Джонатан Келлерман - Частное расследование

Он пожал плечами.

— Что произойдет в худшем случае? Ну, до супругов Гэбни дойдет, что кто-то задает вопросы. Если у них все чисто, то этим дело и кончится. Если нет, то они могут с испугу сделать какой-то необдуманный ход.

— Например?

— Продать Кассатт, может даже, быстро получить какие-то деньги, и это будет для нас сигналом о том, что они наложили лапу на какое-то другое достояние Джины.

Джина. Он произносил ее имя с непринужденной фамильярностью, хотя и не был с ней знаком. С фамильярностью полицейского из отдела убийств. Я подумал о всех других людях, с которыми он вовсе не был знаком, но которых так хорошо знал...

— ...Так как, идет? — спросил Майло.

— Что идет?

Он рассмеялся.

— Ты сам приводишь аргумент в пользу того, в чем я пытаюсь тебя убедить.

— Что же это?

— А то, что тебе надо отправиться домой и поспать.

— Со мной все в порядке. Ты что-то говорил.

— Что тебе надо отдохнуть, а завтра утром проверить квартиру Мориарти. Если это многоквартирный дом, поговори с домохозяином или управляющим, если найдешь их. И с кем-то из жильцов тоже.

— А предлог?

— Какой еще предлог?

— Ну, объяснение, почему я о ней расспрашиваю. Ведь у меня нет значка.

— Так купи. На Голливудском бульваре, в одном из магазинов, где продают театральные костюмы. Он будет таким же законным, как и мой.

— Ох, какие мы разобиженные, — сказал я.

Он лукаво усмехнулся.

— Значит, тебе нужен предлог? Пожалуйста. Скажи, что ты ее старый приятель, только что приехал с Восточного побережья, хочешь с ней повидаться ради старой дружбы. Или скажи, что ты кузен, что скоро грядет большой сбор семьи Мориарти, но, похоже, никто не может связаться с душечкой Кэти. Сочини что-нибудь. Ты встречался с ее сестрой, так что должен суметь соврать, чтобы это звучало складно.

— Нет ничего лучше щепотки обмана для остроты ощущений, а?

— Ну да, — ответил Майло. — На том и свет стоит.

Когда мы подъехали и остановились перед домом, из парадной двери вышел Ноэль Друкер; он нес большой синий чемодан с эмблемой дизайнера.

Он сообщил нам:

— Она наверху, у себя в комнате. Пишет.

— Что пишет?

— Я думаю, это касается тех типов, банкира и адвоката. Она зла по-настоящему, хочет подать на них в суд.

Майло показал на чемодан:

— Это для босса?

Ноэль кивнул.

— Известно, где он собирается жить?

— Наверно, поживет у нас, пока не найдет что-нибудь. Со мной и с мамой. Над «Кружкой». Это ведь его дом.

— Вы арендуете у него?

Он разрешает нам жить там бесплатно.

— Довольно благородно с его стороны.

Ноэль кивнул.

— В сущности, он очень неплохой человек. Жаль только, что... — Он махнул рукой. — Ну да ладно.

— Тебе, наверное, нелегко приходится, — сочувственно заметил я. — Между двух огней.

Он пожал плечами.

— Я считаю это практикой.

— Для международных отношений?

— Для реальной жизни в реальном мире.

Он сел в красную «селику» и уехал.

Майло следил за его стоп-сигналами, пока они не исчезли.

— Славный парнишка. — Он сказал это так, словно навесил ярлык на биологический вид, которому грозит уничтожение.

Шлепнув кейсом по ноге, он сверился со своим «таймексом».

— Девять тридцать. Надо сделать несколько звонков. Потом заскочу в миссию и попробую выжать что-нибудь из нашего мистера Слабая Голова.

— Если я не нужен Мелиссе, поеду с тобой.

Он нахмурился.

— Но тебе надо поспать.

— Не смогу — перевозбудился.

