Дж. С Лок - Неоновый убийца [litres]

Джексон бросил на юнца скептический взгляд.

– Еще что-нибудь заметил?

Томми глубоко засунул руки в карманы худи.

– У него на башке были дреды.

Выйдя из дома, Джексон вернулся к тому месту, где оставил «Мини». Внимательно оглядел обе стороны улицы. Все дома располагались на некотором расстоянии от проезжей части и выше по склону, и почти у всех имелись подъездные дорожки – кое-где достаточно широкие, чтобы вместить сразу две машины. В одиннадцать часов вечера все обитатели квартала уже сидели по домам, опустив шторы, некоторые легли спать. Мог ли кто-нибудь заметить приблудный автомобиль? Расклад был не из лучших.

Рядовые сотрудники полиции наверняка уже прошлись по окрестным домам, но интересующий их промежуток времени вряд ли захватывал события, описанные мальчишкой. И Джексон мог поспорить, что его коллеги и знать не знают, что у полуночного гостя Базвелла были дреды. Если б они раскопали этот факт и включили в рапорты, Броун явно не упустил бы случая похвастать таким достижением. Впрочем, ничуть не исключалась и другая вероятность: этого типа уже проверили, выяснили, что он не при делах, и сочли его не заслуживающим дальнейшего внимания.

Джексон прошелся по всему ряду в обе стороны. Представляясь сотрудником полиции, проводящим следственные мероприятия, он задавал жильцам один и тот же вопрос: не заметил ли кто незнакомую машину, припаркованную в районе три вечера назад. Ответы разнились от «увы» и мотания головами до «по-моему, это ваше дело следить за порядком!», после чего дверь быстро захлопывалась. Дважды прозвучало слово «трагедия». Четырех съемщиков не было дома. Джексон сделал себе мысленную пометку вернуться.

Уже забравшись в машину, он вдруг заметил женщину средних лет, подъехавшую к дому в черной «Фиесте». «Одна последняя попытка», – подумал Джексон.

Он подошел к ней, когда она наклонилась над багажником, чтобы достать покупки.

– Вам помочь?

Женщина обернулась. Ее тщательно накрашенное лицо исказилось подозрением, в уголках рта пролегли глубокие бороздки.

– Вы что, не видели объявление? – Она махнула рукой на окно: «Торговых агентов просят не беспокоиться».

Джексон нацепил на себя свою самую успокаивающую и обаятельную улыбку.

– Я из полиции.

– О! – отозвалась она, все еще несколько раздраженно. Глянула на пакеты, а потом опять на него. – Не возражаете, если мы зайдем в дом? Тут несколько прохладно.

Женщина начала собирать сумки с продуктами. Мэтт галантно выступил вперед.

– Давайте лучше я.

Внутри они остановились в гостиной, оформленной в холодных серых тонах.

– Простите, что чуть не послала вас подальше, – сказала женщина, снимая пальто. Джексон заметил аккуратно покрашенные лаком ногти. Возрастные пятнышки на руках наводили на мысль, что она значительно старше, чем выглядит на первый взгляд.

Он спросил, как ее зовут и живет ли еще кто-нибудь в доме.

– Я в разводе, – коротко ответила женщина.

Джексон, которому не терпелось перейти к делу, задал ей тот же вопрос, что и всем.

– Три дня назад? Я вернулась поздно – навещала сына в Уэст-Кантри и действительно обратила внимание на какую-то незнакомую машину возле дома двадцать девять. Крисси и Джим уже были дома, и у них во дворе полно места для машин гостей, так что я решила, что это приехали к кому-то из «Рощи». Жуткое место, – доверительным тоном добавила она.

– Можете назвать марку и модель?

Свидетельница приложила наманикюренные пальчики к груди и хохотнула.

– Боюсь, что я в таких вещах не спец.

– Седан, хэтчбек, универсал, спортивная?

Она секунду подумала.

– На вид вроде спортивная. Сидит пониже, чем моя «Фиеста».

Не сильно весомая подсказка.

– А номер не помните?

– Господи, конечно же, нет!

– В какую сторону она стояла передом? – спросил Джексон.

– В мою.

– То есть в сторону главной дороги?

– Совершенно верно.

– Вы сказали, что обратили на нее внимание. Почему?

– Она была необычная.

– И что в ней было необычного?

– Цвет, – сказала женщина.

– И какой же?

– Ярко-желтый. Ослепительный. Почти неоновый.

Джексон терпеливо ждал Айрис в пригородном ресторане. Прилив энергии и уверенности в себе, который он ощутил при нежданном везении, быстро сошел на нет, а когда, уже в половине восьмого, он заподозрил, что Айрис так и не появится, настроение и вовсе упало ниже плинтуса. Да на хрена ему это вообще надо? Хороша парочка: у одного смертная тоска, у второй смертный приговор! На черта вообще какие-то расследования?

Набрав ее «киллерский» номер, он услышал все тот же механический голос: «Вызываемый абонент недоступен». Окончательно разочарованный, решил дать ей еще полчаса, после чего сворачиваться. От выпитого тоника уже бурчало в желудке.

Изучая бар на предмет любой особы мужского пола с дредами, Джексон поймал себя на том, что невольно задерживает взгляд на красивых женщинах, которых тут оказалось немало.

Самого себя он особо привлекательным не считал, но брюнетка в углу определенно строила ему глазки с того самого момента, как он уселся за столик. Джексон в очередной раз невольно перехватил ее взгляд, и она улыбнулась, шепнув что-то на ухо подруге. Подхватив стакан левой рукой, Мэтт демонстративно показал обручальное кольцо.

Долгие недели после смерти Полли Джексон едва мог заниматься самыми элементарными вещами. Было все еще больно вспоминать о счастье, которое они делили на двоих. Горе тут же разъедало любое радующее воспоминание, но он отнюдь не собирался целить свои душевные раны дешевым перепихоном.

Когда стало окончательно ясно, что Айрис не придет, Джексон поднялся и вышел в ночь, мерцающую звездами. Ресторанная парковка была набита битком. Никаких ярко-желтых автомобилей, ни спортивных, ни каких-то еще.

Едва он собрался забраться в «Мини», как у него вдруг возникло четкое ощущение, что за ним наблюдают. Замерев на месте, Джексон медленно развернулся на сто восемьдесят градусов, убежденный, что откуда-то из окружающих стоянку теней его внимательно изучают.

Уличные фонари заливали тротуары ярким светом. Фары проезжающих автомобилей размеренно били в глаза, словно стробоскоп, и эти мигающие вспышки вдруг отчетливо вызвали в памяти другой вечер, ужасающий в своей дикой жестокости. Жуткие видения – блестящий шар, ехидно плюющийся острыми разноцветными лучиками, обезображенное лицо Полли – буравом ввинтились в мозг, застыли перед глазами. Джексон вдруг почувствовал, что не может пошевелить ни рукой, ни ногой. Его словно парализовало, пришпилило к одной точке, ослепило. Безостановочно проводя кончиком языка по губам, которые казались потрескавшимися и сухими, он изо всех сил прислушивался, не послышится ли вдруг визг шин сорвавшегося с места автомобиля. Но все до единого звуки заглушала странная музыка, настойчиво звучащая у него в голове, – знакомая до боли мелодия, которую он старательно подавлял в себе до настоящего момента. Глубокий мужской голос неумолимо сотрясал тишину. И, что самое страшное, пел он о глазах, пронзенных неоновым светом.