Том Клэнси - Долг чести

По сути дела вы получите значительные выгоды от смены правительства. Войдя в состав Японии, вы станете частью самой динамичной и быстро развивающейся экономики мира. Приток денег на остров увеличится. Наступит процветание, о котором вы не могли даже мечтать, – убедительно произнес Арима, обращаясь к телевизионной аудитории. – Произойдут лишь изменения к лучшему. Мое правительство и я ручаемся в этом.

Возможно, у вас возникнет мысль, что говорить легко, а вот подкрепить все это делами намного труднее. И вы будете совершенно правы. Но уже завтра вы увидите на улицах и дорогах Сайпана людей, ведущих геодезические работы, производящих замеры, опрашивающих местных жителей об их нуждах. Нашим первым важным шагом станет улучшение дорог и шоссе на Сайпане, поскольку американское правительство не обращало на это должного внимания. Нам понадобятся ваши советы по поводу того, как осуществить это наилучшим образом. Более того, мы будем рады выслушать любые предложения и рекомендации и примем непосредственную помощь со стороны жителей острова.

А теперь, – произнес генерал Арима, наклонившись вперед, – мне известно, что среди вас есть люди, которым не нравятся происшедшие события, и мне хотелось бы искренне извиниться перед ними. У нас нет никакого желания причинять кому-либо вред, но, я надеюсь, вы поймете, что нападения на моих солдат или других японских граждан будут рассматриваться как нарушение закона. Кроме того, на меня возложена ответственность за принятие некоторых мер, направленных на то, чтобы обеспечить безопасность моих солдат и установить на острове законы Японии.

Все огнестрельное оружие, принадлежащее гражданам Сайпана, должно быть сдано в течение нескольких ближайших дней. Вы можете принести его в свои полицейские участки. Если у вас сохранились чеки на покупку оружия или вы сможете убедительно доказать его коммерческую ценность, мы расплатимся с вами наличными. Точно так же мы просим всех владельцев любительских коротковолновых радиостанций сдать нам в кратчайшее время ненадолго эту аппаратуру, а пока воздержаться от пользования ею. И в данном случае мы возместим полную стоимость радиоаппаратуры, а после возврата владельцам, они смогут оставить у себя полученные деньги в знак нашей благодарности за сотрудничество. Если не считать этого, – очередная улыбка, – вы вряд ли заметите, что мы находимся на Сайпане. Подчиненные мне войска получили приказ рассматривать всех жителей острова как своих сограждан. Если вы заметите хотя бы один случай недостойного поведения японского солдата по отношению к местным жителям, я прошу вас явиться в мой штаб и сообщить об этом. Вы убедитесь, что наши законы распространяются и на нас.

А пока вы можете вести свою обычную жизнь. – На экране появился телефонный номер. – Если у вас появятся конкретные вопросы, прошу позвонить по этому номеру или зайти в мой штаб, расположенный в здании парламента. Мы будем рады оказать вам всяческую помощь, насколько это в наших силах. Спасибо за внимание. Спокойной ночи и до свидания.

– Это выступление будет повторяться каждые пятнадцать минут на канале номер шесть общественного телевидения, – послышался другой голос.

– Вот ведь сукин сын, – выдохнул Ореза.

– Интересно, какое рекламное агентство готовило все это, – заметил Барроуз, нажимая кнопку перемотки на видеомагнитофоне.

– Можно ему верить? – спросила Изабел.

– Кто знает? У вас есть оружие? Португалец покачал головой.

– Нет. Я даже не уверен, что на острове необходима его регистрация. Да и вообще, мы что, сумасшедшие, чтобы нападать на солдат?

– Для японцев ситуация намного облегчится, если им не придется опасаться за свой тыл. – Барроуз начал ставить на место блок питания. – Ты записал телефон этого адмирала?

– Джексон.

– Говорит главный старшина Ореза, сэр. У вас ведется запись нашего разговора?

– Да. Есть что-нибудь новое?

– У меня теперь официальная информация, сэр, – сухо доложил Ореза. – Только что сделано сообщение по телевидению.

Мы записали его. Включаю запись и буду держать телефонную трубку рядом с динамиком.

Генерал Токикичи Арима, написал Джексон на блокноте и передал сержанту.

– Пусть служба разведки все о нем узнает.

– Слушаюсь, сэр. – Сержант мгновенно исчез.

– Майор! – позвал Джексон.

– Да, адмирал?

– Качество записи превосходное. Передайте одну копию в разведывательное управление для анализа голоса. Далее, пусть распечатают расшифровку записи в большом количестве экземпляров и приготовятся передавать ее по факсу.

– Будет исполнено, адмирал.

Все остальное время Джексон сидел и слушал – остров спокойствия в море безумия, по крайней мере так казалось.

– Вот и все, – произнес Ореза, когда запись подошла к концу. – Вам нужно повторить мой телефонный номер, адмирал?

– Нет, спасибо. Отличная работа, главный старшина. Что-нибудь еще?

– Самолеты продолжают прибывать. Со времени нашего последнего разговора я насчитал четырнадцать.

– О'кей. – Робби записал цифру в блокнот. – Как вы думаете, вам что-нибудь угрожает?

– Не вижу, чтобы японцы бегали по улицам с автоматами, адмирал. А вы обратили внимание, что в выступлении этого генерала не было ни единого слова об американских гражданах?

– Нет. А это и вправду важно. – Боже мой, что еще я упустил?

– Тут у меня произошел не слишком приятный случай, сэр. – Ореза вкратце описал посещение яхты японским офицером.

– Вам не в чем винить себя, главный старшина. А теперь ваша страна займется решением этой проблемы, ясно?

– Полагаюсь на вас, адмирал. Пока ухожу с канала.

– Правильно. Держитесь, – приказал Джексон. Оба знали, что это пустые слова, что они ничего не значат.

– Понятно. Конец связи. Джексон положил трубку.

– Предложения? – произнес он.

– Вы хотите сказать, помимо «бред сумасшедшего»? – спросил один из офицеров штаба.

– Мы можем считать все это бредом сумасшедшего, но кому-то происходящее кажется чертовски логичным. – Нет смысла делать выговор офицеру за такое заявление, решил Джексон. Потребуется время, чтобы понимание ситуации проникло сквозь защитную оболочку неприятия. – Среди вас есть кто-нибудь, кто не верит полученной нами информации? – Адмирал обвел взглядом присутствующих. В кабинете было семь офицеров, а в Национальный центр военного командования не берут дураков.

– Это действительно может показаться каким-то бредом, сэр, но все указывает на то, что дело обстоит именно так. Каждая база, каждая станция в том районе, с которой мы пытались связаться, ушла из эфира. На всех должны быть дежурные офицеры, но ни один телефон не отвечает. Спутниковая связь тоже бездействует. Четыре базы ВВС и одна армейская станция не выходят в эфир.