Рейчел Эббот - Только невинные

Что ж, может быть, в этом и есть какая-то доля истины, подумала Стелла. Но тогда ее зять был еще большим чудовищем, чем она воображала. Она взяла с тарелки тост, густо намазала его джемом и отложила в сторону. Есть ей совсем расхотелось.

– Извини, Имоджен, но все это как-то слишком натянуто. Зачем ему это делать? И что сказала Лора о твоей странной теории?

– Лора тогда находилась под влиянием Хьюго. И она тоже не поверила мне насчет рогипнола. Сказала, чтобы я ей больше не звонила, а я была так расстроена, что и действительно больше не стала звонить. Я много раз пыталась объяснить все Уиллу, но и его не убедила, как и тебя. К тому времени я поняла, что могло заставить Хьюго проделать всю эту операцию. За несколько дней до того, как он пригласил нас на обед, я разговаривала с Лорой по телефону. Она буквально плакала в трубку – по-настоящему. Сказала, что ей обязательно нужно мне что-то рассказать. Я попыталась добиться от нее, что случилось, но она только всхлипывала и говорила, что не может сказать этого по телефону. Я предложила приехать прямо сейчас, но она уговорила меня подождать, пока не будет Хьюго – он должен был улететь в Париж через пару недель. Тогда она и собиралась мне все рассказать, и не только рассказать, но и что-то показать. Здесь, в Оксфордшире. Как раз когда мы обо всем договорились, она вдруг ахнула и прошептала: «Черт! Я больше не могу говорить! Господи, хоть бы он ничего не слышал!» И повесила трубку. В результате мы так и не встретились; подоспело это приглашение, а когда я приехала в Оксфордшир, нас с ней ни на минуту не оставляли наедине.

– Значит, ты думаешь, что Хьюго вас подслушал и ему не понравилось, что Лора хочет тебе что-то рассказать? – с сомнением спросила Стелла. – Или что у нее вообще есть близкая подруга, с которой она может поделиться? По-твоему, он разработал этот изощренный план, чтобы просто разбить вашу дружбу?

– Да, Стелла, так я и считаю. И его план сработал.

– И что Лора думает по этому поводу сейчас?

Ни Стелла, ни Имоджен не услышали, как в кухню вошла сама Лора. Судя по всему, она слушала их разговор уже несколько минут.

– Это правда, мама. Все до последнего слова. Ты не знаешь, на что был способен Хьюго. Это еще самое меньшее из его преступлений.

Бекки, которая тоже только что вошла в дом и была на полпути к кухне, остановилась как вкопанная. Она приехала всего пару минут назад и у входа столкнулась с миссис Беннет, которая, наклонившись в три погибели, оттирала ступеньки крыльца. Не желая ее отрывать, Бекки сказала, что вполне может найти дорогу до кухни сама и посмотреть, не проснулся ли кто из домочадцев.

Дверь, ведущая из коридора в основные помещения, была открыта и подперта старинной подставкой для зонтов. Произнеся слова, которые произвели такой эффект на Бекки, Лора закрыла за собой дверь кухни, и голоса говорящих стали более приглушенными. Бекки ужасно не нравилось подслушивать, но она напомнила себе, что прежде всего она офицер полиции и это нужно для расследования дела. Поэтому осторожно сделала несколько шагов по направлению к кухне и замерла. Лора, Стелла и Имоджен (их голоса Бекки запомнила еще вчера) разговаривали на повышенных тонах, и разобрать их слова было довольно легко. Стелла заговорила первой:

– Думаю, тебе известно, Лора, что мне никогда не нравился твой брак. Но ты мне вообще ничего не рассказывала. Ни одного слова против Хьюго за все эти годы. И теперь я наконец желаю знать, какого черта происходило в вашей семье. Что ты имеешь в виду – самое меньшее из его преступлений?

– Пожалуйста, мама, давай не будем сейчас об этом. Я знаю, что ты не любила Хьюго. Я могу сколько угодно разыгрывать перед всем миром роль безутешной вдовы, но не собираюсь притворяться перед тобой.

Имоджен что-то проговорила, но Бекки ее не расслышала.

– Нет, Имо, не перебивай меня. Она моя мать и должна знать, что я очень рада смерти Хьюго. Нет нужды копаться в прошлом, да я и не хочу этого делать. Но это факт, и давайте уже закончим с этой темой.

Снова вступила Стелла. Должно быть, она сидит лицом к двери, поняла Бекки, поэтому ее слышно лучше.

– И это все, что ты хочешь мне сказать? Что такого ты собиралась рассказать Имоджен, из-за чего Хьюго так встревожился? Почему ты ничего не сказала Уиллу? Лора, я не знаю, что мне думать.

– Мама, это совершенно не имеет значения. Все давно в прошлом, и я не хочу снова в это погружаться. Когда Имоджен позвонила мне и рассказала о рогипноле, я ей не поверила. Я не хотела и не могла ей поверить. Как бы я тогда смогла жить со своим мужем? Но потом заподозрила, что он использовал этот препарат и со мной, несколько раз. Этот или другой. Нет, не надо на меня так смотреть. Не для того, чтобы меня изнасиловать. Он делал это, когда хотел, чтобы я была послушной и безвольной. Мне понадобилось много времени, чтобы понять, что Имоджен была права. Я, конечно, очень перед ней виновата, и она это знает, но, когда наконец все осознала, было уже слишком поздно.

– А откуда, интересно, она это знает, если после того случая вы с ней не общались и не встречались? Вчера у вас не было времени как следует поговорить, к тому же вас все время прерывали. Я что-то пропустила, скажите мне на милость?

Возникла напряженная пауза. Бекки боялась пошевелиться, чтобы не выдать себя.

– Извини, Стелла. Мы сказали тебе неправду. Мы с Лорой поддерживали связь последние года полтора, с тех пор, как она во второй раз оказалась в этом ужасном месте. Мы не хотели, чтобы кто-то об этом знал, потому что тогда мог случайно узнать и Хьюго. Мы общались по Интернету – в больнице разрешалось им пользоваться. Они заблокировали электронную почту, но почему-то совершенно забыли, что связываться с людьми можно и через социальные сети.

Кажется, Стелла это тоже не совсем поняла, но Имоджен все равно продолжила:

– Я была уверена, что с Лорой все в порядке и у нее нет никакого расстройства. Но она сдалась и перестала бороться, и мне захотелось ее поддержать. Вновь пробудить к жизни того человека, которого этот подонок изо всех сил старался угробить.

В этих словах послышалась такая неприкрытая ненависть, что в кухне воцарилось молчание. Наконец Стелла заговорила снова.

– Имоджен, – торжественно произнесла она, – я хочу, чтобы ты сказала мне чистую правду. Это ты убила Хьюго?

Ответ Имоджен последовал буквально через доли секунды.

– Нет, Стелла. Честно и от всего сердца – это не я. Хотя я искренне желала ему смерти. Такой человек не заслуживает жизни на земле.

В этот момент Бекки уловила какое-то движение позади себя. Миссис Беннет, видимо, закончила с крыльцом и возвращалась обратно. К счастью, в коридоре было темно, и домработница ее не заметила, но еще пара секунд – и ее присутствие будет обнаружено. Бекки быстро толкнула дверь в кухню, беззаботно напевая какую-то мелодию, и изо всех сил постаралась изобразить удивление.