Майкл Палмер - Естественные причины

– Конечно. Вы хотите связаться с Грейсоном?

– У этого человека тьма адвокатов, уверен в этом. Но сомневаюсь, что хоть кто-нибудь из них имеет степень Д.М. Людям типа Грейсона подавай лучшее. Я просто хочу попытаться подсказать ему, кто в такого рода правовых вопросах разбирается лучше всего. А теперь бывайте!

Не ожидая, пока уйдет Трюскот, он кинулся обратно в свой кабинет.

"ХОТИТЕ ВЕРЬТЕ, ХОТИТЕ НЕТ

Аксель Девлин

6 июля

Место действия: скрипящая гранулированная общага, то бишь Медицинский центр Бостона (МЦБ). На пресс-конференции, на которой присутствовали почти все, у кого имеется микрофон, Гленн Пэрис, то бишь мечтатель из Калифорнии, просветил публику относительно последнего несчастья, которое свалилось на когда-то величественное лечебное заведение. Похоже, что пациентки МЦБ, нам известно о ТРЕХ ИЗ НИХ, подцепили ужасное кровотечение, называющееся ВСК. Одна из этих несчастных осталась без руки. Две другие расстались с жизнью. И все трое младенцев умерли до родов. ПЯТЬ МЕРТВЫХ, ОДНА КАЛЕКА: Это серьезное дело, друзья мои. Чертовски серьезное и ужасное.

Всегда заботясь о своем имидже, Пэрис вчера разыграл гладкое и привлекательное представление с целью смягчить беспокойство общественности в связи с неожиданной смертельной эпидемией. Доктора медицины дали медицинское объяснение. Пэрис обещал немедленно провести расследование с привлечением эпидемиологического Центра по борьбе с болезнями в Атланте. И последнее, по месту, но не по значению, специалист по лекарственным травам, иглотерапевт и акушерка Сара Болдуин, Д.М., рассказала, как она выпрыгнула на сцену действия со своими испытанными терапевтическими иголками и спасла жизнь последней жертве ВСК.

Так вот, оказывается, остался один факт, которым не захотели поделиться с общественностью ни доктор Болдуин, ни мистер Пэрис – один потенциально решающий фактор, свойственный всем трем пострадавшим женщинам. Все они принимали ПРЕДРОДОВОЙ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ НАБОР ЛЕКАРСТВЕННЫХ ТРАВ, который состряпала сама доктор Болдуин. Он состоит из девяти различных трав и корней с такими названиями, как СЛОНОВЫЙ УСЫПИТЕЛЬ И ЛУННЫЙ ДРАКОН. Славный доктор рекомендует это всем своим пациентам вместо проверенных и настоящих (проверенных федеральным агентством по лекарственным препаратам) предродовых витаминов. Теперь двое из этих пациенток, принимавших ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ НАБОР ПРЕДРОДОВЫХ ЛЕКАРСТВ ИЗ ТРАВ почили, а третья осталась калекой. Совпадение?

Ну, я рассказал обо всем этом знакомому фармацевту. Мы все еще стараемся стереть с его лица выражение удивления. Он получил список корней и трав в дозировке доктора Болдуин и обещал провести кое-какую исследовательскую работу ради всех нас. А пока что даже ему не под силу ответить на такие вопросы, как: откуда получены эти травы и корни? Кто проверял их на ЗАРАЖЕННОСТЬ? Кто проверял их структурный состав?

Невероятно, не правда ли, но это может случиться в лечебном учреждении, когда ему позволяют отклоняться все дальше и дальше от столбовой дороги апробированной медицины и здравоохранения. Что же, не выключайте своих экранов... И не говорите потом, что старик с секирой вас не предупреждал".

6 июля

Сара стояла в операционной под леденящим, голубовато-белым освещением. Она проводила роды кесаревым сечением перед целой группой наблюдателей, которая, казалось, включала всех, с кем она общалась на наполненной событиями минувшей неделе.

– Очень плохо, ваш младенец умер, – сообщила она пациентке, лицо которой было закрыто простыней. Она повернулась к наблюдавшим с галереи и поклонилась: – Очень плохо. Ее младенец умер. Очень плохо.

Гленн Пэрис одобрительно улыбнулся ей, то же сделали Рэндал Снайдер и Аннали Эттингер. Алма Янг, в форме, похлопала и послала ей воздушный поцелуй. Несколько репортеров, присутствовавших раньше на пресс-конференции, делали ей одобрительный знак – о'кей. Другие фотографировали ее. Затем широким жестом она сбрасывает в сторону простыню и видит... саму себя. Глаза покраснели и ввалились, рот раскрылся в беззвучном вопле смерти.

Сара проснулась в холодном поту от своих собственных стонов. Было половина пятого утра.

Вся дрожа, она с трудом вылезла из, кровати и набросила халат. Потом заварила чай и приняла горячую ванну. Она сознавала, что в ужас ее привели не только беспокойное содержание сна, и но сам факт, что она его вообще увидела. В детстве и юности она была рабыней всевозможных кошмаров. Наиболее навязчивый сюжет, который повторялся по два-три раза в неделю, показывал ее связанной, с кляпом во рту и совершенно беспомощной. А потом, почти каждую ночь, ей снилось, что в нее по многу раз втыкают нож, избивают, душат, сбрасывают с большой высоты или швыряют в море. Никогда во время этих страшных снов она, собственно, не видела лица нападавшего. Изредка мужчина – она никогда не сомневалась, что это именно мужчина, – прижигал ее горящими сигаретами. Порой эти яркие кошмары так преследовали ее, так мучили, что она отказывалась ложиться спать.

В подростковом возрасте, по предложению обеспокоенной учительницы, она стала лечиться у психолога. Для врача-женщины было очевидно, что какое-то событие в прошлом Сары – единичное или повторявшееся – стало причиной ее ужасов. Врач сделала все, чтобы выяснить первопричину. Но мать Сары, погружавшаяся все глубже и глубже в маразм слабоумия, не могла дать никакой полезной информации.

Тогда психолог направила Сару на серию гипнотических сеансов и однажды даже взяла отгул, чтобы свозить ее в Сиракузы на консультацию в университетский медицинский центр. Ничто не помогло. Сара просто не могла найти связи ни с каким событием своего детства, которое могло бы породить такие странные и истощающие фантазии.

Во время учебы в колледже, казалось, мучительные сны стали приходить реже, но они все равно навевали ужас. Она прошла еще один курс психотерапии и гипноза и даже согласилась принимать какие-то пилюли, предназначенные, по словам врача, изменить неврологический характер ее снов. Но это лекарство изменило лишь ее учебные показатели, в среднем за семестр они снизились с 3,8, до 2,9 балла.

В конце концов она все же обрела покой. И это случилось среди простых горных жителей, в деревушке в предгорьях Луанг Чанг Дао, всего в нескольких милях от бирманской границы. Ее наставник доктор Луис Хан привел ее к целителю – мудрому согбенному старику, которому, по словам Хана, было за сто десять лет.

Целитель, который разговаривал на одном из диалектов мандаринского наречия, которого Сара не понимала, объяснялся с ней с помощью Хана. Вызывались ли ее кошмары каким-то событием в прошлом или в будущем не имеет значения, сказал он. Важно было то, что она не была спокойной во время сна. Дух, руководивший ею в течение всего дня, оставался замкнутым в ней самой. Разрушительные сны представляли собой не что иное, как выражение гнева дневного духа, оказавшегося взаперти, который требовал полного от нее отделения, чтобы он тоже мог отдыхать и набираться новых сил.