Дарья Калинина - Перчик на десерт

Дав указание, Инна принялась азартно щелкать пультом в поисках канала поинтересней. Чтобы найти Плюшкина, Юле понадобилось минут десять.

На работе его уже не было, а домашнего телефона он девушкам не оставил. Но Юля знала, как обращаться с милицией.

— Перезвоните ему домой и скажите, что если он хочет узнать кое-какие подробности по делу об убийстве в загородном домике, то пусть позвонит Юле.

Телефон он знает.

И Юля покосилась на подругу, но та не обращала на нее никакого внимания, полностью поглощенная просмотром новостей. Юля тоже бросила взгляд на экран.

— Сегодня на Вознесенском проспекте была сбита машиной девушка. Неизвестная была доставлена в больницу, где и скончалась от множественных ранений. Машина, совершившая наезд, скрылась с места происшествия, — вещал ведущий таким голосом, что могло показаться, будто он лично в полном восторге от события, жаль только, пострадавшая всего одна.

— Вознесенский проспект — это ведь в двух шагах от дома Галины, — машинально заметила Юля.

— Что? — воскликнула Инна. — Что ты сказала?

— Вознесенский… — снова начала Юля.

— Боже мой, все сходится, — простонала Инна, не слушая ее. — Теперь я знаю, что случилось с Галиной. Бедная женщина.

— Ты думаешь…

— Да, наезд был совершен около половины четвертого. Галина отправила Артема в магазин. Потом ей кто-то позвонил и выманил из дома. Как раз к половине четвертого она могла оказаться на Вознесенском.

— Я не верю, — прошептала Юля. — Сначала Серега, а потом и Галина.

В этот момент зазвонил телефон.

— Да, — машинально сняла трубку Юля. — Это Плюшкин. Что ему сказать?

Инна подскочила к телефону.

— В общем, так, — начала она. — Помните Колю? Да, тот рафинированный типчик у Юли на даче.

Да, в голубой водолазке. Так вот, он сбежал. Теперь что касается Галины — она мертва. Сбита сегодня на Вознесенском проспекте. Подробностей не знаю, надеюсь, вы мне их сообщите.

Она повесила трубку.

— Он перезвонит, как только что-то узнает, — сказала Инна. — Наверняка машина числится в угоне. Кто был за рулем, свидетели не видели, а ждать опознания Галины мне нет нужды, я и так знаю, что в морге именно она.

И Инна улеглась спать.

— К себе не пойду, не стоит нам оставаться поодиночке. Ничего хорошего с теми, кто был у тебя в тот вечер на пикнике, не происходит.

Юля хотела напомнить Инне, что Галины на даче не было. Во всяком случае, в числе приглашенных.

Но вместо этого спросила:

— А ты не знаешь, где живет эта Маша?

— Маша? — задумалась Инна. — Нет, а что?

— Просто я подумала, что она единственный в нашей компании человек, про которого мы ничего или почти ничего не знаем. Даже адреса.

— Господи, да у нее все на лице написано, — отмахнулась Инна. — Вульгарная особа. Трудится где-нибудь на панели, где Серега ее и подцепил.

— Он говорил, что познакомился с ней то ли в кафе, то ли в ресторане.

— Вот, я и говорю! На завтра у нас есть дела поважней, чем беспокоиться о какой-то Маше. Нам нужно найти выход на кого-нибудь из персонала клиники Айболита. Вот этим мы и займемся после того, как Плюшкин отчитается нам обо всем, что ему удалось узнать насчет убийства Галины. Должна же у этого человека быть совесть, хотя бы в зародыше. Мы ему предоставили столько ценной информации, что уж такой пустяк он для нас сделать должен.

Инна вытянулась на постели и через минуту уже храпела. Но выспаться толком ей не удалось. Потому что почти сразу же у двери возник разгневанный Плюшкин, не открыть которому было невозможно.

Трезвон поднял на весь дом.

— И кто из вас был за рулем машины, сбившей Галину? — спросил он. — Думаю, что это были вы? — И он ткнул пальцем в пустоту, едва не угодив Юле в глаз.

— Что?! — возмутилась та. — С чего вы взяли?

Зачем мне убивать Галину?

— А как же, вы ведь ревновали к ней своего приятеля. Он мне все рассказал.

— Что именно?

— Как он встретил вас возле дверей Галины, которой, по вашему убеждению, дома нет. И заодно рассказал, как вы, — тут Плюшкин снова ткнул пальцем в Юлю, которая на этот раз была настороже и вовремя увернулась, — как вы чуть не набросились на него с кулаками, когда поняли, что он возвращаться к вам не желает.

— Так вы уже опознали тело? — спросила у следователя Инна. — Погибшая девушка точно Галина?

Кто ее опознал?

— Сергей Николаевич, кто же еще, — раздраженно буркнул Плюшкин. — Верней, опознать там что-то было трудно. Лицо сильно пострадало. Но, судя по фигуре и волосам, погибшая, вполне вероятно, является Галиной. Точно можно будет сказать после проведения более подробной экспертизы.

— Какая-то чушь, — продолжала шептать возмущенная Юля. — Задавить Галину, желая вернуть Артема? Не делала я этого. И вам ни за что не найти свидетеля, который бы согласился подтвердить эту чушь. Меня там не было.

— Ваша правда, свидетеля у нас нет. Но зато у вас есть мотив и нет алиби.

— Как это нет алиби? Я была с ней и могу поручиться, что Юля никого не давила, — сказала Инна.

— Хочу вас предупредить, что за дачу ложных показаний тоже предусмотрен срок, — с раздражением буркнул Плюшкин.

— А что с запиской?

— А что с ней может быть? Написана печатными буквами на листке бумаги, в которую раньше, если судить по пятнам, была завернута вареная «Любительская» колбаса завода «Парнас». Определить, написана ли она в самом деле Галиной или кем-то другим, невозможно. Единственное, что могу сказать точно: написана она в квартире Галины. Так как ручка с соответствующими чернилами лежала возле хлебницы.

Высказав это, он удалился. Разумеется, спать после его ухода было уже решительно невозможно. Подруги почти до самого утра просидели без сна, возмущаясь его поведением и советуясь, как им быть дальше. Предложение набить морду Артему имело успех, но его пришлось отложить. Парень не пожелал открыть подругам дверь. То ли его и в самом деде не было дома, то ли он струсил.

— Ну и плевать, — заключила Инна. — Я знаю, что ты не виновна, и ты уверена, что никого не давила. Вот и будем из этого исходить. Наше расследование мы продолжим и рано или поздно найдем настоящего убийцу.

— Лучше бы уж рано, а то с такими темпами я скоро могу оказаться за решеткой, — проныла Юля.

— Одевайся! — скомандовала Инна. — Все равно заснуть нам не удастся. Поехали к Айболиту.

По дороге девушки поспорили, как лучше воздействовать на персонал клиники. Юля предлагала подкуп, а кровожадная Инна требовала применить насилие над пленником. В пылу спора дорога до Соснова промелькнула незаметно.

— Я проголодалась! — неожиданно заявила Инна. — Кроме тарелки свекольника, я за весь вчерашний день ничего не съела. Давай позавтракаем, а потом уже поедем в лечебницу.