Дарья Калинина - Свинья в апельсинах

— Господи! — простонала Мариша. — Как неудобно без машины!

Напрасно метались подруги по улице. Она была действительно тихой. И не было нигде не только такси, но и вообще никаких машин. В результате, когда подругам удалось все же поймать такси, машина Кэт уже скрылась из вида. Пришлось ехать домой. Тут их поджидало два сюрприза. Первый они увидели сразу же. Это был знакомый черный «Опель» с царапиной на боку.

— Похоже, Кэт решила нанести тебе ответный визит, — догадалась Мариша. — Не думаю, что свидание с ней входит в твои планы.

Юля отрицательно помотала головой. Но было поздно. Кэт уже вылезала из своей машины.

— Я догадалась, кто ко мне приходил, когда из ветеринарной клиники позвонил врач и сказал, что сегодня он ко мне прийти не сможет. Какие-то затяжные роды у породистой собаки, — сказала Кэт, подойдя к подругам. — И кто из вас жена Антона? Уверена, что вы, — она посмотрела на Юлю. Та молча кивнула.

— Нужно было сразу сказать, а не морочить мне голову, — проворчала Кэт. — Вы что, думали, что Антон прячется у меня? Да для него работа была важней всех женщин в мире. Он бы ни за что не стал увиливать от работы без уважительной на то причины.

— Согласна, — ответила Юля. — Мне эта мысль тоже приходила в голову.

Кэт внимательно посмотрела на Юлю.

— Извините меня за то, что я наговорила вам — грустно сказала она наконец. — Вполне возможно, что Антон и влюбился в вас. Вы очень хорошенькая.

— Вы тоже красавица, — в тон ей ответила Юля. — Но Антон все равно предпочел покинуть нас обеих. Господи, хоть бы какую-то весточку от него получить.

И обе несчастные покинутые подруги Антона зарыдали, обняв друг друга. Порыдав, они почувствовали, что не испытывают друг к другу никакой неприязни, а скорее нечто похожее на сочувствие.

— Кэт, хочешь, мы будем с тобой дружить? — неожиданно для самой себя предложила сквозь слезы Юля.

— С радостью! — ответила Кэт и зарыдала еще сильней.

Наконец, к облегчению Мариши, которая не знала, как утешить двух женщин, слезы у них начали иссякать сами собой.

— Кстати, я видела, как какой-то мальчишка отдал консьержке письмо, и слышала, как он просил его передать Антону, — сказала Кэт, немного успокоившись.

— В самом деле?! — воскликнула Юля, моментально перестав рыдать. — Письмо? Оно может указать нам направление, в котором искать Антона.

И она устремилась к дому. Следом за ней помчалась Кэт, а последней, едва поспевая за ними, бежала Мариша, пыхтя на бегу:

— Вот что значит любовь! Ишь, как помчались!

Добежав до консьержки, Юля едва могла перевести дыхание. Но та все поняла без слов и протянула Юле конверт.

— Это вам, — сказала она. — Принесли буквально минут десять назад. Верней, вашему мужу, но так как его нет, а в письме может быть что-то важное, то.., то возьмите.

Юля быстро распечатала конверт, вытащила из него лист бумаги, и ей сразу же стало понятно, что в письме нет ничего об Антоне. И найти его оно никак не поможет.

— Что там? — с интересом спросили Кэт и Мариша.

— Антон выиграл машину в какую-то лотерею, — тусклым голосом сказала Юля. — О чем устроители этой лотереи с радостью ему и сообщают.

— Машину? — заинтересовалась Мариша. — Какую? Стиральную?

— Обычную, — без всякого энтузиазма ответила Юля. — «БМВ» последней модели. Кстати, там говорится: если Антон сам не может получить свой приз, то машину может забрать кто-то, кому он выпишет доверенность.

— А про Антона там совсем ничего нет? — разочарованно протянула Кэт.

Юлька молча покачала головой.

— Тогда я пойду, — вздохнула Кэт. — Приятно было познакомиться. Юлия, у меня к вам просьба…

— Да, да, — откликнулась Юля, интуитивно догадавшись, о чем ее хочет попросить Кэт. — Если я что-то узнаю про Антона, обязательно сообщу вам. Телефон у меня есть. И вы в свою очередь, если вам что-нибудь станет известно о нем, звоните. Хотя бы просто скажите, что он жив. Мне этого будет достаточно.

И Юля, рыдая, отправилась к себе домой. А Кэт, тоже вся в слезах, — к себе. Обеим женщинам было не до письма, и оно осталось у Мариши, которая не стала лить слезы об Антоне, а о чем-то сосредоточенно думала весь вечер. И часть ночи она провела в трудах. Юля уже давно спала, а Мариша все не могла успокоиться, сидя за письменным столом Антона, вся обложенная какими-то бумагами, и сосредоточенно выводя какие-то строчки на чистых листах. Время от времени она морщилась, комкала исписанный листок и кидала его в корзину для мусора. Стрелки часов неуклонно бежали вперед, а все новые листы по-прежнему отправлялись в корзину для мусора.

Наконец Мариша плюнула на это занятие, вытащила большой чистый лист бумаги и принялась выводить на нем уже не строчки, а какие-то каракули. Тут у нее дело пошло успешней. Морщинка между бровей таяла, и с каждой новой каракулькой Мариша становилась все более и более веселой. Под конец, когда лист бумаги был разрисован больше чем наполовину, Мариша облегченно вздохнула, поцеловала последнюю каракулю, погасила свет и тоже пошла спать.

Утром Юля проснулась от энергичного потряхивания за плечо.

— Что такое? — недовольно пробормотала она сквозь сон.

От такого способа пробуждения Юлька за время замужества уже успела отвыкнуть. Антон обычно будил Юлю ласковым поцелуем в плечико, в ушко, в шейку. Одним словом, это никак не походило на те энергичные толчки, которые ощущала сейчас на себе Юля. Она открыла глаза и увидела перед собой Маришу. Глаза у подруги сияли, словно она только что, поливая цветы, случайно вымыла из земли алмаз.

— Вставай! — сказала Мариша.

— А не рано? — спросила Юля.

— Какое рано! — возмутилась Мариша. — Уж скорее поздно.

— Почему поздно? — удивилась Юля.

— Потому что эта фирма работает с десяти, — принялась объяснять ей Мариша. — А сейчас уже почти половина девятого. Пока ты тут приведешь себя в порядок, будет половина десятого. Можем опоздать.

Юля искоса взглянула на часы. Они показывали пять минут девятого. Но Мариша стояла над подругой словно скала и требовала, чтобы Юля вылезала из кровати.

— У меня вчера был перелет, смена часовых поясов, акклиматизация еще не прошла, — перечисляла ей Мариша, — а я бодра и готова действовать. А ты совсем раскисла.

— Но я не понимаю, какая фирма? — простонала Юля. — Зачем нам мчаться куда-то к десяти часам?

— Чтобы получить приз! — заявила Мариша, и глаза ее сверкнули совсем уж ослепительным огнем.

— Приз?! — села в кровати Юля. — Ты имеешь в виду ту машину, которую выиграл Антон?

— И которую может забрать любой человек, у которого имеется на это доверенность Антона, — сказала Мариша.

— А у тебя она есть? — начиная зевать, осведомилась Юля.