Алексей Тарабрин - Женщины и преступность

Уже издали она рассмотрела, что за нужным ей столиком, стоявшим несколько обособленно (столик для особо почетных и богатых гостей), сидел только один мужчина. Им оказался пожилой, лет пятидесяти грек. Костюм на нем был не просто добротным, а шикарным.

Он сделал приглашающий жест. Она тут же села на указанный стул. Грек спросил, выпьет ли она с ним? Вика кивнула и для убедительности подтвердила согласие фразой по-гречески. Мужчину это приятно удивило. Он тут же спросил" а насколько свободно она владеет языком? Тут Вика смущенно улыбнулась, ответив, что для нее проще изъясняться на английском. Кое-что осталось от школы, кое в чем преуспела уже здесь. Мужчина тут же перешел на английский.

Потом они уехали к нему. Ночь прошла на какой-то яхте, пришвартованной у пирса. Это было достаточно шикарное судно. Ощущалось, что его владелец состоятельный человек. Фанус, как звали грека, таковым и оказался. Он владел в городе несколькими магазинами и гостиницами. Примерно месяц назад в автокатастрофе разбилась его любовница, тоже из рашен герлс. Он содержал ее около года. Купил для нее дом, машину... Правда, от машины после аварии не осталось ничего. Но дом был в целости и ждал новую хозяйку.

"Вы очень похожи на Алину, - сказал грек. - Когда я увидел вас, мне показалось, что небо сжалилось надо мной и вернуло ее назад... Вы и в самом деле хорошая девушка. Мне бы хотелось, чтобы вы остались со мной..."

"А что на это скажут в кабаре? У меня с ними договор..."

"Это не должно вас волновать. Я все устрою..."

И действительно, вскоре все устроилось так, что лучшего и желать не стоило. Вика стала единственной обитательницей отдельного домика на побережье. И первую неделю, когда Фануса не было, она просто отсыпалась. Валялась в чистой, просторной постели, гуляла в небольшом садике. В общем, наслаждалась отдыхом, бездельем и полт. ной свободой, но в четырех стенах. Она так и оставалась пленницей, хотя и в более цивильной клетке и не общего, а индивидуального пользования.

К приходу нового хозяина Вика старалась, быть в полной форме. Встречала его как настоящая хозяйка, по крайней мере пыталась создавать такую иллюзию. Но это была только игра. И Фанус это сразу заметил, оценил.

"Вика, я понимаю ваше состояние, - сказал он однажды. - Мне бы не хотелось, чтобы вы в чем-то были ущемлены. Мы это исправим. Вы совершенно вольны и можете от меня уйти. Я не потребую с вас тех денег, которые пришлось заплатить хозяину кабаре. Но вряд ли вы, русская девушка, сможете найти здесь хорошую работу. Это станет возможным, если принять гражданство. И даже тогда, как это говорят у вас, русских, не всегда улыбнется удача. Лучше будем считать, что вы работаете у меня, скажем, домоуправительницей... Я буду платить вам содержание".

"Но у меня нет никаких документов, - остудила пыл своего добродетеля девушка. - Все осталось в кабаре. Мне сказали, что за вид на жительство, за все платила фирма. Потому все мои бумаги останутся у них, пока я их не выкуплю".

"Это не так страшно. Мы все исправим..."

И вскоре Фанус и на самом деле сделал все, чтобы исправить ситуацию. Однажды, когда он приехал в несколько неурочное время, то привез и вручил Вике тавтотиту - удостоверение личности, распространенное в Греции как у нас общегражданский паспорт.

"Это настоящая тавтотита, - сказал он, - очень настоящая. Ее может иметь и русская девушка, если... - грек хитро прищурил свои добрые глаза, вокруг которых сразу собрались лучики морщинок. - Если сделать маленькую хитрость".

Вика бросилась осыпать страстными поцелуями своего благодетеля-любовника, который запросто годился ей в отцы. А тот, довольный произведенным эффектом, рассказал как это ему удалось.

Для информации:

В Греции существует так называемый "закон крови", согласно которому любой человек греческого происхождения, где бы он ни находился, на каком бы языке ни разговаривал, имеет право на получение греческого гражданства. А это значит - открытая дверь в цивилизованный мир. Греция является членом Европейского Союза. Ее граждане могут беспрепятственно, без всяких виз въезжать на территорию других государств ЕС, покупать там недвижимость, открывать свое дело, вести бизнес и т, п.

Как известно из многочисленных публикаций в СМИ, этой лазейкой не замедлили воспользоваться представители организованной преступности в первую очередь из бывшего СССР. На его территории проживало около миллиона понтийских греков, которые во времена Сталина были высланы с Черноморского побережья в Сибирь и Среднюю Азию. Под этой крышей с помощью подкупленных чиновников "на историческую родину" вернулось более двух тысяч выходцев из СНГ (в основном с богатым криминальным прошлым). Паспорт шел за 4-5 миллионов драхм или 10-15 тысяч долларов. Таким образом, сообщалось в газетах, заполучил тавтотиту киллер Александр Солоник, лидер курганской преступной группировки Александр Голиков и многие другие.

Вот и Фанус, видимо, воспользовался подобной лазейкой, просто-напросто купив для полюбившейся русской девушки необходимый документ. Судя по всему, это не отразилось как-то на его бюджете. Богатый грек позволял себе и более значительные расходы, если они не противоречили тем правилам и образу жизни, которые были им приняты для себя, для своего блага. Он даже согласился с тем, что Вика привезет сюда свою маму.

"Это будет хорошо, - рассеял он сомнения девушки. - Вам вместе будет легче. Она будет помогать по дому, и не нужно нанимать прислугу..."

Как и к любому вопросу, он подошел к проблеме с точки зрения практичности. Это немного покоробило, но вместе с тем обрадовало девушку. Ведь ее мечта могла вот-вот осуществиться. Вика была счастлива. Но как это часто бывает в жизни, за светлой полосой неминуемо следует серая или черная. Судьба уготовила ей и вовсе беспросветную.

Восточный транзит

Ее украли прямо на улице. Рядом притормозила машина с плотно тонированными стеклами. Дверь открылась. Выскочили два мордоворота, которых она и рассмотреть толком не успела. Зажали рот платком, пропитанным какой-то дрянью. Она тут же выключилась. Почти бесчувственную, ее втолкнули на заднее сиденье. И легковушка умчалась. Все произошло настолько быстро, что мало кто из прохожих обратил на это внимание.

Очнулась Вика от сильной качки. Страшно болела голова, и ныло все тело. К горлу подкатывал противный комок тошноты. Осмотревшись, она поняла, что находится в грузовом трюме какогото судна. Рядом на тюке веревок лежала еще одна невольница. Почувствовав, шевеление, она открыла глаза и на чистом русском произнесла: "Привет, подруга. Ты, вижу, тоже из наших..."

Скрывать что-либо в таком положении было бессмысленно, а уж кичиться своей тавтотитой тем более. Но, пошарив рядом. Вика не нашла ни сумочки, ни документов. Она опять оказалась в положении человека сплошных "без": без документа, без прав на что-либо, без денег и без каких-то видов на будущее. Теперь за нее будут его планировать ее новые хозяева. Она снова живой товар, рабыня, теперь уже в самом прямом и низком смысле этого слова.