить не успел – только через пару секунд дверцы машины синхронно открылись, и четверо бойцов кинулись в погоню. Харон склонился над первым – ненужная карта валялся рядом, слабо шевелясь от незаметного ветерка.

– Что? – приблизился капитан.

– Готов, – Димка раздраженно сплюнул, – четко в сонную бил.

– Догонят?

– Сказал бы «да», но… уйдет, наверное.

– Поможем?

– Вперед!

Димка прыгнул за руль, капитан на пассажирское. Взвизгнув, джип сорвался с места.

– Ты куда? – Звонарев с трудом пристегнулся.

– Из этого двора один выход: там перехватим.

– Откуда знаешь?

– Подступы к офису Хорошевского мы тоже изучили. Держись!

Предупредил вовремя – скрипя резиной, джип вошел в крутой поворот, едва не столкнувшись с потрепанной «восьмеркой». Водитель – пожилой мужик – яростно загудел, Димка не обратил внимания.

– Вот он! – крикнул Звонарев, разглядев дорогой костюм.

– Ага… – Харон, не сбавляя скорости, выскочил на тротуар. Прохожие с криками бросились из-под колес…

Парень заметил летевшие на него две тонны ярости. Попытался перейти дорогу, укрывшись за припаркованными машинами… не успел. Оставляя на сером асфальте жирный черный след, джип останавливался – и, почти встав, ударил левым крылом. Парень отлетел к обочине, врезался спиной в старую «Тойоту» и затих.

– Грузим! – Харон первым вылез из «Крузера». Вдвоем они подхватили бесчувственное тело и, как мешок цемента, бросили в багажник.

– Атас, пацаны!

Слова резанули – вряд ли такое могли кричать кому-то еще… Звонарев обернулся: один из четверки бойцов, кинувшихся в погоню, указывал рукой на дорогу… по которой, нарушая все правила, неслись два массивных, хищных «Лексуса». Из пассажирского окна первой машины торчала рука с пистолетом.

– Уходим. – Димка казался спокойным. – Доставай «ствол», пробуй сбить колеса… – Выжав газ до упора, он заставил джип рвануться вперед.

Звонарев вытащил из-за ремня пистолет, взвел курок, вылез… первые два выстрела ушли мимо, третий попал в бампер. Харон крутил рулем, бросая машину из стороны в сторону – плотный траффик не давал разогнаться, приходилось лавировать на грани аварии, капитан никак не мог прицелиться. Зато вражеский боец оказался точнее: три раза выстрелил – все три пули впились в приборную панель, разбив магнитолу и оставив на белом пластике уродливые дыры.

– Суки! – Димка стукнул ладонью. – Ладно! Рули!

Звонарев едва успел перехватить влажный руль – Харон перегнулся назад и взял винтовку. Дослал патрон в патронник – и вылез в люк. За шумом улицы, за истеричными гудками подрезанных водителей и криками прохожих капитан не слышал выстрелов и не мог посмотреть, попадает ли Димка… обернулся только раз – и успел заметить, как первый «Лексус» на полном ходу вильнул влево и «поцеловался» с трамваем. Битые стекла полетели на дорогу фонтаном искр. Димка залез обратно, перехватил руль:

– Патроны кончились.

Второй «Лексус» шел бампер в бампер, словно приклеенный. У «Ленд Крузера» давно не было заднего стекла, кожа на сиденьях висела клочьями, а пули – все новые и новые – продолжали бить в железо.

– Дай пистолет, – Харон протянул руку, капитан вложил в ладонь рифленую рукоятку.

– Что задумал?

Не отвечая, Димка потянул ручник и послал воющую машину боком; чуть не перевернувшись, джип остановился.

Звонарев пригнулся в последний момент – Харон направил в пассажирское окно оба ствола. Захлопали выстрелы – частые, будто автоматная очередь… Через минуту Димка спокойно разжал руки – дымящиеся пистолеты упали на коврик, – опустил ручник и поехал. Поднявший голову капитан видел, что «Лексус» ткнулся мордой в фонарный столб, из капота валит пар, а лобовое стекло испещрено стрелами трещин. Водительское окно полностью опущено – из него свисает рука с золотыми часами…

Изуродованный «Ленд Крузер» несся знакомой дорогой – к складу, где мешки с мукой или сахаром, а посередине одинокий стул… Проезжали мимо церкви – капитан перекрестился и – впервые! – не почувствовал особого трепета.