Патриция Вентворт - Анна, где ты?

Оба инспектора внимательно слушали, Джексон даже с некоторым испугом. Фрэнк Эбботт сказал:

— Другими словами, если обмотать ему голову бинтами, обуть в туфли, прибавляющие пару сантиметров, его весьма средненькие сто шестьдесят семь запросто становятся ста семьюдесятью, а то и больше, и таким образом, его можно записать в кандидаты. Не мешало бы ему расширить плечи, но я думаю, это тоже не проблема. — Он засмеялся — Извините, но мне категорически не верится, что Августус станет играть с оружием более опасным, чем его иголка!

Мисс Сил вер посмотрела на него с осуждением.

— Должна тебе напомнить, что вопрос, на который я стараюсь ответить, был задан по поводу роста.

Эбботт тут же смиренно настроился на серьезный лад.

— Вы правы. Как насчет Джона Робинсона, он подходит? Он среднего роста, потянет на сто семьдесят пять сантиметров. Бинт прикрыл бы бороду. То же относится к Крэддоку. Бородатый мужчина должен что-то делать с бородой, если решается кого-то прикончить. Представьте себе Робинсона плюс бинты минус борода — как он вам покажется?

Она подумала и сказала:

— Рост совпадает с ростом убийцы. Мистер Робинсон ни низкий, ни высокий. Одежда на нем чересчур мешковатая, болтается, но у меня такое впечатление, что он имеет нормальную фигуру.

— Вы обратили внимание на руки того мужчины? — деловито поинтересовался Фрэнк.

— Он был в перчатках. Размер назвать не могу. Старые, разношенные замшевые перчатки, у меня они ассоциировались с его увечьем, и я отвела взгляд. Извините, что не могу сказать точнее, но ведь как-то неловко рассматривать человека, который страдает физическими недостатками.

Позже инспектор Джексон скажет Фрэнку: «Ну знаете, если она столько всего замечает при случайном взгляде на кого-то, тогда объясните мне, что значит разглядывать под микроскопом». Пока же он просто встал, оттолкнув стул.

— Ладно, мне пора побеседовать с Крэддоком. Узнаю номер его машины. Кстати, он, кажется, не держит ее в нормальном га-раже, там, где живут сестрички Тремлет, хотя там полно места. Вы что-нибудь можете сказать по этому поводу, мисс Силвер?

— Только то, что сказал мне он сам. Кабинет мистера Крэддока находится в центральной части дома, которую запирают, чтобы отделить от этого крыла, потому что там находиться небезопасно, того и гляди что-нибудь свалится на го лову. Его работа требует уединения и тишины. Как я поняла, в своем кабинете он изучает главным образом влияние планет на растительную и животную жизнь, для этого ему требуются поездки по соседним полям и лесам, хотя я думаю, что иногда он отъезжает гораздо дальше. Чтобы не беспокоить сестер Тремлет, он оборудовал под гараж одну из разрушенных комнат центральной части. Раньше там был зимний сад, рядом с которым северный подъезд, выходящий на противоположную сторону дома. Таким образом, он может выезжать в любое время дня и ночи, никому не мешая.

— И никто не будет знать, здесь он или нет. Действительно, очень удобно, — многозначительно заметил Джексон. Он направился к двери, но тут же вернулся. — Мисс Силвер, вы сейчас живете в семье этого субъекта. У вас были такие возможности, которых нет у нас. Вы видели его, когда он не устраивает шоу, пытаясь произвести впечатление. Как он вам показался? Просто любит покрасоваться или тут что-то другое? Видал я таких говорунов. У них не всегда одна показуха. Иногда за этим что-то стоит.

Аккуратное, с мелкими чертами личико мисс Силвер стало очень озабоченным и серьезным.

— Вы сказали, инспектор, что я могу судить о мистере Крэддоке, потому что видела его в моменты, когда он не пытается произвести впечатление. Я сильно сомневаюсь, что хоть кому-то удается видеть его в таком состоянии.

— Вы хотите сказать, он все время играет? — спросил Фрэнк.

— Еще как. Рисуется. Возможно, даже сам верит в то, что изображает. Но едва ли. Сестры Тремлет буквально на него молятся. Дама, которая называет себя Миранда, его обожает, потому сюда и приехала. Мистер Ремингтон, как мне кажется, ему завидует, но вносит свою лепту обожания. Жена называет его не иначе как мистер Крэддок и заискивает перед ним. Ни разу не слышала, чтобы она назвала его просто по имени. Представьте, их комнаты находятся в разных частях дома. Старшая, Дженнифер, ей двенадцать лет, как мне сказали, когда-то обожала отчима, теперь ненавидит и боится. Она девочка очень чувствительная и нервная. Мальчики не такие, оба непослушные непоседы, и я думаю, им просто нет до него дела, как, впрочем, и до всех остальных. Он постоянно ратует за свободу самовыражения, но когда дети самовольничают, он очень с ними суров. Жаден в еде, не терпит возражений и донимает жену придирками.

Инспектор Джексон сложил губы, как будто собрался присвистнуть, но передумал.

— Ничего себе размах! Но это еще не означает, что он ограбил банк.

— Нет, инспектор.

— Кто-нибудь из детей — его?

— Нет, всем троим он только отчим.

— Инспектор Эбботт что-то говорил о перевернутой лодке и ядовитых грибах. Откуда информация?

— От миссис Крэддок.

— У нее есть деньги?

— Да.

— Как-то связаны с содержанием детей?

— Насколько я поняла, это так.

— Ей не кажется, что муженек приложил руку к этим случаям?

Мисс Силвер ответила не сразу.

— Трудно сказать определенно. Она была расстроена и очень взволнована. Она много раз уверяла меня и себя, наверно, тоже, что детям повезло, что у них такой выдающийся отчим. Пожалуй, больше мне нечего сказать.

Джексон задумчиво сказал:

— Если бы он был рыжий…

Фрэнк засмеялся:

— Но он не рыжий. Да и будь он рыжим, это бы ничего не значило.

Мисс Силвер переводила взгляд с одного на другого, а Фрэнк продолжал:

— Грабитель в Эндерби-Грине был рыжий, помните, я вам рассказывал? Там тоже был убит управляющий, как вчера в Ледлингтоне. Но в Эндерби восемнадцатилетнему клерку повезло больше, чем бедолаге Уэйну, его уже выписали из больницы. Единственное, что он точно помнит, — это что убийца был рыжий. Ничего другого не заметил, только рыжую шевелюру. Так что улика, которую все запоминают, — рыжие волосы, скорее всего, тоже маскировка, как вчерашние бинты, на самом деле он наверняка не рыжий. Еще этот клерк, Смитерс его зовут, сказал, что вокруг шеи У грабителя был дважды обернут шарф, который закрывал его по самые уши, так что нельзя сказать, имелась ли у него борода. Вот такая любопытная деталь.

— Если он был так закутан, как же клерк увидел, что он Рыжий? — спросил Джексон.

— Ему намеренно продемонстрировали шевелюру. Во всяком случае, Смитерс клянется, что видел рыжего. — Он вскинул руку. — Ладно, Джексон, идите раскалывать Крэддока. Постарайтесь выведать, где он был в три часа дня третьего января. Я приду, когда освобожусь.