Марина Серова - Ритуал привлечения денег

– Вот только спустись, скотина, только спустись! Я тебе устрою Халхин-Гол. Ты у меня почище япошек запоешь!

Проследив за взглядом старичка, я увидела пушистого рыжего кота, уютно устроившегося на ветках. На угрозы старичка он никак не реагировал. Видимо, животное прекрасно понимало, что добраться до него старичку не удастся.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я. – Простите, не могли бы вы мне помочь?

– Самому бы кто помог, – оборачиваясь на звук моего голоса, проворчал старичок. – Видишь вот эту скотину? Второй день на дереве сидит, никак я его не подкараулю. У, зараза, одни беды через тебя!

Старичок угрожающе вскинул кулак, грозя коту. Рыжий фыркнул в ответ и демонстративно отвернулся.

– Это ваш кот? – поинтересовалась я.

– А то чей же? Стал бы я за чужой животиной охотиться, – продолжал ворчать старик.

– Из дома сбежал? – посочувствовала я.

– Сбежал, – подтвердил мою догадку старичок. – Нагадил в прихожей и улизнул. Теперь вот ждет, пока с меня пыл сойдет. Он, скотина такая, всегда так делает. Нашкодит, и на дерево. А я стою тут как дурак, уговариваю его.

– А вы не уговаривайте, – посоветовала я. – Посидит, посидит и назад вернется.

– Да как же не уговаривать? Один он у меня, родни почитай уж лет десять как нет. Старуха померла, сын в аварию попал, разбился насмерть. Внуков не дождался. Вдвоем с Рыцарем живем. А что, если его обидит кто? Человек дурной попадется или собаки загрызут, что тогда делать буду, а? – скорбно произнес старичок.

– Тогда его не угрозами, а лакомством приманивать нужно, – предложила я. – Что он у вас больше всего любит?

– Шоколад, – дал неожиданный ответ старичок.

– Шоколад? Что же, он рыбе и сметане сладкое предпочитает?

– Так и есть. Как услышит шелест фольги, так аж шерсть у него дыбом встает, – ответил старичок.

– Так купите шоколадку и выманите Рыцаря с дерева, – снова предложила я.

– Давно бы уж так и сделал, только до пенсии еще неделю жить, а денег шиш да маленько. А он, Рыцарь-то, после шоколада посытнее еду просить станет. Да и мне еще чем-то питаться надо будет, – жаловался старичок.

Я посмотрела на Рыцаря, на старичка и спросила:

– Магазин у вас далеко?

– За углом, – сообщил старичок. – А ты, никак, помочь решила?

Не пускаясь в длинные объяснения, я направилась в ближайший магазин. Вернулась я довольно быстро. Старичок продолжал стоять возле дерева и уговаривать Рыцаря спуститься.

– Идем домой, окаянный. Я тебе суп «килечный» сварганю. Вместе похлебаем, – вещал старик.

Рыцарь на компромисс идти не желал. Я сняла обертку с шоколада, купленного в магазине, и утрированно громко зашелестела фольгой. Рыцарь навострил уши и обернулся. Я продемонстрировала ему плитку шоколада.

– Спускайся, дружок. Угощение стынет, – позвала я.

Рыцарь опасливо покосился на хозяина. Старичок намеренно отошел от дерева на три шага. Рыцарь потянул воздух носом, приподнялся, выгнул спину и начал медленный спуск. Я подбадривала его шелестом фольги. Когда Рыцарь оказался на расстоянии вытянутой руки от меня, я положила кусочек шоколада на ладонь и протянула ему. Кот снова покосился на хозяина. Старичок, казалось, полностью утратил интерес к нам. Кот облизнулся и схватил угощение с ладони. Не успела я и глазом моргнуть, а мой новый знакомый подскочил к дереву, изловчился и схватил беглеца в охапку. Поняв, что хозяин обхитрил его, Рыцарь сердито мяукнул, дернулся пару раз и затих.

– Так-то лучше, – довольный собой, произнес старичок. – Пойдем домой, окаянец. У меня уж ноги затекли караулить тебя.

Я стояла и улыбалась. «Все-таки приятно людям помогать!» – думала я. Старик поплелся к подъезду, говоря на ходу:

– Пойдем, дочка, чаем тебя напою. Чай у меня отменный. На травах. Ты такой вкуснотищи больше нигде не отведаешь.

Я не возражала. Чай так чай. Заодно и побеседуем.

Мы расположились за кухонным столом. Рыцарь слопал половину плитки шоколада и принялся за обещанный «килечный» суп. Старичок заварил в пузатом чайнике ароматные листья черной смородины, добавил ягоды шиповника и разлил напиток по чашкам. Сделав пару глотков, я искренне похвалила:

– Вкусный у вас чай.

– Ну так! Это тебе не магазинные опилки, – радостно закивал головой старичок. – Пей, не стесняйся, я еще подолью. Тебя как звать-то?

– Татьяна, – представилась я.

– А я Егор Кузьмич, – назвал себя старичок. – Ты чего в нашем дворе забыла-то? Ищешь кого?

– Ищу, Егор Кузьмич, – призналась я. – К Дронову, с пятого этажа, пришла. А его дома нет. Соседям звонила, да не открыл никто.

– И не откроют. В нашем подъезде почти все квартиры пустуют, – сообщил старичок. – Прежние жильцы поумирали, а новые не завелись. Дом наш под снос готовят, жильцов расселяют. Во всем доме человек двадцать всего осталось. Да скоро и нас выселят.

– Так вот в чем дело, – протянула я. – А я-то голову ломаю, куда все жильцы подевались. И куда ж вас расселяют?

– В разные места. Кого в многоэтажки селят, кого в такие же старые хрущевки. А те, что еще живут, дома собственные просят. Только власти не торопятся наши запросы удовлетворять. Вот мне, например, предлагали домик в районном центре. Так я не согласился.

– Отчего же не согласились?

– А ты дом этот видела? – Я отрицательно покачала головой, старичок удовлетворенно кивнул. – Вот то-то и оно! Это ведь не дом, а развалина. Куда мне на старости лет такой? Ни крыльца, ни окон. Крыша течет, подсобных помещений никаких. И что я с ним делать буду? Они говорят «восстановишь». А на какие шиши? Нет, вы мне добротный дом предоставьте, тогда я и подпишу ваши бумажки!

Старичок распалился, будто беседу вел не со мной, а с воображаемыми представителями власти. Я сочувственно кивала, соглашаясь с доводами старичка. Вдруг он подозрительно прищурился и спросил:

– А ты, дочка, часом, не из этих будешь?

– Из каких «из этих»? – переспросила я.

– Да из администрации. Дрон тоже домика ждет, бумаги подписывать не соглашается. Ты вот скажи, за какой такой надобностью к Дрону пришла? – пошел в наступление старичок.

Я поняла, что если немедленно не придумаю более или менее правдоподобную причину своего визита, то старик устроит Халхин-Гол не коту, а мне. Чтобы выиграть немного времени, я снова отхлебнула из чашки и потянулась к пузатому чайнику, делая вид, что собираюсь добавить кипятка. Старик опередил меня. Схватив чайник, он отставил его в сторону:

– Погоди, дочка, посуду хватать. Я ведь своим чайком кого попало не пою. Говори, что в нашем доме забыла!

– Не волнуйтесь вы так, Егор Кузьмич, – попыталась я успокоить старичка. – К программе расселения я никакого отношения не имею. А к Дронову пришла по личной просьбе Натальи. Это дочь его.