Джейн Харпер - Засуха

Им пришлось его отпустить.

Тогда слухи приобрели новую форму. Не убийство, может быть, и нет. Самоубийство. Мальчишка Фальк довел до самоубийства ранимую девочку. Такова была популярная версия. Вторая гласила, что ее преследовал и прикончил в конце концов этот диковатый Фальк-старший. Кто знает? В любом случае, эти двое все равно что убили ее. Слухи, беспрестанно подкармливаемые отцом Элли, обрастали подробностями, ширились и росли. Выпускали все новые ножки и щупальца и умирать не собирались.

Однажды ночью в окно их гостиной влетел кирпич. Два дня спустя отца Фалька отказались обслуживать в магазинчике на углу. Он был вынужден идти домой с пустыми руками, оставив на прилавке кучку покупок. На следующий день всю дорогу из школы за Аароном ехал пикап с тремя мужиками. Они дышали ему в затылок, пока он крутил педали — все быстрее и быстрее, — и велосипед вилял всякий раз, как он осмеливался оглянуться; сердце грохотало у него в ушах.

Рако вынул из коробки ее содержимое и разложил на столе.

Там была кружка для кофе; степлер, на котором белой замазкой было написано «Карен»; кардиган грубой вязки; флакончик духов под названием «Спринг Флинг» и рамка с фотографией Билли и Шарлот. Небогатая добыча.

Фальк вскрыл рамку и посмотрел за фотографией. Ничего. Он опять собрал рамку. Рако, сидевший по другую сторону стола, открыл флакон с духами и пшикнул. В воздухе поплыл легкий цитрусовый аромат. Фальку он понравился.

Он перешли к вещам, оставшимся от Билли: три рисунка с машинками, пара маленьких кроссовок для физкультуры, книга по чтению для новичков и коробка цветных карандашей. Фальк пролистнул страницы книги, не слишком понимая, что он, собственно, ищет.

Примерно тогда до него вдруг дошло, что отец за ним наблюдает. С другого конца комнаты, через окно, поверх газеты. У Аарона появлялось щекотное чувство в затылке, он поднимал взгляд. Иногда Эрик, сморгнув, отводил глаза. Иногда нет. Задумчивый, молчаливый взгляд. Аарон все ждал вопроса, но его все не было.

Однажды утром на крыльце они наши мертвого теленка; горло у него было перерезано так глубоко, что голова держалась буквально на ниточке. На следующее утро отец и сын собрали, что могли, в свой грузовичок. Аарон спешно распрощался с Гретчен и, несколько менее спешно, — с Люком. Никто из них не заикнулся о том, почему он уезжает. Когда они уезжали из Кайверры, белый пикап Мэла Дикона следовал за ними еще сотню километров после того, как они миновали границу города.

Больше они никогда не возвращались.

— Карен тем вечером забрала Билли домой, — сказал Фальк.

Он все думал об этом с тех пор, как они уехали из школы. — Он должен был пойти в гости, поиграть с подружкой, а она оставила его дома в тот день, когда их убили. Как думаешь, спишем на совпадение?

— Думаю, нет. — Рако помотал головой.

— Вот и мне тоже так кажется…

— Но если она думала, что им грозит опасность, то услала бы обоих детей как можно дальше.

— Может, она заподозрила что-то неладное, но не знала, что именно, — сказал Фальк.

— Или насколько все будет плохо.

Фальк взял в руки кружку Карен; поставил обратно. Посмотрел еще раз в коробку, проверил, не завалялось ли чего в углу. Коробка была пуста.

— Я как-то надеялся на большее, — сказал Рако.

— Я тоже.

Некоторое время они молча смотрели на расставленные на столе предметы, потом, по одному, положили их обратно в коробку.

Когда Фальк выходил из участка, какаду уже перекрикивались резкими голосами в верхушках деревьев, оглушительным хором призывая друг друга устраиваться на ночлег. Тени становились все длиннее. В воздухе стояла духота, и Фальк почувствовал, как по спине стекает струйка пота.

Он брел по главной улице, не слишком торопясь обратно в паб, ждавший его на другом конце. Фальк заглядывал в витрины заброшенных магазинов, прижимаясь к стеклу лбом. По большей части он все еще помнил, где что находилось. Булочная. Книжный. Большая часть витрин была совершенно пуста. Невозможно было сказать, сколько уже они вот так стоят.

Он приостановился, проходя мимо хозяйственного магазина с рабочими хлопковыми рубахами на витрине. Седоволосый мужчина, одетый в точно такую же рубаху и форменный фартук с бэйджем, уже взялся было за табличку на двери, чтобы перевернуть ее стороной «ЗАКРЫТО» на улицу. Но, заметив, что Фальк разглядывает его товар, замер на середине движения.

Фальк пощупал собственную рубашку. Это была та самая рубашка, которую он надевал на поминки. Он стирал ее уже несколько раз в раковине у себя в номере, и ткань стала совсем жесткой. А еще она липла под мышками. Он зашел внутрь.

В жестком свете магазинных ламп теплая улыбка на лице хозяина вдруг замерла. Он узнал Фалька — с секундным запозданием. Его взгляд судорожно метнулся, обежав магазин, который, как подозревал Фальк, пустовал большую часть дня. Мгновенное колебание, и улыбка расцвела вновь. Легко иметь принципы, когда карманы полны, подумал Фальк. Хозяин подробнейшим образом, как в бутике для джентльменов, ознакомил его с небогатым ассортиментом одежды. Бедняга был настолько благодарен за покупку одной рубашки, что Фальк в конце концов приобрел три.

Вновь оказавшись на улице, Фальк сунул приобретения под мышку и продолжил прогулку. Идти, впрочем, было недалеко. Он прошел лавочку, где торговали едой навынос. Любая кухня мира, если блюдо предполагало обжарку в масле и последующую демонстрацию на прилавке с подогревом. Приемная врача, аптека, крошечная библиотека. Магазинчик, торгующий всем подряд, начиная от корма для животных и заканчивая открытками, опять несколько заколоченных витрин, и вот он, «Флис». Вот и все. Главная артерия жизни города. Он посмотрел назад, размышляя, не проделать ли путь еще раз, но не смог наскрести в себе достаточно энтузиазма.

Сквозь окно паба ему было видно несколько завсегдатаев, без выражения пялившихся в телевизор. Наверху его ждал пустой номер. Он положил руку в карман, нащупал ключи от машины. И, не успев опомниться, был уже на полпути к дому Люка Хэдлера.

Солнце висело уже совсем низко, когда Фальк припарковался перед фермой Хэдлеров, на том же самом месте, где и в прошлый раз. С дверного косяка все также свисала желтая полицейская лента.

В этот раз, решительно миновав дом, он направился прямиком к большому амбару. Посмотрел на крошечную камеру наблюдения, установленную над дверью. Выглядела она дешево и функционально. Тускло-серый пластик, маленький красный огонек — камеру легко было и вовсе не заметить, если не знать, что она здесь.

Фальк представил себе Люка, как он, стоя на стремянке, прилаживает камеру. Тщательно выверяет кадр. Камера была направлена так, чтобы в кадр попали, по возможности, все входы-выходы в амбары и сараи, где хранилось ценное сельскохозяйственное оборудование. Дом во внимание явно не принимался; жалкий кусочек подъездной дорожки явно попал в кадр случайно. Ферма не разорится, если жулики сопрут из гостиной телевизор пятилетней давности. Исчезни из амбара водяной фильтр— это была бы уже совсем другая история.