Миньон Эберхарт - Две богатеньких малышки

Эмми подошла к машине. Джастин прогуливался на солнышке, куря сигару. Гвоздика в его петлице слегка приувяла – как, впрочем, и он сам.

– Она в порядке, – сообщила ему Эмми. – Ты не представляешь, насколько... насколько философски она относится ко всему, что происходит.

Джастин ничего не ответил; молчал он и по дороге, когда они в сгущающихся сумерках подъезжали к залитому огнями Нью-Йорку.

А на следующий день Эмми и Дуг обнаружили, что часть драгоценностей Дианы бесследно исчезла.

Они вошли в дом около пяти. Дуг открыл дверь своим ключом; второй ключ (Дианин ключ, невольно подумала Эмми) он отдал агенту по недвижимости, который занимался продажей дома. Уже многие люди смотрели дом, но пока никто не выразил желания купить его.

В холле царил полумрак; дом, казалось, чутко прислушивался к тому, как они вошли. Ступеньки вели вверх, в гулкую тишину. Эмми хотела было подняться в комнату Дианы и убедиться, что все в порядке, но вспомнила, что до крайности скрупулезная Агнес уже была там, забрала вещи Дианы, отнесла на хранение меха. Затем Эмми подумала о счетах Дианы, о ее чековых книжках и письмах, и спросила у Дуга, какова их судьба.

– О, с этим мы разобрались сто лет назад. Этим занимались мистер Бигэм и Сэнди. Ты же знаешь, мистер Бигэм – доверенное лицо Дианы, как и я. Мы можем сотрудничать и контролировать друг друга. Диана уверена, что рано или поздно она выйдет из... Так ты хочешь подняться в ее комнату? Я не могу... – добавил он. – Я сразу после суда забрал свои вещи и уехал.

Эмми знал, что Дуг перебрался жить в свой клуб. Нет, сказала она, лучше сразу заняться драгоценностями.

Через холл, мимо того места, где когда-то лежало бездыханное тело Гила Сэнфорда, они прошли в кабинет Дуга. Коричневые портьеры были затянуты; Дуг включил настольную лампу и открыл сейф. Эмми показалось, что целые годы миновали с того дня, как Диана в розовом пеньюаре неподвижно сидела, ожидая допроса, а Сэнди по ее просьбе поднимался за бумажным пакетом, в котором лежало целое состояние... Пакет лежал в сейфе, на прежнем месте, и веселенькие фиалочки напоминали о нормальном мире, где женщины ходят в дорогие магазины, а не отбывают пожизненный срок за убийство...

Дуг быстро просмотрел список и удивленно поднял брови:

– Господи! Да здесь почти все – наследство! Как же вы с Ди это разделили?

Эмми вспомнила тот далекий день и маму – нежную, хрупкую, но волевую.

– Это была мамина идея. Она сказала, что не хочет, чтобы после ее смерти начались ссоры из-за драгоценностей. Поэтому она выложила все прямо на постель и велела нам выбирать. Первой выбирала Диана, по праву старшей. У нас так горели глаза, что мама рассмеялась и сказала: "Носить все это на себе – все равно что напрашиваться, чтобы в один прекрасный вечер вам проломили голову." Но все равно, она велела нам их хранить.

Эмми словно воочию увидела себя и Диану, гордых и серьезных – ведь они принимали первое в своей жизни взрослое решение! Она не заплакала, но отвернулась.

Первое открытие сделал Дуг:

– Вот этот браслет, с большими сапфирами... его здесь нет. Может, она забыла его в "Уинстоне"? Я позвоню...

– Нет. – Эмми вспомнила тот день с удивительной ясностью. – Не забыла, я уверена. Более того – ты тогда позвонил в "Уинстон" и отменил заказ.

– Да... наверное... Не помню.

Эмми взяла у него из рук список. Почерк у Дианы был округлый, твердый, как у школьницы.

– Ладно, – сказал Дуг, нахмурясь, – где-то же он есть. Пошли дальше.

Но Эмми обнаружила, что пропала еще одна вещица – тоже браслет.

– Я его помню. Мы обе тогда хотели его взять. Ди часто его носила. Усыпанный бриллиантами, с изумрудной пряжкой в форме змеиной головки.

Она сгребла в сторону кучу сверкающих драгоценностей и принялась открывать остальные обитые бархатом коробочки. Рубины, сапфиры, изумруды, бриллианты ослепительно вспыхивали в ярком свете настольной лампы. Но браслета со змеиной головкой нигде не было.

– Не знаю, – измученным голосом проговорил Дуг. – Я должен заявить в страховую компанию?

– Да, наверное. Или в полицию. Но я не понимаю, как кто-то мог проникнуть в дом... Нет, конечно, агент по недвижимости приводит сюда людей; но – сейф?

Они решили сообщить о пропаже в полицию и страховую компанию.

– Только, по-моему, Диана отказалась от большей части страховки, – сказал Дуг. – Она говорила, что это слишком дорого.

Он закрыл сейф и взял из шкафа портфель, в который они бережно сложили все коробочки и отдельные вещички, предварительно завернув их в бумагу.

– Наверное, Эмми, тебе стоит забрать все это домой.

Она посмотрела на часы:

– Если мы поспешим, то успеем до закрытия в банк.

Они успели. Дуг расписался на карточке от банковского сейфа – рядом с подписью Дианы, которую она поставила накануне убийства Гила. Служащий, должно быть, вспомнил это, потому что окинул Дуга и Эмми любопытным взглядом; затем, с помощью собственного ключа и ключа Дуга, он отпер небольшую дверцу и извлек продолговатый ящик. Они немедленно переместили туда содержимое чемодана, убедились, что сейф надежно закрыт, и отправились домой. Точнее, домой отправилась Эмми; Дуг сказал, что поедет в театр, поскольку в этот день был дневной спектакль.

И еще это был канун Дня Благодарения.

Добравшись до дому, Эмми после долгих раздумий позвонила Сэнди и рассказала о пропавших браслетах.

– То есть как это – "исчезли"?

– Исчезли, и все. Ди дала мне список драгоценностей и попросила вместе с Дугом все проверить. Так мы и сделали. И двух браслетов не оказалось на месте.

Повисла долгая пауза. Наконец Сэнди спросил:

– А где остальные украшения?

– В банковском сейфе. Мы немедленно все туда отнесли... но как быть с теми двумя браслетами?

– Разумеется, нужно сообщить в полицию, – после очередной паузы устало сказал Сэнди. – И в страховую компанию.

– Да, только... Сэнди, ты, наверное, скажешь, что это глупо, но... не может ли пропажа браслетов быть как-то связана с убийством?

– Уж не хочешь ли ты сказать, – медленно произнес Сэнди, – что вор, укравший драгоценности, убил Гила Сэнфорда?

– Я сама не знаю, что хочу сказать. Ди кажется ужасно беспечной, но уверяю тебя, Сэнди, она необычайно педантична во всем, что касается денег и драгоценностей. И если она знала, что браслеты украдены, и... – Эмми умолкла в растерянности.

– ...и решила, что их украл Гил? – договорил за нее Сэнди. – Нет, Эмми. Из-за такого она не стала бы его убивать! Она сдала бы его в полицию, и все. Кроме того, она просто не включила бы эти браслеты в свой список. Нет, скорее всего, эти браслеты благополучно лежат в банковском сейфе – ведь Диана перенесла туда драгоценности накануне убийства Гила, верно?