Саймон Тойн - Ключ

Удар в живот он получил неожиданно — молниеносный и мощный, будто ударили дубиной. Ответить Габриель был не в силах — задыхаясь, он упал на пол. Новый сокрушительный удар локтем выбил из руки пистолет.

После этого включился фонарик.

— Вот мы и встретились, — удовлетворенно проговорил Дик, снимая очки ночного видения. — Не забыл меня?

Габриель попробовал пошевелиться, но острая боль от страшного удара буквально парализовала его. Он оглянулся туда, где осталась Лив. Над ней стоял другой мужчина в просторном одеянии бедуина, лицо его полностью закрывали большие очки и куфия, придававшие ему сходство с инопланетянином. За спину был заброшен автомат АК-47, а в руке он держал пистолет, направленный на Лив. Габриель протянул к ней руку, но огромный ботинок врезался ему в ребра и перевернул на спину. Габриель увидел ухмыляющегося великана, который сжимал теперь оброненный им «глок».

— Больше сбежать не удастся, — заявил великан.

В его огромной лапище пистолет смотрелся нелепо, будто детская игрушка. Габриель увидел, как большой палец его врага скользит по затвору пистолета сбоку, и понял, что пришел его смертный час.

«На „глоке“ же нет предохранителя», — сообразил вдруг Габриель, испытывая нечто вроде признательности к великану за допущенную им ошибку, которая дарила ему драгоценные полсекунды жизни. Он в последний раз посмотрел на Лив и улыбнулся.

Потом тишину пещеры разорвал гулкий пистолетный выстрел.

Хайд услышал этот выстрел, когда гулкое эхо разнеслось по руслу высохшей речки и улетело дальше, в пустыню. Некоторые лошади тревожно заржали при звуке выстрела, но быстро успокоились. Хайд напрягся, ожидая услышать новые выстрелы, — они означали бы, что устроенная Диком ловушка не сработала, что они столкнулись с вооруженным сопротивлением. Но вокруг стояла тишина и посвистывал еще не улегшийся ветер.

Хайд почувствовал разочарование. Одинокий пистолетный выстрел мог значить только одно: с Габриелем Манном покончено, а девушка захвачена. Все завершилось, едва начавшись. Он завел мотор и направил бронетранспортер в русло вади, уже не опасаясь никакой засады. Теперь ему хотелось лишь одного: забрать девушку и поскорее возвратиться в поселок.

Дик зашатался, из разорванных сосудов правого глаза струей хлынула кровь — пуля вошла ему в висок. Еще несколько мгновений он стоял, словно поддерживаемый невидимой нитью, свисающей с потолка пещеры, потом грузно рухнул на пол. Габриель успел откатиться в сторону от падающего великана. Стоявший над Лив фидаин еще направлял свой пистолет на то место, где стоял Дик. Потом он спрятал пистолет в кобуру и протянул Лив руку.

— Быстрее, — сказал он. — Надо исчезнуть отсюда, пока не пришли остальные. — Слова его сухо скрипели в воздухе, словно трущиеся друг о друга камни.

Габриель с трудом поднялся на ноги, выдернул из мертвой руки великана «глок» полковника и направил его на Призрака.

— Отойди от нее.

Похожие на глаза гигантского насекомого очки повернулись в сторону пистолета.

— Ты должен мне верить, — проскрипел тот же голос.

— Как верил Джон Манн?

— Что бы ты ни думал о случившемся, — покачал головой Призрак, — что бы ты ни думал о моих поступках, ты не знаешь правды.

— Тогда расскажи мне. Расскажи о том, что произошло. И если я хоть немного поверю, я не стану в тебя стрелять.

— Нам надо спешить, — сказал Призрак, окинув взглядом туннель, который вел к входу в пещеру.

Еще один выстрел гулким эхом разнесся по пещере, с потолка посыпались градом мелкие камешки — пуля угодила в потолок над головой Призрака.

— Следующая попадет тебе в ногу, — прошипел Габриель сквозь зубы. — Рассказывай.

Призрак кивнул и заговорил своим зловещим голосом:

— Когда появился вертолет, я был в главной пещере. Мы раскопали часть пропавшей библиотеки Ашшурбанипала [92] Ашшурбанипал (Ашшурбанапал; правил в 669–627 гг. до н. э.) — последний великий царь Ассирии. Вавилон входил в его империю. , разграбленной при падении Вавилона. Однако кое-что было спасено и спрятано. Мы обнаружили невероятные сокровища, в том числе и Зеркальное пророчество. Там были книги, восходящие к временам начала мира, книги заклинаний, передаваемых из уст в уста с тех дней, когда боги еще ходили по Земле. Свои открытия мы старались сохранить в тайне, сознавая опасность, которая грозила бы нам, если бы о находках пронюхала Цитадель, однако в нашем лагере оказался шпион. И вот явились солдаты в форме иракской армии, да только форму они скопировали неточно: знаки различия не соответствовали, а вертолет вообще был русский — огромная боевая машина Сикорского.

Габриель припомнил свидетельство Саида Азиза. Такие вертолеты он и сам видел в Афганистане, когда оттуда ушли русские войска. Их обычно называли «Морскими драконами». [93] Тяжелый транспортный (а не огневой) вертолет американской армии, модификация модели Си-Эйч-53 «Морской конь», производился компанией «Сикорски аэро инжиниринг корпорейшн» с 1965 г. Находился на вооружении армий США, Германии, Японии и Израиля. Конструктор Игорь Сикорский (1889–1972) эмигрировал из России в феврале 1918 г., с 1919 до конца жизни жил в США. Ошибка автора вызвана тем, что в фильме «Рэмбо-3» именно этот вертолет был показан (за неимением реального образца) в качестве «советского» боевого вертолета.

— Они окружили нас, обвинили в шпионаже и приказали упаковать все найденные таблички в ящики. Они были вооружены, их было много — пришлось подчиниться. Но как только закончили грузить вертолет, они все равно открыли огонь. Мы слышали из главной пещеры, как убивали наших товарищей, но у нас самих к тому времени были связаны руки, а налетчики обсуждали, что можно сделать с нами дальше. В конце концов нас привязали веревочными петлями к потолочной балке и, уходя, бросили в пещеру гранаты. Получилось так, что именно взрыв спас мне жизнь — оборвалась душившая меня веревка, которая, правда, успела навсегда повредить мне голосовые связки.

Когда я пришел в себя, кругом была сплошная тьма. Я пробрался наружу и увидел, что все мои товарищи мертвы. Я спас то, что еще можно было спасти, в том числе фотоаппарат с тем снимком, который был послан твоему дедушке. Пытался отыскать воду, но ее всю забрали. Если бы меня не спасли привлеченные дымом кочевники, я бы неизбежно погиб. Они оказали мне помощь, перевязали раны. Женщина, которая выхаживала меня, стала называть меня Призраком, потому что я, по сути, умер, а она вернула меня к жизни.

— Значит, Цитадель послала своих людей, чтобы убить вас? Отчего же тогда ты столько лет продавал ей археологические находки?

— А мне было выгодно держаться к ним поближе, чтобы они считали меня своим другом. Так я мог оставаться в пустыне и продолжать искать затерянные реликвии. А продавал я им только то, что не имело никакой ценности.