Кристофер Райх - Правила мести

Далеко впереди две полицейские машины, преодолев поребрик, выкатились на пристань. Там они остановились, надежно перекрыв ему проход вдоль причала. Полицейские стояли у машин, держа автоматы наготове. Джонатан свернул влево, принуждая налившиеся свинцом ноги бежать быстрее, и, с трудом пробившись через пешеходную дорожку, запруженную людьми, достиг широкого пирса, разделявшего два круизных лайнера. Пирс оказался подобен знаменитому «глазу бури» — в том смысле, что в этом уголке порта было совсем мало людей. Позади Джонатана их столпилось несколько сотен. Впереди — того больше. Но на этом безлюдном участке он наконец-то не увидел ни одного синего мундира.

Иди медленным шагом, и никто на тебя не оглянется, сказала ему однажды Эмма. Побежишь — сразу превратишься в мишень.

Пересиливая инстинкт самосохранения, Джонатан перешел на прогулочный шаг. Слева от него с борта круизного судна был спущен пассажирский трап, с которого выплескивался людской поток. Справа от него портовые грузчики руководили выгрузкой из глубин корабля дорожных сумок и расставляли их аккуратными рядами. Рядом просигналил автопогрузчик и прокатил мимо, перевозя огромный ящик.

Джонатан приблизился к самому краю пирса. На всем его протяжении, как он и предполагал, ниже основного уровня шла другая пристань, опущенная метра на два, куда через определенные промежутки спускались лесенки. Насколько ему было известно, она предназначалась для грузчиков и рабочих доков, обслуживающих стоящие в порту суда. Опершись рукой о край пирса, он спрыгнул на эту нижнюю пристань и сунул голову под настил. Пирс поддерживался сложной конструкцией из деревянных балок, напоминавшей затейливое кружево. Вода плескалась вокруг свай, облепленных мелкими рачками. Откуда-то из темноты на него уставилась крыса. Он побежал дальше, все время оглядываясь.

Затем он увидел как раз то, что нужно. В качестве защитных подушек, предохраняющих корпус океанского лайнера при швартовке, в порту Чивитавеккьи использовались огромные, в человеческий рост, буи, выполняющие роль кранцев, изготовленные из той же толстой черной резины, что и автомобильные покрышки. Совершенно круглые и полые внутри, они имели шесть метров в длину и три в высоту. Джонатан ухватился за край одного из них и запрыгнул внутрь. Делая один неуверенный шажок за другим, он постепенно достиг середины буя. Там он и сидел в течение всего следующего часа, прислушиваясь к вою то приближающихся, то удаляющихся полицейских сирен, к рассерженным голосам полицейских, отдающимся эхом в его убежище, пока наконец все разом не стихло.

И тем не менее он не дерзнул показаться в порту. Вместо этого он потихоньку выскользнул из буя и погрузился в морские волны.

Вода оказалась теплой и грязной. Он набрал в легкие побольше воздуху и нырнул.

Кейт Форд стояла на пирсе, уперев руки в бока. Прошло полчаса с тех пор, как Рэнсом очертя голову выскочил на шоссе поперек движения, а затем скрылся в порту. Там его след затерялся. Несмотря на все усилия более чем пятидесяти полицейских, беглеца так и не смогли найти. Даже теперь еще продолжался осмотр всех пришвартованных в Чивитавеккье круизных судов. Патрульные катера бороздили гавань во всех направлениях. Но надежды на поимку Рэнсома у нее практически не оставалось.

— Ушел, — сказала она.

Подполковник из корпуса карабинеров покачал головой:

— Не может быть. Мы загнали его в угол.

— Он уплыл, — ответила Кейт.

— Но здесь столько судов, — возразил ей карабинер, окидывая взглядом четырехпалубные лайнеры справа и слева от себя. — Это слишком опасно.

Чего не сделаешь, когда нет иного выбора, подумала Кейт. Она повернулась и зашагала назад, к главной улице.

— Пойдем, — позвала она. — Рэнсом добрался сюда раньше нас. Искал жену. Кто-то его непременно видел. А может, кто-то с ним даже говорил.

— С чего начнем?

Кейт развернула записи из приемного покоя, провела по листу пальцем и остановилась там, где говорилось, в каком именно месте подобрала «скорая» раненую женщину, сообщившую лишь свое имя — Лара.

— Гостиница «Рондо», — произнесла она.

Офисы Международной корпорации ядерной безопасности располагались на двадцать седьмом этаже небоскреба, находящегося в парижском районе Дефанс, где вовсю кипела столичная деловая жизнь. Корпорация позиционировала себя в качестве некоего «универсального магазина», который мог полностью удовлетворить запросы и частных компаний, и государственных организаций, и военных баз во всем, что касается обеспечения безопасности, предоставляя им целый спектр соответствующих услуг. Но, как и следовало из названия, эта компания специализировалась в одной области: защите и охране атомных объектов.

Что касается АЭС, то корпорация подключалась к работе на стадии разработки концепции и сопровождала проект до самого конца строительства, разрабатывая и реализуя всевозможные меры безопасности, в которые входили контроль за непосредственным физическим доступом на станцию и выходом из нее (системы сигнализации, видеокамеры, пункты контроля биометрических данных), компьютерная безопасность, контроль за местонахождением на ее территории обслуживающего персонала, силовые охранные структуры и, наконец, мониторинг всех систем, связанных с критическими режимами работы, включая организацию хранения отработанного ядерного топлива. Не стало бы преувеличением сказать, что почти все основные производители электроэнергии на Западе, так или иначе, полагались на корпорацию, гарантировавшую безаварийную работу и безопасную эксплуатацию ядерных установок. До сего дня их доверие неизменно бывало оправданно. Ни одна из сертифицированных ею электростанций никогда не сталкивалась с такими неприятностями, как аварийное отключение, закрытие или иной инцидент. Все это промелькнуло в памяти Эммы Рэнсом, пока она пересекала широкую открытую площадку перед зданием, в котором расположилась штаб-квартира корпорации. У входа она поправила жакет и разгладила юбку. Черный костюм имел высокий разрез на бедре и глубокий вырез на груди, а также бирочку, свидетельствующую, что он представляет собой дешевую подделку фирмы «Диор». Таков был вкус Папика. Чрезмерная изысканность ему никогда не нравилась; хотя, по правде сказать, в его стране изысканность вообще была не в ходу.

Собираясь на задание, она распрямила волосы, ровно подрезала их до уровня плеч и выкрасила в черный, как вороново крыло, цвет. Надела карие контактные линзы и каблуки высотой десять сантиметров, потому что у настоящей Анны Шоль были карие глаза и рост сто семьдесят восемь сантиметров. Когда Эмма открыла стеклянную дверь и вошла в находящийся между первым и вторым этажом вестибюль с кондиционированным воздухом, она вовсе не боялась, что в ней могут признать мошенницу. Скорее, она опасалась не совладать со сверхвысокими каблуками и, сверзившись с их заоблачных высей, приземлиться на не слишком дорого упакованную задницу.