Джеймс Твайнинг - Scanned Document

— Ты почти права. — Он лукаво подмигнул.

Верити оглядела его с подозрительной улыбочкой, сдвинув очки на макушку и прикрыв глаза рукой от солнца.

— Похоже, ты пытаешься меня умаслить?

— Да куда там! Разве бы я дерзнул? — Он усмехнулся, потом заметил ожидавшего официанта. — Вот, рекомендую голубиные грудки.

Получив заказ, официант удалился. Они помолчали, только постукивание длинных, покрытых лаком ноготков Верити о бокал нарушало тишину, потом наконец она вперила в Фолкса вопрошающий взгляд.

— Ну, такты заполучил ее?

Ага, наконец-то! Этого вопроса он ждал и был поражен — она продержалась на целых три минуты дольше, чем он ожидал. Видимо, решила продемонстрировать хладнокровие.

— Да, она у меня. Вчера прибыла. Собственными руками распаковывал.

— И она… — Верити так и не смогла вымолвить свой вопрос, не сумев облечь его в слова, а запланированная стратегия хладнокровия, похоже, разбилась о первый же барьер.

— Все то, о чем ты мечтала, — уверил он.

— И у тебя есть покупатель? — В голосе ее прозвучала озабоченность. — Потому что после истории с куросом попечители требуют проверки. Заикнулись даже о создании какого-то неофициального черного списка. Это же просто безумие! Психи устанавливают правила в психушке!

— Покупатель у меня есть, — снова уверил он. — И если ты оценишь маску по заранее оговоренной цифре, он с удовольствием передаст ее в дар Музею Гетти, как мы и договаривались.

— Ну конечно, разумеется! — В ее голосе слышалось облегчение.

— А что там директор Бери? — Теперь настала очередь Фолкса проявлять беспокойство. — Ты говорила с ним?

— Да ну его, гаденыша! — фыркнула Верити. — Как только он умудрился стать директором!.. — Она помолчала, пытаясь совладать с собой. — Впрочем, что это я разнылась? Покладистый пони на поводке лучше, чем необъезженный арабский скакун, на которого уздечку не накинешь.

Она залпом осушила свой бокал, и официант бросился снова наполнять его, не дав Фолксу времени даже потянуться к бутылке.

— Так Бери согласился?

— Если она в таком состоянии, в каком ты говоришь, и если я подтвержу, что это работа Фидия, он сам подсунет попечителям все необходимые бумаги. Бери, может, и не компетентен в кое-каких вопросах, но не дурак и прекрасно понимает, что такие вещи важны для репутации. И он знает, что если мы ее не возьмем, то возьмет кто-нибудь другой.

— Мой покупатель обещал деньги к концу недели — ждет от тебя зеленого света. В Калифорнии она может быть уже в конце месяца.

— Жаль, что у нас на сегодня столько встреч назначено, — вздохнула она. — Жду не дождусь четырех часов!

— Могу тебя порадовать. — Фолкс улыбнулся. — По дороге сюда я встретил Джулиана Симмонса из «Галери ориенталь» — он просил отложить встречу. Так что мы с тобой сможем подъехать туда уже к трем.

Она посмотрела на часы и улыбнулась.

— Всего два с половиной часика потерпеть. Не так уж и долго после двух с половиной тысяч лет.

— Господи, ну и дыра! — проворчал Арчи.

Том не мог с ним не согласиться. Замызганный потертый ковер, выцветшие занавески, загаженные окна, невзрачные шкафчики, выстроившиеся шеренгой вдоль стены. Вопиющее убожество не мог скрасить даже величественный стол с круглой стеклянной столешницей на массивной коринфской колонне. Вздохнув, Том открыл один из шкафов и отшатнулся с разинутым ртом.

— Ничего себе! Вы только поглядите!

Полки в шкафу были битком набиты антиквариатом. Вазы, статуэтки, бронза, фрески, мозаика, стекло, фаянсовые фигурки животных, украшения — все эти предметы громоздились друг на друга, не оставляя свободного места. Конечно, со всем этим добром обращались не так варварски, как в доме Контарелли, но Том не мог не подивиться размаху и широте подхода.

— Здесь то же самое! — сказала Аллегра, заглянув в другой шкаф. Голос ее звенел от негодования.

— И здесь! — отозвался Арчи, открыв следующий шкаф.

В дверь тихонько постучали. Пользуясь часами д’Арси, Том впустил Доминик.

— Ты что, удрала? — усмехнулся Арчи.

— Да уж ты молчал бы лучше! — огрызнулась Доминик. — Не знаю, что уж ты ему там наговорил, чтобы снять помещение, но он смотрел на меня так подозрительно!.. Хорошо еще, что ему надо было совершать дежурный обход, иначе я бы, наверное, уже… — Она осеклась на полуслове, увидев содержимое шкафов. — О-о, я вижу, мы попали как раз куда надо!

— И ты как раз вовремя, — сказал Том. — Мы собирались перейти в следующую комнату.

В соседней комнате они обнаружили такую же аладди-нову пещеру, только сокровища здесь хранились с большим небрежением — древнеегипетские саркофаги распилены на куски, коробки с ярлыками «Сотбис» и «Кристи» даже не развязаны, вазы облеплены запекшейся грязью, резные печати из Ирака обернуты в газету, бронзовая статуя из Индии просто прислонена к стене, перуанская керамика стоит прямо на полу… Посреди комнаты красовалась деревянная голова гватемальского ягуара весом с четверть тонны.

— Да-а, со всего мира сюда дерьма понатащил!.. — заметил Арчи, озираясь в поисках места, куда можно наступить. — И подделками не брезгует. — Он кивнул на две абсолютно одинаковые кикладские статуи арфистов. — Оригинальчик-то в Афинах.

Но Том уже не слушал, потому что заметил в дальнем конце комнаты огромный сейф. На всякий случай он подергал ручку — сейф, конечно, был заперт.

— Идите скорее сюда! — позвала Аллегра с порога третьей комнаты, гораздо меньшей по размеру, зато не менее интересной.

Здесь хранились не сами древности, а всевозможная документация — полароидные фотоснимки, накладные, оценочные сертификаты, сопроводительные бумаги, грузовые декларации, сертификаты подлинности, квитанции денежных переводов. Все было тщательно рассортировано и разложено в архивные коробки по годам.

Самым красноречивым свидетельством были, конечно, фотографии. В одной вытащенной наугад пачке была изображена аттическая чаша — сначала покрытая грязью и прилипшим мусором в багажнике какой-то машины, потом та же самая чаша, но уже отчищенная и частично отреставрированная, потом она же, но полностью отреставрированная и доведенная до «товарного вида», и, наконец, эта же самая чаша, красующаяся в витрине какого-то музея, рядом с витриной стоит Фолкс с видом гордого папаши, получившего наконец возможность продемонстрировать всем своего новорожденного младенца.

— Ну прямо как Лазарь, восставший из мертвых, пробормотала Аллегра, заглядывая Тому через плечо.

— Да, только на этот раз у Лазаря найдутся вещественные доказательства, — прибавила Доминик. Она нашла несколько каталожных ящичков, набитых карточками. На них мелким почерком Фолкса были подробно и тщательно записаны все его торговые сделки — названия предметов, даты передачи, цены, имена покупателей. — «Гетти», Метрополитен, братья Гилл, коллекция Авнера Кляйна и Дины Кэрролл… — перечисляла ока, перебирая карточки. — Тут сделок лет за пятнадцать — двадцать…