Роман Гусев - Пальмовое сердце

- Как бы прискорбно не звучало, но тебе предстоит быть растерзанной в любом случае, если не зверьми, то мужиками уж точно, - улыбнулся старший из братьев, вызвав очередные недовольные лица своих друзей.

- Спасибо… - проговорила она недовольно.

Подростки сорвались с места и начали бежать. Темп у машин был не такой уж быстрый, как казалось первые минуты, но затем дыхание начало затрудняться, а пульс учащаться. Гарри бежал вообще без каких-либо проблем, но вот другие двое уже начали отставать, особенно Эмма, которая была не очень-то хороша в спорте, видимо.

- Эй, соберитесь, это только начало, как мне кажется, они сейчас ускоряться начнут, - сказал Гарри.

- Мне кажется, что если он захочет, то перегонит машину и быстрее них прибежит в какой-то там лагерь, о котором говорила девка.

- Даже не сомневаюсь, ты посмотри на него и на нас.

- Не сравнивай спортсмена и наркоманов, - засмеялся Томас, после чего ускорил бег, оставляя Эмму позади.

- Я не наркоманка… - запыхавшись, ответила она, при этом поднимая голову наверх, посмотрев на сильно палящее солнце. – У меня сейчас будет солнечный удар…

- Уже? Соберись. Сейчас нет возможности тебя тащить. Давай-давай, - сказал Гарри, который обернулся назад. – Дышите носом, старайтесь контролировать дыхание. Не думайте о том, что больше не можете.

Через минуту темп ускорился из-за чего Томас и Эмма сильно отстали, а Гарри всё так же преследовал машины, держась очень плотно.

- Эй! Гарри, подожди! – крикнут Томас. – Забей на них, сами добежим, подожди!

- Нет, если отстанем, не сможем добежать и останемся под палящим солнцем, да ещё и с животными.

- Да и чёрт с ними, справимся!

Младший брат останавливаться не собирался. Он продолжил бежать даже в тот момент, когда машины ещё больше нарастили темп.

- Гарри, ты козёл! – заорал Томас.

- Мы отстали… - вздохнула Эмма, поражаясь собственной слабости.

- Это совсем неудивительно, скажу я тебе… - останавливаясь и буквально глотая воздух, ответил он.

- Почему он убежал? Неужели решил бросить нас?

- Разницы сейчас никакой. Мы отстаём сильно, нам нужно двигаться дальше.

- Я не могу больше. Это солнце высасывает все силы. Жажда мучает так, что помереть хочется или просто лечь на эту высохшую землю, - продолжила она, смотря себе под ноги.

- Если не будем двигаться вперёд хотя бы медленно, тогда нас точно съедят. Мне бы этого не хотелось, поэтому соберись с силами и беги за мной. Не хочу тебя оставлять тут, но выбора не будет, если ты сдашься. Я не Гарри, ты знаешь.

- Я уже и в Гарри сомневаюсь, так что…

Они всё-таки побежали дальше. Было тяжело, но пара подростков двигалась вперёд шаг за шагом. В это время Гарри всё так же бежал прямо за машиной, не собираясь отставать ни на шаг.

- Ты занимался бегом что ли? – нахмурилась женщина.

- Атлетикой. Ускоряйтесь ещё, этот темп скучный…

- Ничего себе, - усмехнулась она. – А как же твои друзья?

- Ускоряйтесь, это всё, что я скажу, - серьёзно ответил он.

«Может быть, они ему надоели, и он решил таким образом избавиться от них…», - подумала женщина, и подала знак, чтобы машины ускорялись.

Гарри заставил их нарастить темп до такой степени, что и он бежал на пределе своих возможностей, и таким образом через пятнадцать минут они добежали до лагеря. Место было полностью огорожено сетчатым забором под напряжением. Приглядываться он не стал, лишь остановился и побежал в обратном направлении. Женщина заметила довольно поздно, поэтому, она оглянулась назад и сказала:

- Ну, что ж, вот и лагерь… Ах ты, сучёныш…

Гарри бежал со всех ног обратно. Он запомнил дорогу в точности, как и бежал. Пусть здесь не было каких-либо поворотов или сложных мест, но знать общее время бега до точки назначения очень важно для распределения сил. К тому же, по пути он особо не видел зверей, значит, сейчас можно было бы спокойно пробежать до лагеря, если поднапрячься. Он вернулся к ребятам спустя двадцать минут. Время увеличилось потому, что он и так на пределе бежал более пятнадцати минут. Издалека он заметил, что его брата и Эмму окружили три гиены, которые так и норовили напасть, но Томас пока что отпугивал их подобранными камнями и бессмысленными размахиваниями ногами, а Эмма держалась позади него и кричала каждый раз, когда рядом клацали зубы одной из гиен. Гарри не раздумывая над планом действий подхватил большой камень, который с разбега зашвырнул в одну из зверюг. Камень попал ей точно в голову, от чего она заскулила и злобно оскалилась в сторону младшего из братьев, но старший в это время не дремал и со всего маху ударил ей с ноги под нижнюю челюсть, заставив полностью потеряться в пространстве. Скулящая гиена отскочила назад, а другие две уже думали, стоит ли им лезть. Гарри продолжал закидывать их камнями, которые попадались под руку, а Томас с ближнего расстояния «расстреливал их». Наконец, одна из гиен решилась и бросилась на ноги Томаса в тот момент, когда он отгонял другую. Гиена сильно впилась зубами ему в ногу.

- Сука! – заорал Томас.

Эмма закричала от страха, но подхватила какой-то булыжник с земли и с визгом опустила его на голову этой гиене, заставляя её ослабить челюсти. Но девушка подставилась под другую гиену, которая тут же среагировала и вцепилась ей в предплечье. Зверь тут же начал трясти её руку, пытаясь разодрать в клочья, тем самым роняя девушку на землю и валяя её по земле. Томас своим камнем изо всех сил бил по голове гиене, которая вцепилась ему в ногу, разбивая её черепушку всё сильнее и сильнее, но та вцепилась, как бультерьер в шину и никак не хотела отпускать, даже ценой своей жизни. Третья гиена до сих пор пыталась прийти в себя после удара ногой под челюсть, поэтому помочь сородичам ничем не могла. В это время Гарри подлетел к Эмме, и со всей дури ударил ногой гиену в бок, а затем попытался придавить её к земле и лупил камнем по голове.

Безумные крики и облака пыли, кровь и отчаянная жестокость. Вот, что сейчас происходило на этом поле битвы. Наконец, Томас размозжил своей гиене голову в кашу, и теперь с трудом открывал её челюсти. На его икре зияли открытые раны от укуса, но это его сейчас совершенно не парило, так как он, не замечая боли, под адреналином налетел на гиену, которая, наконец, пришла в себя и уже собиралась в атаку. Он снова пнул её, но в этот момент наступил на какую-то палку, на которой поскользнулся и упал на неё же спиной, сломав надвое. Гиена воспользовалась возможностью и уже, рыча, бежала на него. Судорожно нащупав кусок палки, Томас выставил её вперёд, как раз в момент, когда гиена налетела на него. Осколок палки разодрал голодному зверю глотку и застрял там. Пока гиена отхаркивалась, парень схватил второй осколок и ударил им сверху в голову. От этого гиена закрыла пасть, раздирая себе глотку осколком в пасти ещё сильнее. Томас уже собирался накинуться на неё с новой силой, но гиена попятилась назад и решила убежать прочь отсюда. Тогда разъярённый подросток развернулся назад и увидел, как его брат всё ещё пытается справиться с гиеной, которая никак не отпускала Эмму. Девушка визжала и молила спасти её.