Миньон Эберхарт - Две богатеньких малышки

– Она уже устроила, – сухо ответила Эмми.

– Вот-вот, а ты продолжаешь ее содержать. Все для нее делаешь. По идее, она должна поддерживать тебя, помогать, а не...

– Пожалуй, ей кажется, что именно это она и делает, – пошутила Эмми, но внезапно поняла, что это правда.

Джастин оказался прав: им обоим стало одиноко без Дуга. Джастин пришел в уныние и начал заговаривать о том, чтобы перебраться в другое место. Может быть, в Рим, неуверенно сказал он, но потом решил, что в это время года в Риме слишком холодно и сыро. В конце концов, они остались в Ницце, несмотря на прозвучавший в ту же ночь звонок Сэнди.

Сэнди говорил сухо и кратко. Даже не спросив, как дела, он сразу приступил к делу:

– Ты помнишь водителя такси, который свидетельствовал на суде?

– Что? Нет... Ой, погоди. Кажется, вспоминаю. Но он почти ничего не сказал...

– Он сказал, что неподалеку от дома Дианы посадил в свою машину пожилую женщину и отвез ее в "Мэйси". Так вот, эта женщина – Агнес.

Эмми показалось, что ее окатили ледяной водой:

– Агнес?! Не может быть!

– И тем не менее. Я нашел у тебя дома ее фотографию, отнес в полицию; там отпечаток размножили и расклеили по городу. Таксист увидел фото и явился в полицию... Эмми, ты хоть думала о том, что с ней могло случиться?

– Да! Но с Агнес так бывает! Она появляется и исчезает, но она надежный человек... Нет, Сэнди, я не слишком волновалась о ней.

– Да, думаю, тебе и без того было о чем волноваться, – сказал Сэнди без всякой иронии, но Эмми почувствовала, как запылали ее щеки.

– Что еще сказал таксист?

– Практически ничего. Он посадил ее в машину примерно в половине четвертого. Исходя из этого, полиция предположила, что Агнес могла что-то знать об убийстве Гила, могла даже быть каким-то образом, вовлечена в него, коль скоро она работает у тебя и хорошо знает Диану.

– Она ходила на суд, изо дня в день. Почему этот таксист не заметил ее в зале?

– Говорит, не заметил, и все. Говорит, что вообще не смотрел в зал, потому что очень спешил.

– Но не могла же Агнес знать что-то об убийстве Гила – и никому не сказать!

Последовала долгая пауза. Наконец Сэнди произнес:

– Понимаю, что ты хочешь сказать. Но беда в том, что Агнес до сих пор не нашлась, и никто ничего о ней не знает. Я думал, вдруг ты получила от нее письмо... У тебя в доме, среди почты, были три открытки Агнес от тебя. Мы с лейтенантом Хейли просмотрели их. Сплошь приятные новости, – добавил он, снова без намека на иронию.

– Она любит получать открытки, – вызывающе сказала Эмми. – Мы летим домой, Сэнди. Я завтра же...

– Это бессмысленно. Оставайтесь. Если я что-нибудь узнаю, то сразу сообщу тебе. Кстати, ты, наверное, знаешь, что ко мне приходил Дуг. И еще я получил письмо от Дианы. Она полагает, что Дуг хочет с ней развестись.

– Что?!

– Думаю, со временем она согласится на развод, но не сразу. И у Дуга есть очевидные причины просить развода.

– А зачем Дуг приходил к тебе? – Эмми сама услышала, как резко и взволнованно прозвучал ее голос.

– Я думал, ты знаешь. Расспросить о разводе. Спокойной ночи, Эмми.

В трубке раздался щелчок, и послышался голос телефонистки: "Ваш разговор с Нью-Йорком окончен".

Эмми повесила трубку.

Дугу не следовало просить у Сэнди совета относительно развода. И зря она не сказала Сэнди, что, насколько ей известно, вопрос о разводе не стоит вовсе.

Эмми долго сидела в постели, глядя на телефон. Ей бы хотелось, чтобы Сэнди выбирал другое время для своих звонков... и чтобы после них хоть иногда можно было уснуть...

И все же зря она так легко отнеслась к первому известию об исчезновении Агнес, так легко убедила себя, что Агнес жива-здорова и вот-вот объявится...

Теперь Эмми отчаянно встревожилась. Чтобы Агнес знала что-то об убийстве Гила, но скрывала это – такое еще возможно, хоть и маловероятно. Но чтобы она сама убила Гила – нет, этого просто не может быть.

Но в рассказ таксиста Эмми поверила, потому что вдруг вспомнила: в тот день Агнес сказала, что собирается к племяннице в Нью-Джерси. Значит, она ехала на Пенсильванский вокзал, а "Мэйси" – совсем неподалеку, и Агнес всегда покупала там подарки детишкам племянницы.

Значит, таксист говорит правду. Но если Агнес что-то знает об убийстве Гила, как могла она скрывать это "что-то" все лето, всю осень, и пока шел суд, и даже когда прозвучал приговор?! Впрочем, думая об этом, Эмми не могла не признать, что кто-кто, а Агнес умеет хранить тайну.

Но почему? Чего ради?

Ответ – простой и очевидный – пришел сам собой. Агнес могла скрывать в тайне только то, что могло бы нежелательным образом отразиться на Эмми, Джастине или Диане.

В памяти Эмми вдруг явственно всплыл разговор с Агнес. Та была взволнована, но, как всегда, сдержанна. "Я полагаю, уже никто не сомневается, что мисс Диана его убила?" – спросила она; затем, с каменным лицом и непроницаемым взглядом агатовых глаз, добавила: "Но когда я услышала эту записку..." Потом помолчала и, наконец, сказала угрюмо: "Я уже ни в чем не могу быть уверена".

Именно так, слово в слово.

Что же Агнес хотела этим сказать, мучительно соображала Эмми. Стала бы она что-то скрывать, чтобы защитить ее, Эмми? Несомненно, стала бы; но Эмми-то как раз и не от чего было защищать. Джастина? Да. Но он ничего не знал об убийстве Гила. Диану? Да; но даже в упрямой голове Агнес в конце концов поселилась мысль о виновности Дианы.

Если верить таксисту, – а Сэнди ему верит, – то Агнес находилась неподалеку от дома на 63-й-стрит примерно в те же минуты, когда был убит Гил.

Диана явно не знала о том, что Агнес там была, иначе она хоть раз заикнулась бы об этом. Агнес не говорила, что была в день убийства в доме Дианы... но, с другой стороны, она не говорила и того, что была неподалеку от этого дома...

Эмми могла придумать добрую дюжину причин, по каким Агнес могла отправиться к Диане: например, Диана попросила старую служанку сделать что-то, о чем та не сочла нужным сообщать Эмми. Например: у Дианы в то время не было слуг, а в такие моменты Агнес всегда выкраивала часок-другой, чтобы помочь Ди по хозяйству... Эмми смутно вспомнила, что в день убийства Гила Джастин сказал, будто Агнес собиралась в бюро по найму. Вот и еще один повод зайти к Диане. Но, может быть, Агнес что-то помешало, и вместо того, чтобы зайти к Ди, она остановила такси и поехала в "Мэйси", а оттуда на Пенсильванский вокзал?..

В голове у Эмми мелькали бесчисленные догадки, но все они разбивались о каменную стену скрытности Агнес.

Ближе к утру в голову ей закралась странная и страшная мысль: что, если Агнес действительно знала что-то об убийстве Гила, и это "что-то" настолько опасно для убийцы, что он предпочел заставить Агнес замолчать навсегда? Что, если Агнес убили так же жестоко и хладнокровно, как Гила?