Он помолчал с минуту, потом сказал:

— Ладно. Он псих, так что твои специальные знания могут и пригодиться. Но потом сделай мне одолжение — поезжай домой и проспись. Хватит гонять на высокой передаче — двигатель выгорает.

— Хорошо, мамочка.

Мелисса была в комнате без окон. Она сидела за письменным столом, а перед ней были разложены какие-то бумаги.

Когда мы вошли, она всполошилась, резко вскочила, и несколько листов упали на пол.

— Стратегическое планирование, — сказала она. — Пытаюсь найти способ поймать этих подонков.

Майло поднял с пола бумаги, взглянул на них и положил на стол. Лицо его было непроницаемо.

— Что-нибудь получилось?

— Вроде бы. Я думаю, лучше всего будет проверить буквально все, что они делали с тех пор, как... с самого начала. То есть надо действительно заставить их открыть все книги и проверить каждую строчку, каждую цифру. Как минимум, это так их перепугает, что они откажутся от мысли ободрать меня, а я смогу сосредоточиться на том, как поймать их.

— Лучший способ защиты — нападение, — заметил я.

— Вот именно. — Она хлопком «склеила» ладони. Щеки ее порозовели, глаза блестели, но это был нездоровый блеск. Майло пристально рассматривал ее, но она этого не замечала. — У вас была возможность поговорить с кем-нибудь из адвокатов, доктор Делавэр?

— Еще нет.

— Ладно, но хорошо бы побыстрее. Пожалуйста.

— Можно попробовать прямо сейчас.

— Это было бы замечательно. Спасибо. — Она взяла со стола телефон и протянула мне.

Майло сказал:

— Неплохо бы попить чего-нибудь.

Мелисса посмотрела на него, потом на меня.

— Конечно. Пошли — добудем чего-нибудь на кухне.

Оставшись один, я набрал номер домашнего телефона Мэла Уорти в Брентвуде. Мне ответил автоответчик голосом его третьей жены. Я уже начал диктовать свое сообщение для него, но тут он сам снял трубку.

— Алекс. Я собирался звонить тебе, тут у меня намечается смачное дельце. Расходятся двое психологов, а у них трое очень испорченных детей. Моя клиентка — жена, и, похоже, мы будем иметь одну из самых жестоких схваток из-за опеки, какой ты в жизни больше не увидишь.

— Звучит увлекательно.

— Еще бы! Как у тебя со временем? Недель, скажем, через пять?

У меня сейчас нет под рукой календаря, но при таком более чем заблаговременном уведомлении я не вижу никаких проблем.

— Прекрасно. Тебе понравится: эти двое — одни из самых потрясных психов, каких когда-либо доведется встретить. Как подумаю, что они копаются в головах других людей, то... Что у вас вообще за профессия?

— Давай поговорим о твоей профессии. Мне надо найти юриста.

— По каким делам?

— Наследство и налоги.

— Оформление документов или судебный процесс?

— Возможно, и то и другое. — Я вкратце описал ему ситуацию, в которой оказалась Мелисса, опустив имена, конкретные цифры и особые приметы.

Он сказал:

— Тогда это Сузи Лафамилья, если твой клиент не имеет ничего против женщины.

— Женщина вполне подойдет.

— Я говорю об этом только потому, что ты себе не представляешь, как много народу приходит со своими правилами — не годятся женщины, не годятся представители меньшинств. Они много теряют, потому что лучше Сузи никого нет. Она аудитор, плюс юридическая степень, работала на одну из крупных бухгалтерских фирм и доставала больше работы, чем любой другой партнер, пока ей не надоело, что ее каждый раз обходят предложением стать компаньоном из-за того, что она родилась не с теми гениталиями. Она возбудила против них иск, потом согласилась уладить дело полюбовно, без суда и на эти деньги получила юридическое образование, причем была лучшей в группе. Очень цепко и жестко ведет дело в суде. Получила известность, работая среди киношников — помогала взыскивать со студий причитающиеся им деньги. В ситуациях, где финансы настолько запутаны, что даже моих способностей не хватает, я обращаюсь к Сузи.