Дан Сельберг - Мона

— Получение информации — первостепенная для нас задача. Нам предоставят новые данные. Но ждать нельзя. Мы должны запустить резервное копирование, а также защитить все, что возможно. Есть риск, что вирус способен поражать и копии, но мы вынуждены на это пойти. Нам также следует усилить защитные шлюзы. Пришло время строить новую стену, на этот раз цифровую.

На секунду Меир умолк. А потом перевел взгляд на Шавита.

— У меня есть еще одна мысль насчет ЦБИ. Согласно нашим источникам, первый удар будет нанесен по банку. Может, неплохой идеей было бы свести к минимуму контакты между системами ЦБИ и нашими прочими сетями.

Юваль покачал головой:

— Не получится, если мы не готовы пойти на банкротство ЦБИ. Он один из наших трех крупнейших банков и кредиторов бизнеса. К тому же у него тысячи, если не миллионы частных клиентов. Если у банка не будет доступа к внешним банковским, биржевым и платежным системам, его придется закрыть. А такой вариант просто недопустим.

Меир кивнул:

— Наверное, ты прав. Но лучше так, чем закрывать всю страну целиком.

Бен больше не сомневался.

— Мы не можем потопить ЦБИ, руководствуясь слухами. А если мы ошибаемся? И узнаем об этом, уже когда будем инфицированы? Нет, мне ближе резервное копирование. Я понимаю, что такой вариант потребует больших финансовых затрат и вызовет много вопросов. Но дополнительное копирование уязвимой информации нужно провести в ближайшее время. По всей стране.

Юваль опустил глаза и ответил, не глядя на собеседников:

— Потребуются гигантские вложения. Если такое вообще возможно. Особенно учитывая, что мы не знаем, какую информацию необходимо скопировать. И как ты говоришь, возникнет много вопросов. Давайте договоримся, что это не выплывет наружу. Утечка может нанести не меньший вред, чем сам вирус. Финансовые операции строятся на доверии. Предлагаю выделить сутки на обдумывание. Может, за это время мы получим более ясную картину того, против чего боремся. И тогда нам будет проще выбрать метод борьбы.

Бен поднялся.

— Джентльмены, а не съесть ли нам что-нибудь? Продолжим обсуждение внутри.

Из пятерых заседавших на террасе только один знал, что на самом деле ждет страну. Он встал вместе с остальными. Заходя в дом, Шавит положил руку ему на плечо:

— Друг мой, я уже слишком стар для всей этой возни с Интернетом. У меня есть «Айфон», который я даже не смог включить. Мне нравятся видимые враги. Те, кого можно схватить. Не коварные нули и единицы в неизвестности.

Синон кивнул:

— Я согласен с тобой, Бен. Но думаю, мы должны привыкнуть.

Ницца, Франция

Пьер Бальзак умер мгновенно. Его убили выстрелом в голову с близкого расстояния, и он остался лежать на лестничной клетке. Один из соседей забил тревогу, услышав выстрелы, и вызвал полицию. Сержант Лоран Мутц не был знаком с Пьером Бальзаком, но, несмотря на это, смерть коллеги его сильно расстроила. Местная полиция почти никогда не имела при себе оружия, поэтому у Бальзака не было шансов.

Звук сирен казался далеким и почти полностью заглушался мощным мотором. Фургон сильно трясло, и Лоран держался за ручку под крышей. В другой руке он держал свой SG-551 — легкий автомат, используемый группой быстрого реагирования национальной полиции Франции. Сегодня автомат был заряжен тридцатью новыми патронами SS190. Крайне неоднозначное снаряжение, способное пробить кевлар, [22] Синтетическое волокно, заменяющее сталь. оставив дециметровое отверстие. Лоран по обыкновению, как и все его коллеги, был одет в темно-синюю форму, черные перчатки, ботинки и черный бронежилет. Лицо закрывала такая же черная маска, на голове были закреплены наушники и шлем с забралом. На поясе, за пистолетом FN 5.7, он носил противогаз. На бедре крепились две шоковые гранаты.

В последние недели Лорану не везло. Все собаки, на которых он ставил, проиграли. Несмотря на предсказания так называемых экспертов. Он занял еще денег, чтобы отыграться, но снова проиграл. Мишель ничего не знала. Она думала, что на семейном счете есть сбережения, но все они сгорели. Как раз тогда, когда она присмотрела тур на время отпуска. Аванс уже надо было внести. Лоран попытался прогнать тревожные мысли и крепче обхватил оружие. Он должен сконцентрироваться на настоящем моменте.

Напротив сидел Рафаэль Монор. На поясе у него висели большие болторезные кусачки, а на коленях лежал дробовик. Рафаэль посмотрел на Лорана и ухмыльнулся:

— Думаешь, он там?

Лоран пожал плечами:

— Понятия не имею. На его месте я бы не остался. На кой черт ему встречаться с нами?

— Если он там, ему придется ой как неподвижно стоять, когда я войду.

За окнами фургона, забранными решеткой, проносились фасады Ниццы, а между ними мелькало море. Лоран взглянул на часы. Три пятнадцать. С момента вызова прошло девятнадцать минут. Достаточно ли оперативно они действуют? Мутц снова прокрутил в голове все, что знал. В два ноль семь из дома номер три по проспекту Маршала Фоха поступил сигнал тревоги. Звонившая женщина сообщила, что в квартиру напротив, которой владеет греческое пароходство, въехали новые жильцы. По ее словам, они арабского происхождения и, похоже, никогда не спят. Свет горел в квартире круглые сутки, и жильцы шумели ночи напролет. Сегодня после обеда женщина, находясь дома, услышала резкий хлопок, а когда открыла дверь, почувствовала запах гари на лестнице. Она забеспокоилась и вызвала полицию.

К своему несчастью, полицейский Пьер Бальзак патрулировал территорию неподалеку. Он ответил на вызов и направился к зданию, чтобы оценить обстановку. Руководствуясь указаниями женщины, Пьер позвонил в дверь к новым соседям, и через пару звонков они открыли. Женщина не смогла воспроизвести слова, которые были сказаны. После них открывший дверь мужчина застрелил Бальзака. Соседка, видевшая все через замочную скважину, была шокирована, но смогла позвонить в полицию. На этот раз сигнал поступил дальше, в группу быстрого реагирования. Территорию вокруг дома оцепили, и с момента выстрела никто не заходил в здание и не выходил. По крайней мере, так сообщали по радио.

Фургон резко повернул, и Лоран упал на твердую, как камень, правую руку Луиса Менара. Его коллега поймал автомат, который Лоран уронил при падении. Луис покачал головой и посмотрел в окно. Они проезжали мимо полицейских автомобилей и машины «Скорой помощи».

— Мы на месте.

Все поправили амуницию и проверили наушники. Фургон остановился, Луис встал и рывком открыл дверь. Полицейские быстро покинули машину и встали на улице в ожидании второго черного фургона, который как раз тормозил, взвив колесами волну гравия. Майор Серж вышел из фургона и приблизился к ожидавшей его группе.