Питер Абрахамс - Чужая вина

«Тук-тук». Пират подошел к двери и, немного помучавшись с обилием замков, засовов и цепочек, отворил. На пороге стояла Сюзанна, а за спиной у нее маячил мужчина в пасторском воротничке.

— Привет, Сюзанна.

— Привет, Элвин. Вкусный тут, наверное, сок?

— Сок?

Она указала глазами на картонный пакет у него в руке.

— О да, очень вкусный.

— Это преподобный Проктор из Шахматного общества, — представила своего спутника Сюзанна.

— А что это за общество такое? — Пират не любил пасторов, преподобных, священников и прочих. Его религия в них не нуждалась.

Преподобный такой-то прокашлялся и заговорил своим елейным преподобным голоском:

— Мы помогаем бывшим заключенным заново интегрироваться в общество.

— Да? — Заново интегрироваться? Он что, хочет запихнуть его в гетто? Как это, интересно, ему удастся?

— Позволите нам войти? — спросила Сюзанна.

— Милости прошу. — Пирату настолько понравилось произносить эти слова, что он тут же повторил их.

Они расположились в гостиной его номера люкс. Люкс, как вам? Недурно, да? Он пару раз останавливался в мотелях, когда они с группой ездили по барам, однако номеров люкс там не было.

— Я вскоре уезжаю, — сказала Сюзанна. — Так что связь можете поддерживать через преподобного Проктора.

— А куда вы едете?

— Домой, в Чикаго.

— Вы там живете?

После секундного колебания — возможно, Сюзанна не расслышала — она все же ответила:

— Да. — Сегодня кожа у нее была особенно красивая.

— Город Ветров… — протянул Пират. — Ни разу там не был.

— Вам, наверное, покажется, что там очень холодно, — заметила Сюзанна.

— Ну, для разнообразия можно и померзнуть. — Он дружелюбно улыбнулся ей. Ответную улыбку она будто выдавила из себя. Она вообще была не похожа на себя сегодня. Пират понимал: она сейчас переживает спад, который следует за всяким большим достижением. Он запомнил это чувство после одного прослушивания в Атланте. Имени продюсера Пират не помнил, но это был настоящий продюсер, кроме шуток. Пират помнил лишь усталость и подавленность, последовавшую сразу за прослушиванием, хотя сыграли они отлично, а помощница продюсера сказала, что им перезвонят. — Я бы хотел вас поблагодарить. За все, что…

— Для меня лучшая благодарность — видеть вас на свободе, — сказала Сюзанна.

— Ага. Я на свободе. Может, хотите выпить чего-нибудь? — Он вдруг понял, что до сих пор держит пачку из-под сока.

— Нет, спа… — Сюзанна осеклась.

— Было бы очень… — встрял преподобный.

Пират отошел к мини-бару и налил два стакана сока. Протянул напитки гостям.

— Как насчет тоста? — предложил он.

— Отличная идея, — поддержал его преподобный.

Он поднял свой стакан. Сюзанна последовала его примеру.

— Йо! — ухнул Пират и отпил прямо из пакета. Сюзанна, возможно, не хотела пить, так как стакан ее, хоть и поднятый, остался нетронутым. А вот преподобный выпил.

— За ваше будущее, — сказал он.

— Ага. Последние более, нежели… — Он не стал заканчивать фразу.

— Откуда эта цитата? — оживился преподобный.

— Да ниоткуда.

Преподобный потер руки, как будто собирался немедленно взять быка за рога. Пират видел, что этот мужик из деятельных, вроде волонтеров, которых он часто встречал за решеткой.

— В продолжение нашей темы, — сказал преподобный, — позвольте спросить, какие у вас в данный момент планы.

В продолжение нашей темы? Планы в данный момент?

— На будущее, — разъяснила Сюзанна.

Пират глубоко вдохнул. Приятный он, воздух свободы.

— Я никуда не спешу, — ответил он. — Буду делать все не спеша, без лишнего напряга.

Сюзанна и преподобный переглянулись.

— У вас есть кто-то из… прошлой жизни, с кем вы бы хотели связаться? Мы охотно вам поможем. Родственники, друзья?

— Никого.

Преподобный кивнул.

— И кем вы видите себя через два-три года?

Пират не стал отвечать. Может, этот святоша заметил наклейку «Джим Бим» на одной из крошечных бутылочек виски? Пират вдруг явственно вспомнил вкус «Джим Бим». Очень приятный вкус.

— Тогда давайте уточним еще раз финансовые вопросы, — предложила Сюзанна.

— Конечно. — Пират не помнил, чтобы они это обсуждали, ну да ладно. Он поставил пакет апельсинового сока на место и приготовился слушать.

— Как вам известно, — начала она, — мы подали иск против штата от вашего имени. Пока что ведутся переговоры, и загадывать нельзя: никаких гарантий нет. Тем временем вас финансируют за счет краткосрочного займа, предоставленного проектом «Справедливость». Сумма впоследствии будет вычтена из компенсации со стороны государства, если, конечно, мы выиграем это дело. — Она замолчала. — Вопросы?

— Ага, — сказал Пират. — Эти переговоры… их кто ведет? Тот еврей, второй адвокат?

Сюзанна растерянно моргнула.

— Нет. Для этих целей у нас есть специалист по финансовым вопросам. Она превосходный специалист.

Пирата это устраивало. Хотя, как известно, деньги лучше доверять евреям. Но с другой стороны — может, та баба тоже еврейка, почему бы и нет? Он едва сдержался, чтобы не спросить.

— Что-нибудь еще?

— Сколько?

— Сколько чего?

— Сколько мне заплатят.

Сюзанна откинулась на спинку кресла. Может, не такая уж она и красивая, как ему казалось. А может, его глаз просто устал: такое случалось, ведь бедняга работал за двоих. Пират на миг опустил веко и помассировал глаз запястьем.

— Мистер Дюпри? Вы хорошо себя чувствуете? — озаботился преподобный.

Пират прекратил массаж, открыл глаз и увидел Сюзанну и преподобного размытыми, в цветных полосках, как будто его внутренний телевизор плохо ловил этот канал.

— Сюзанна, возможно, вы могли бы назвать хоть самую приблизительную цифру?

— Нет, — сказала она. — Это не то чтобы неизведанная для нас территория, но все-таки подобные случаи пока еще редки в нашей практике.

— Может, вспомните такой случай, чтобы мы получили общее представление?

Сюзанна бросила в сторону преподобного странный взгляд. Глаза ее сузились. Она что, разозлилась? Трудно понять.

— В прошлом году был случай в Оклахоме, очень отдаленно похожий на наш. Тот мужчина просидел меньше, у него было высшее образование и опыт работы в корпорации.

— Значит, мистера Дюпри ожидает меньшая сумма?

— Верно.

— Меньшая, чем сколько? — вклинился Пират.

— Оклахома выплатила тому человеку почти пятьсот тысяч долларов, — сказала Сюзанна. — Это до вычета налогов.

— Пятьсот кусков? — Вот теперь-то он понял конец Иова, когда люди стали осыпать его всякой всячиной: деньгами, золотыми серьгами, четырнадцатью тысячами овец, всеми этими верблюдами, быками и ослицами. Ослицы, хм. Да с пятьюстами кусками он найдет себе любую самочку. На это его математических способностей хватит: пятьсот кусков — это полмиллиона. Пират вновь видел окружающие предметы ясно.