Майкл Ридпат - На острие

Кальдер набрал полученный от Тарека номер, и через секунду в трубке загудел мощный бас Штала. Председатель был коротышкой с голосом гиганта.

– Привет, Зеро! Страшно рад тебя слышать. Тарек сказал, что мы должны тебя поблагодарить за то, что поведал нам, в каком глубоком дерьме мы сидим.

– Не стоит благодарности, – ответил Кальдер. – Кто там с вами?

– Я притащил Арни Робача, нашего главного юриста. Ты его должен знать. Кроме того, здесь находится Дон Мачин – глава департамента ценных бумаг. Саймон Бибби тоже здесь. Его-то ты помнишь?

– Привет, Саймон, – отозвался Кальдер. Беседа шла в режиме конференции.

– Как поживаешь, Зеро? – спросил Бибби полным доброжелательности тоном.

Голос Саймона напомнил Кальдеру о двоедушии и ударах в спину, от которых он сбежал год назад.

– Надеюсь, никто не поделился полученными от меня сведениями с Карр-Джонсом, – сказал Кальдер. – Я ему не доверяю. Вчера я очень четко довел эту мысль до Тарека.

– С ним никто не говорил, – ответил Штал. – Пока. Но прежде чем мы к этому перейдем, расскажи, что тебе известно.

Кальдер повторил то, что сказал Тареку прошлым вечером.

– Мы здесь тоже кое-что проверили. Не обращаясь в Лондон, – сказал Штал. – Мы кредитовали значительные суммы фонду «Тетон». Кредит обеспечен японскими ценными бумагами, и если рынок еще хоть немного пойдет вниз, нас ждут крупные неприятности. По какой-то неизвестной нам причине облигации «ДЖАСТИС» не указаны в нашей системе как объект риска.

Обвинение было произнесено, и в дело тут же вступил Бибби.

– В пятницу вечером я получил е-мейл от Джастина Карр-Джонса, – сказал он. – Его беспокоит, как наш департамент управления рисками проводит оценку рисков, связанных с наиболее сложными деривативами. Думаю, что департаменту придется ответить на ряд весьма важных вопросов.

Кальдер зарыл глаза. Бибби, как было принято в «Блумфилд-Вайс», начал сразу искать козла отпущения. На сей раз он указал на департамент управления рисками.

– Если это вам поможет, то завтра, по мнению Перумаля, облигации «ДЖАСТИС» покажут потери примерно в шестьсот миллионов долларов, – сказал он. – Когда вы попросите фонд «Тетон» покрыть потери, у них таких средств не окажется и начнется заваруха.

– Мы летим к вам, чтобы потолковать с этим парнем. Я уже встречался с Мартелем. Такого гипертрофированного эго, как у него, я не видел. А видел я много. Без борьбы он не сдастся.

– Я думаю, если мы поговорим с Джастином, он сможет разрулить ситуацию, – вмешался Бибби. – Нам необходимо провести переоценку этих облигаций. Я говорю о «ДЖАСТИС». Кроме того, будет нелишним выслушать его версию этого дела.

– Нет, – сказал Кальдер.

– Я полагаю, что… – забормотал Бибби.

– Почему нет? – прервал его Штал.

– Да потому что, когда я в прошлом пытался убедить «Блумфилд-Вайс» сделать нужные шаги, Карр-Джонс постоянно вставлял мне палки в колеса. Он и сейчас поступит точно так же.

– Ты воспринимаешь все слишком лично, – сказал Бибби.

– Да, я воспринимаю все очень лично, – произнес Кальдер, изо всех сил пытаясь унять гнев. – Для меня это дело имеет сугубо личный характер. Карр-Джонс не должен был оскорблять Джен Тан. Ее проблема должна была решаться по справедливости, тогда она осталась бы жива.

– Прости, Зеро, но мы сейчас обсуждаем деловые вопросы, – проговорил Бибби. – Мы решаем, каким образом можно вытащить «Блумфилд-Вайс» из этой дыры.

– И это тоже носит личный характер, – стоял на своем Кальдер. – Послушайте, Сидни. Я вовсе не был обязан звонить Тареку и информировать вас о том, что происходит. Я поступил так потому, что счел это правильным, и, должен с отвращением признать, еще потому, что испытываю нелепую верность инвестиционному банку «Блумфилд-Вайс». Я могу вам помочь, если хотите. Но вы будете действовать на моих условиях.

– И в чем же они состоят? – поинтересовался Штал.

– Мне нужен Мартель.

– Он твой, как только все закончится.

– Ну нет! Я не могу позволить ему получить шанс остаться безнаказанным. Я хочу, чтобы его арестовали уже сегодня. А завтра начнется такая свистопляска, что мало никому не покажется. Но с ней вы как-нибудь разберетесь.

– Не волнуйся, Зеро. Если этот парень виноват в смерти одного из моих людей, он получит по полной программе. Будь я проклят, если это не так.

В отличие от многих людей, которые работали на него, Штал славился прямотой и тем, что всегда был хозяином своего слова. Кальдер склонялся к тому, чтобы ему поверить.

– Ну хорошо, – сказал он. – Мне кажется, я знаю способ прихватить Мартеля и заставить передать контроль над фондом «Блумфилд-Вайс».

– И как же, дьявол тебя побери, это сделать? – спросил Штал.

– Как вы сказали, Мартель не любит сдаваться. Он все еще считает, что у него есть шансы. Он полагает, что у Фредди Лангхаузера есть клиент, готовый выложить триста миллионов долларов. Мы подтверждаем, что такой клиент действительно существует, и организуем совещание. Затем мы выкладываем Мартелю все, что нам известно. Сообщаем, что никаких новых клиентов нет и фонд «Тетон» стал достоянием истории. Мы предъявляем ему Перумаля, затем предлагаем передать бразды правления нам и требуем сказать, как была убита Джен и кто заказчик этого убийства. Мы держим наготове самолет, до отказа набитый юристами, бухгалтерами и трейдерами, чтобы двинуть их всех на фонд «Тетон». Копы должны быть готовы к тому, чтобы в любой момент забрать Мартеля… На тот случай, если придется разбираться с Джастином Карр-Джонсом, следует предупредить надежных людей в Лондоне.

На другом конце линии наступила тишина. Участники телефонной конференции явно пребывали в замешательстве.

Первым тишину нарушил Бибби:

– Сидни, я не вижу никакой нужды…

– Мы сделаем это, – не дал ему закончить фразу Штал. – Кто, по-твоему, должен лететь в Джексон-Холл?

– Прежде всего нужен главный трейдер, – ответил Кальдер. – Может быть, Тарек?

– Хорошо. Пусть летит Тарек. Я тоже лечу.

– Превосходно, – улыбнулся Кальдер.

– Я тебе позвоню. Чуть позже мы все обсудим еще раз.

Прежде чем Штал положил трубку, Кальдер еще успел услышать, как запротестовал Бибби.

– Ты все слышала? – спросил он, глядя на Сэнди.

– Все до последнего слова. Надеюсь, твой план сработает.

Три часа спустя рейс из Солт-Лейк-Сити приземлился в Джексоне и из самолета вышел Дядя Юра. У трапа его, как старинного друга, встретил человек, которого он прежде никогда не видел. Он провел Дядю Юру к видавшему виды пикапу с номерами штата Вайоминг. В пикапе имелось гнездо для мощной снайперской винтовки, в бардачке лежал пистолет. Позади сиденья хранились другие причиндалы, которые могли понадобиться Дяде Юре в его миссии. В машине также находилась папка с полезной информацией и личное послание от Михайлы Бодинчука.