Роберт Ладлэм - Уловка Прометея

– Джордж! – радостно воскликнула Фелисия и улыбнулась. Ее жемчужно-белые вставные зубы были испачканы губной помадой. – Ох, все это так сбивает с толку! Ты же мертв!

Голос ее сделался ворчливым, как будто она читала нотацию непослушному ребенку.

– Тебя действительно не должно быть здесь, Джордж.

Брайсон улыбнулся, поцеловал тетю Фелисию в щеку и сел за столик напротив нее. Она по-прежнему принимала Ника за его отца.

– Ты поймала меня, Фелисия, – спокойно, даже слегка небрежно отозвался Брайсон. – Но расскажи мне еще раз – как я умер?

Фелисия сердито сощурила глаза.

– Джордж, хватит об этом! Ты отлично знаешь, как это произошло. Давай не будем мусолить все это снова. Ты же знаешь, что Пит чувствует себя виноватым. – Она зачерпнула ложкой картофельное пюре.

– Почему он чувствует себя виноватым, Фелисия?

– Он хотел бы, чтобы это случилось с ним. С ним, а не с тобой и с Ниной. Он снова и снова укорял себя. Почему Джордж и Нина должны были погибнуть?

– А почему мы должны были погибнуть?

– Ты прекрасно знаешь это. Мне не нужно рассказывать тебе.

– Но я не знаю, почему. Быть может, вы мне скажете об этом?

Брайсон поднял глаза и с удивлением увидел Елену. Она осторожно обняла Фелисию, а затем присела рядом с нею, взяв обеими руками исхудалую, покрытую коричневыми пятнами ладонь старой женщины.

Узнала ли Фелисия Елену? Конечно же, это было невозможно: они виделись всего один раз, много лет назад, и та встреча была мимолетной. Однако в поведении Елены было что-то такое, что заставило Фелисию успокоиться. Брайсон пытался поймать взгляд Елены, чтобы понять, что происходит, однако внимание Елены было целиком и полностью направлено на Фелисию.

– Его действительно не должно быть здесь, – пожаловалась Фелисия, бросив взгляд на Брайсона. – Ты же знаешь, что он умер.

– Да, я знаю, – мягко ответила Елена. – Но расскажите мне, что произошло. Быть может, вы почувствуете себя лучше, если поговорите со мной о том, что случилось.

На лице Фелисии отразилось волнение.

– Я всегда винила в этом себя. Пит все время говорил, что он не хотел, чтобы они погибли, – он желал бы оказаться на их месте. Ты же знаешь, Джордж был его лучшим другом.

– Я знаю. Для вас слишком больно говорить об этом, верно? Я хочу сказать – о том, что произошло. Каким образом они погибли?

– Ну, ты знаешь, это бь1л мой день рождения.

– Вот как? Поздравляю с днем рождения, Фелисия! Желаю счастья!

– Счастья? Нет, это вовсе не счастье. Это горе, такое огромное горе! Такая кошмарная ночь!

– Расскажите мне о той ночи.

– Это был такой красивый снежный вечер! Я приготовила ужин на всех, но я не беспокоилась о том, что ужин остынет. Я говорила об этом Питу. Но он все равно не хотел, чтобы ужин в честь моего дня рождения был испорчен. Он твердил Джорджу, чтобы тот поспешил, поспешил! Чтобы ехал быстрее! А Джордж не хотел спешить, он говорил, что старый «Крайслер» не приспособлен для обледенелой дороги, что тормоза плохо держат. А Нина беспокоилась – она хотела, чтобы они где-нибудь остановились и переждали буран. Но Пит продолжал торопить их, подталкивать их! Быстрее, быстрее! – Широко распахнутые глаза Фелисии наполнились слезами. Она не сводила с Елены отчаянного и молящего взгляда. – Когда машина потеряла управление и Джордж с Ниной погибли... ох, мой Пит больше месяца пролежал в больнице, и все это время он твердил, снова, снова и снова: «Это я должен был погибнуть! Не они! Это должен был быть я!»

Слезы потекли по морщинистым щекам Фелисии. Болезненные воспоминания всплыли из глубин ее сознания, в котором прошлое и настоящее смешались в один пестрый ворох.

– Ты же знаешь, они были лучшими друзьями.

Елена обвила рукой хрупкие плечи старухи.

– Но это был просто несчастный случай, – сказала она. – Всего лишь случайность. Все в этом уверены.

Брайсон встал и обнял Фелисию, чувствуя, как на глаза ему тоже наворачиваются слезы. Старая женщина показалась ему совсем маленькой и легкой, как птица.

– Все в порядке, – успокаивающе произнес Брайсон. – Все хорошо.

– Должно быть, для тебя это оказалось огромным облегчением, – сказала Елена. Брайсон, сидевший рядом с ней за рулем взятого напрокат зеленого «Бьюика», кивнул.

– Думаю, мне нужно было услышать об этом – даже в таких странных обстоятельствах, даже при том, что у Фелисии не все в порядке с головой.

– Однако в мышлении Фелисии наблюдается определенная закономерность – пусть даже мысли у нее путаются. Ее долговременная память в полном порядке – обычно так и бывает, давние воспоминания остаются незатронутыми. Быть может, Фелисия и не в состоянии осознать, где находится в данную секунду, однако свою брачную ночь она будет помнить отчетливо.

– Да. Подозреваю, что Данне рассчитывал на ее прогрессирующую дряхлость – в случае, если я буду искать у Фелисии подтверждения той лжи, которую он так искусно сконструировал. Фелисия – единственный оставшийся в живых свидетель тех давних событий, однако на ее воспоминания нельзя положиться. Данне знал это и понимал, что она не сможет уверенно опровергнуть его ложную версию.

– Хотя она все же это сделала, – напомнила ему Елена.

– Да, сделала. Однако для этого потребовалось доверие, терпение и настойчивость. Потребовалась мягкость, которую вряд ли могли проявить церэушники Данне. Слава богу, что у меня есть ты – вот все, что я могу сказать. Кто бы мог подумать, что такое нежное создание обладает талантами агента-оперативника?

Елена улыбнулась.

– Ты имеешь в виду телефонный номер?

– Как тебе удалось заполучить его, да еще так быстро?

– Да легко! Я просто подумала о том, где я бы спрятала этот номер, будь я на месте Ширли – так, чтобы его Можно было быстренько найти. И еще я сообразила, что если Гарри Данне хотел прикинуться заботливым родственником Фелисии, он не стал бы требовать от администраторши соблюдения всех мер безопасности.

– И где же был этот номер – в ежедневнике на ее столе?

– Почти. Список срочных контактных номеров был прикреплен в верхнем левом углу ее настольного календаря. Я заметила его, как только уселась за стол, и потому «случайно» забыла сумочку в кресле. Когда мы вышли чтобы осмотреть заведение, я неожиданно вспомнила и вернулась за сумочкой. Когда я забирала сумочку, она нечаянно раскрылась, и все, что в ней было, рассыпалось по столу и по полу. Собирая вещи, я бросила взгляд на список и запомнила номер, вот и все.

– А если бы его там не было?

– У меня был в запасе план Б: забыть сумочку на более долгое время и вернуться за ней, когда Ширли выйдет покурить. Она очень много курит.

– А план В был?

– Да. Ты.

Брайсон рассмеялся – эта маленькая шутка позволила ему хотя бы немного сбросить напряжение, постоянно давившее на него.