Дарья Калинина - Перчик на десерт

С этими словами она достала свой пистолет и вытряхнула из него полную обойму.

«Мать честная! — простонал про себя водитель, покрываясь холодным потом. — У них и в самом деле оружие. Наверное, отняли у какого-нибудь бедолаги-охранника, а самого его скормили собакам. Господи, как же я влип! Дернула меня нелегкая связаться с ними! И надо же такому случиться, когда Юрки нет».

И водитель представил, как было бы славно, если бы его напарник сейчас тихо лежал за его спиной на месте для отдыха, а в самый подходящий момент огрел бы чем-нибудь тяжелым эту особу с «Макаровым» в руках. Но Юрки не было, и придется самому позаботиться о спасении своей жизни.

— Бензин кончается, — сказал он, стараясь по возможности сохранять ледяное спокойствие. — Надо бы заправиться.

— А где? — спросила черненькая. — Заправки я что-то не вижу.

— А у меня бензин всегда с собой, — хвастливо сказал водитель. — Мало ли что может случиться.

— Подальше отъехать нельзя? — поинтересовалась черненькая. — А то нас тут могут схватить.

— Никак нельзя, — твердо возразил водитель, давя на тормоза.

После этого он схватил наполовину наполненную канистру с питьевой водой, вылез из кабины и стремительно бросился в лес. Три девушки остались сидеть в машине, ошеломленно глядя ему вслед и не делая попыток догнать чудака.

— Куда это он? — наконец выдавила из себя Инна.

— Ты бы поменьше перед ним пушкой вертела, — набросилась на нее Юля. — Мужик испугался.

Решил, что мы психованные и убьем его.

— И что же нам теперь делать? — растерянно спросила Наташа.

— Не знаю, спроси у Инны, — сказала Юля. — Она у нас самая умная, вот пусть и придумает, как нам быть дальше.

— Чего там придумывать? — удивилась Инна. — Раз водитель сбежал, значит, ему машина не нужна.

Мы ее сами в город перегоним.

— Ты соображаешь, что говоришь? — набросилась на нее Юля. — Разве мы умеем водить такие махины?

— Я умею, — тихо сказала Наташа. — То есть я хотела сказать, что представляю, как это делается.

Один раз мне в руки попал учебник для водителей всех категорий. Так что теперь я представляю, как нужно управлять всем транспортом, начиная от мотоцикла и кончая автобусами.

— Что, один раз прочитала и помнишь? — недоверчиво спросила Юля.

— Да, — твердо сказала Наташа. — Что один раз , прочитаю, то уж запоминаю на всю жизнь.

— Ну что ж, — с большим сомнением в голосе пробормотала Инна. — Раз ты так говоришь, то попробуй. В конце концов, не стоять же нам тут у всех на виду посреди дороги. Не ровен час, ребята Айболита пожалуют.

Наташа обрадованно кивнула и пересела на водительское место. Инна с Юлей обменялись скептическими взглядами. И вдруг машина сердито заурчала и тронулась с места.

— Ура! — закричали девчонки. — Едем!

Застать Бритого на его рабочем месте или вообще где бы то ни было Плюшкину не удавалось. То этот неуловимый тип сидел в баре, а когда Плюшкин заявлялся туда, выяснялось, что Бритый уже давно переместился в сауну. Но и в сауне его тоже не оказывалось, хотя распаренные девочки мечтательно закатывали глаза и показывали на туманное облако где-то вдали. В конце концов у Плюшкина опустились руки. Мало того, что у него ни черта не вытанцовывалось с этим делом, так еще и свидетель попался словно заколдованный. А ведь он мог бы пролить свет на то, каким образом изумрудная змейка, имевшаяся в ларце погибшей Галины, и выполненная в той же манере изумрудная ящерица на фотографии связаны между собой (а в том, что между ними есть связь, Плюшкин не сомневался ни минуты).

Единственное, что удалось Плюшкину, так это установить слежку за Вероникой как за единственной личностью, которая имела корысть от смерти Сергея и его жены. Был, конечно, еще и Сергей Николаевич — отец убитого. Но он пока что из игры выключился, находясь на больничной койке с гипсом на левой ноге.

Плюшкин навестил несколько раз Сергея Николаевича сначала у него дома, а потом и в больнице, пытаясь выяснить, кто бы мог подстроить смерть его сына. Но убитый горем отец упрямо твердил про происки конкурентов сына. Обыск на квартире у убитой четы Копытиных тоже практически ничего не дал.

Разве что стало понятно: их не грабили. Деньги, а их было без малого двенадцать тысяч долларов под половицей в тайнике и около полутора тысяч почти на виду, лежали себе в целости и сохранности. Ценные вещи стояли на своих местах, покрываясь слоем пыли, а драгоценности Галины в неприкосновенности хранились дома у Сергея Николаевича.

Именно там Плюшкин в первый раз и увидел браслет в виде змейки. Украшение было на диво красивое, и Плюшкин его запомнил в деталях. И вот теперь всплыла изумрудная ящерица, которая явно была родной сестрой змейки. В этом Плюшкин не сомневался ни минуты.

И был в этом деле еще один след, пока очень туманный и неясный. Поскольку в деле было уже два трупа, Плюшкин резонно предположил, что их количество может вскоре увеличиться. Тем более что убийца разгуливает на свободе. Как только эта мысль посетила Плюшкина, он взял себе за правило по вечерам просматривать сводку происшествий за день.

Конечно, этого было бы мало, чтобы обнаружить что-либо стоящее, но Плюшкину повезло.

В отделении милиции станции Сосново служил его старый приятель, с которым они вместе учились еще в школе милиции. Узнав из сводки, что в Соснове совершено зверское убийство, Плюшкин навестил своего товарища, надеясь, что тот подскажет ему или покажет на примере, как лучше искать убийцу.

— Для начала ознакомься с делом, — предложил тот Плюшкину.

Прочитав дело, Плюшкин встал из-за стола белее простыни. Не выпив даже чаю с водкой, предложенных приятелем, он помчался обратно в город. Он желал срочно знать, что могло привести двух подружек, замешанных еще в двух преступлениях, в дом убитого охранника психиатрической лечебницы.

Но беседа не состоялась. Плюшкину не везло, ему не удалось застать их дома. Даже специально поставленный у дома опер ни разу не видел подходящих под описание девушек, выходящих из подъезда.

В этом не было ничего удивительного. Перепуганные слежкой, которую установила за ними таинственная контора, не поленившаяся даже послать своего агента в Саратов, подруги усилили маскировку и теперь из дома вообще без грима и иначе, как через закрытый для жильцов черный ход, не выходили.

Беседа с главным врачом клиники для душевнобольных, являвшимся ее же владельцем, Плюшкину тоже мало что дала. Да, такой охранник у них работал, ни в чем предусмотрительном замечен не был, клиника понесла тяжелую утрату, так как убитый отличался профессионализмом и не пил в рабочие часы. Последний факт подчеркивался руководством с особым страданием в голосе. Понятно, что найти замену такому сотруднику в ближайшее время не представлялось возможным, а значит, у руководства никак не могло быть причин для устранения столь ценного работника. А вообще-то у них много сотрудников работает. Этим Плюшкину и пришлось довольствоваться.