Эшли Дьюал - Танец с дьяволом (СИ)

И тут я дала волю слезам. Я ещё не успела поплакать после драки с Дарлой, и поэтому сейчас всё это вырвалось наружу, причем с новой силой, и когда я уже просто задыхалась слезами, на ум пришла фраза, что я никогда не научусь говорить! Буду икать и запинаться! Простой речи пришел конец именно в этот момент…

В голове крутилось только одно слово — предательство! Меня ещё так никто и никогда не предавал! Я ведь ей всё рассказала! Доверилась! Наивная дура! А она? Назло рассказала всё Дарле! Человеку, у которого такие сплетни расходятся за несколько секунд! Кто я теперь? Да пустое место, без отца, сестры, и…, и матери…

Судьба — это вещь хрупкая. Стоит отклониться от намеченного курса, и всё идет наперекосяк. Смешно даже подумать, что какая-то пустышка, в лице Дарлы, смогла испортить мне жизнь. По крайней мере, обеспечила очень «веселое» времяпровождение в школе.

— Кейт? — удивленно спросил голос, доносившийся издалека.

Я неуверенно приподняла голову, и попыталась оглядеться вокруг, но красные выплаканные глаза не видели ничего, кроме размазанных светлых пятен, покрывших всю территорию спортплощадки.

— Кейт! — повторил голос, только уже ближе, и тут я увидела перед собой Дилана.

Он явился ко мне всё ещё размазанной картинкой, но как только его холодная рука, взяла мою горячую ладонь, всё сразу прояснилось. И его встревоженные глаза, смотревшие прямо на меня, и волосы, всё так же грязные, и губы, извивавшиеся в кривой улыбке, горькой улыбке.

— Господи, что с тобой! — воскликнул он, увидев мои безжизненные красные глаза.

Я ничего не могла ему сказать, просто смотрела на него, и тяжело вдыхала воздух, надеясь не потерять сознание.

— Кейт? Что случилось? Это из-за Дарлы? Или Николь что-то сделала? — настороженно поинтересовался он.

— Нет, — запинаясь, буркнула я. — Хотя, … да…

Дилан недоуменно сгорбился.

— Кейт, я ничего не понимаю.

— Дилан, ты слышал, что говорила про меня Дарла? — осторожно спросила я.

Он виновато опустил глаза, и тяжело выдохнул.

— Да, я слышал, но это не должно тебя волновать! Дарла дура, и только! Она специально навыдумывала все эти истории! И я считаю, что это было низко, даже для такой идиотки, как она. Вдобавок, …

— Это правда, — хриплым голосом перебила его я, и новая слеза покатилась по моей щеке.

— О чем ты? — недоуменно спросил он.

— Всё что говорила Дарла, чистая правда…

Дилан удивленно расширил глаза, и испустил судорожный стон.

— Мою сестру убили. Я обнаружила её тело в ванне. Отца обвинили в убийстве, хотя он в это время был в командировке, но это никого не волновало, так что, сейчас он в тюрьме. Я приехала сюда, потому что мне больше негде жить, — на последнем слове, я сорвалась, и начала истерично реветь.

Дилан испуганно притянул меня к себе, и я уткнула носом в его грудь, разрыдавшись ещё сильней.

— Кейт, я…

— Не надо меня жалеть! — сквозь слезы, вскрикнула я. — Не надо, я не хочу, чтобы ты чувствовал жалость!

Дилан испуганно съежился, тронутый моим криком души.

— Я никогда не смогу жить, зная, что смерть моей сестры лежит у меня на плечах! Я думала, я смирюсь, я думала, я забуду, но ведь это всё ложь! Чушь! Я никогда не смогу с этим жить! Никогда!

Дилан крепче сжал меня в объятьях, и я была благодарна ему за это, ведь если бы не его сильные руки, я бы давно умерла где-нибудь под скамейкой.

— Дилан, — я подняла на него свои глаза, и словно пытаясь что-то доказать, схватилась руками за ворот его рубашки. — Я виновата в смерти своей сестры!

— Нет, — неожиданно сказал он. — Ты не виновата…

— Ты ничего не знаешь! Ничего! Я не помогла ей! Я ушла из дома! Я оставила её одну!

— Кейт, послушай, — он аккуратно взял моё лицо в ладони, словно хрустальный шар, и серьёзно взглянул мне в глаза. — Смерть — это явление частое, и обычное. Каждый день умирают люди, просто иногда старуха стучится в дверь к тем, кто нам дорог очень рано, но надо жить дальше! Сколько было лет твоей сестре? — неожиданно спросил он.

Я недоуменно на него посмотрела.

— Что?

— Я говорю, сколько было ей лет?

— Восемнадцать…

— Так вот сама подумай, всего лишь в восемнадцать её не стало, а тебе сейчас шестнадцать! Человек может умереть в любой момент! И какой же смысл в жизни, если ты не попробуешь её на вкус? Может, нам осталось жить всего несколько дней, часов! А ты сидишь и мучаешь себя, изводишь, причем, точно не зная причину!

— Ты это к чему? — немного успокоившись, спросила я.

— К тому, что перестань хандрить! Я тоже потерял мать, и тоже ходил несколько месяцев словно зомби, расхаживая по кабинетам, но, сколько бы я не плакал, сколько бы сил я не тратил, на просьбы вернут её, она лежит в могиле, а я здесь! Живой! Продолжающий жить дальше, только потерявший время…

— Ты предлагаешь мне забыть Шеннон? Вот так просто? — с ужасом вскрикнула я.

— Нет! Ты ведь все равно будешь вспоминать ее каждый день,… а сейчас просто живи! Ты сделала всё что нужно: ты потеряла сестру, ты её оплакала, и ты всегда будешь хранить её в своем сердце. На большее ты просто не способна…

— Дилан, это ведь так не просто сделать, — пожаловалась я.

— Ну, теперь у тебя есть я, и думаю, вместе мы справимся, — неуверенно предположил он, и смущенно взглянул на меня, словно только что сморозил глупость, но мне, на самом деле, очень сильно понравилась эта глупость. Наконец, у меня появился человек, на которого я смогу положится, который меня понимает, у которого в сердце есть место и для меня тоже.

— Дилан, — тихо сказала я, и аккуратно поправила его взъерошенные волосы, — ты даже не представляешь, как ты мне сейчас нужен…

Да, я дура, знаю, но в тот момент ничего умней в голову не пришло.

— А я никуда и не ухожу, — смышлено заметил он и неожиданно стал наклоняться ко мне.

Сантиметр за сантиметром он сокращал дистанцию между нашими лицами, и я, даже не успела опомниться, когда он уже уткнулся носом мне в лицо. Не знаю, что я должна была делать, наверняка отстраниться, ведь как-то глупо поцеловаться с парнем после часовой истерики, да и с головной болью, но я даже не шелохнулась. Сейчас Дилан обратился в единственное хорошее в моей жизни. Я совершенно спокойно приобняла его за шею, и он так же спокойно обвил рукой мою талию, словно так и должно было быть, словно мы знали друг друга уже несколько лет. Целовалась я с ним впервые, но казалось, что это не так. Как-то всё это походило на свидание людей, встречающихся уже несколько месяцев, или может даже лет! Дилан вел себя очень странно, в хорошем смысле. Немного поддерживал меня, словно боялся, что я упаду, или, например, старался сильно не давить на меня, сохраняя определенную дистанцию. Казалось, он обращается со мной, как с драгоценностью, с которой надо быть предельно осторожным, чтобы она не рассыпалась. Честно, мне это даже льстило…