Джонатан Келлерман - Дьявольский вальс

– А, еще одно имя в твоем списке. Об этом типе я никогда не слышал, поэтому поискал во всех имеющихся у меня справочниках. В основном вырисовывается фигура этакого корпоративного трутня – магистр управления бизнесом, докторское звание, серия административных постов и восхождение по должностной лестнице. Он начал с работы в национальной бухгалтерской фирме под названием «Смотерс и Кримп». Затем перешел в главное управление другой организации.

– Куда именно?

– Подожди, я где-то все выписал... А, вот, слушай. Пламб, Джордж Хаверсфорд. Родился в 1934 году, с 1958 года женат на Мэри Энн Чэмплин, имеет двоих детей и так далее... Окончил университет в 1960 году, получил звание доктора по управлению бизнесом; «Смотерс и Кримп» с 1960 года по 1963-й, ушел из этой фирмы, будучи партнером в деле. Инспектор в фирме «Хардфаст стил» в Питсбурге с 1963 по 1965. Инспектор и главный исполнительный чиновник в фирме «Редилит Мэньюфэкчюринг», Рединг, Пенсильвания, с 1965 по 1968; вверх по лестнице до поста главного администратора в организации под названием «Бакстер консалтинг», оставался там до 1971 года; с 1971 по 1974 год – в фирме «Адвент менеджмент спешиалистс»; организовал собственное дело под названием «Пламб груп», просуществовавшее с 1974 до 1977; затем, в 1978 году, обратно в корпорацию, в фирму под названием «Вантидж хелс плэннинг» в качестве главного администратора, работал там до 1981 года.

– Этот тип часто прыгает с места на место.

– В общем-то нет, Алекс. Переходит на другое место каждые два года, чтобы поднять свою ставку. Типичный образец вульгарного корпоративного трутня. Это одна из главных причин, почему я быстро оставил такую карьеру. О чем это я говорил? «Вантидж хелс» до 1981 года, затем, похоже, он начал специализироваться в медицине. В фирме «Артур Маккленан диагностике» – три года. Еще три года в «Неодайн биолоджикалз», затем в системе Всеобщей медицинской службы в Питсбурге – в фирме консультантов по охране здоровья, именно об этой фирме ты просил меня разузнать.

– И что тебе удалось выяснить?

– Небольшая или средняя фирма больничного типа, специализирующаяся по оборудованию для лечения острых заболеваний в маленьких и среднего размера городах северных штатов. Основана группой врачей в 1982 году, стала компанией открытого типа в 1985-м. Далее продажа лекарств без рецептов, нерегулярные поставки, поэтому в следующем году фирма вновь становится частной – выкупается синдикатом и закрывается.

– Зачем синдикату выкупать ее, а потом закрывать?

– Причины могут быть разные. Возможно, они обнаружили, что покупка была ошибкой, и пытались поскорее сократить потери. Или им нужна была собственность фирмы, а не она сама.

– Какая собственность?

– Диагностическое оборудование, инвестиции, пенсионный фонд. Другая группа, о которой ты спрашивал, «БИО-ДАТ», вначале была в подчинении Всеобщей медицинской службы. Отделение по анализу информации. Кстати, прежде чем они выкупили эту фирму, она была продана другому концерну – «Нортен холдингз», Миссула, штат Монтана, и тем самым была сохранена.

– Компания открытого типа?

– Частная.

– А другие компании, в которых работал Пламб? Тебе они знакомы?

– Нет.

– Среди них есть компании открытого типа?

– Секундочку, сейчас скажу... У меня тут старый компьютер. Подожди, пока я получу обзорный лист. Ты хочешь знать о всех компаниях, начиная с бухгалтерской – «Смотер», и так далее?

– Если у тебя есть время.

– У меня больше времени, чем я привык иметь. Подожди секундочку.

Я ждал, слушая стук клавиш.

– Ну вот, – наконец произнес Лу. – Развернем список и поищем... начинаем.

Щелчок.

– В Нью-Йорке – ничего.

Щелчок.

– Ни одно из них не числится в списках американской фондовой биржи. Давай посмотрим, как обстоят дела с системой автоматизированной котировки ценных бумаг Национальной ассоциации дилеров...

Щелчки.

– Не числится, Алекс. Сейчас проверю списки частных владений.

Щелчок.

– Мне это не нравится, Алекс. – В его голосе послышалось раздражение.

– Хочешь сказать, что ни одна компания не работает?

– Похоже на то.

– Тебе это кажется странным?

– Ну, в общем-то, предприятия разоряются или закрываются довольно часто, но этот Пламб похож на поцелуй смерти.

– Чак Джонс нанял его администратором больницы, Лу. Не хочешь ли пересмотреть свое мнение по поводу намерений твоего старого знакомого?

– Считаешь его Разрушителем, а?

– Что случилось с другими компаниями, с которыми был связан Пламб?

– Это будет трудно разузнать. Все они небольшие, а если еще и частные, то едва ли происходило какое-либо деление фондов, а в деловой прессе если и промелькнуло сообщение, то совсем неприметное.

– А как насчет местной прессы?

– Если город существовал ради этой компании и множество людей оказались выброшенными на улицу, то может быть. Но попробуй отыщи этот город.

– Хорошо, спасибо.

– Это действительно так важно, Алекс?

– Не знаю.

– Мне было бы намного легче разыскать следы, если бы я знал суть дела, – сказал Лу. – Позволь мне поиграть в Тарзана и немножко полазить.

После того как Лу повесил трубку, я вызвал справочное бюро штата Вирджиния и получил номер телефона института химических исследований Ферриса Диксона. Ответил приятный женский голос:

– «Феррис Диксон», добрый день, чем могу вам помочь?

– Это доктор Швейцер из Западной педиатрической больницы в Лос-Анджелесе. Я коллега доктора Эшмора.

– Подождите одну секунду.

Длительная пауза. Музыка. Голливудский струнный оркестр играет «С каждым твоим вздохом» Полиса.

Голос послышался снова:

– Да, доктор Швейцер, чем я могу вам помочь?

– Ваш институт субсидирует научную работу доктора Эшмора.

– Да?

– Меня просто интересует вопрос: известно ли вам, что его больше нет в живых?

– О, как ужасно, – проговорила женщина, но ее голос не казался удивленным. – Но я боюсь, что человек, который мог бы помочь вам, отсутствует.

Я не просил помощи, но не оставил эту фразу без внимания.

– Кто бы это мог быть?

– Я не совсем уверена, доктор. Мне придется выяснить это.

– Пожалуйста, если вас не затруднит.

– Конечно, но потребуется некоторое время. Почему бы вам не сообщить мне свой номер, я бы перезвонила вам.

– Меня не бывает на месте. Может, лучше я вновь позвоню вам?

– Конечно, доктор. Всего хорошего...

– Простите, – продолжал я. – Раз уж мы разговариваем, не могли бы вы сообщить мне некоторые данные о вашем институте? Я интересуюсь ради собственной работы.

– Что бы вы хотели знать, доктор Швейцер?

– Какого рода исследования вы предпочитаете субсидировать?

– Это технический вопрос, сэр, – сказала она. – Боюсь, что в этом я тоже не смогу вам помочь.