Джонатан Келлерман - Частное расследование

— Что-то на папулю не похоже, — продолжала рыжая. — По-моему, там была настоящая любовь. — Она задумчиво взглянула на меня. — Вообще-то этот старый тип был вроде крепкий. Для старика, я имею в виду. Вроде как смахивал на Тома Селлека.

— У него были усы? — спросил я.

Было видно, как рыжеволосая напрягает свою память.

— Кажется, были. Точно не могу сказать. Просто помню, что мне показалось, будто он похож на Тома Селлека. На пожилого Тома Селлека. Крепкий, загорелый. Широкая грудь.

— И почему только среди этих так много крепких типов? — Вопрос блондинки прозвучал несколько риторически. — Столько добра зря пропадает.

— Потому что они богатые, Трейс, — ответила ее рыжая подруга. — Они могут себе позволить разные там приспособления, отсасывание жира и всякое такое.

Блондинка потрогала свой собственный плоский живот.

— Если мне когда-нибудь понадобится делать такие штуки, лучше усыпите меня. — Она запустила руку в коробку «Фидл-Фэдл» и стала шарить.

— Эй, не залапывай там все! — возмутилась рыжая и потянула коробку к себе.

Блондинка, не отпуская коробки, сказала:

— Миндаль. — Она улыбнулась. — Вот, нашла. — Она вытащила из коробки зерно миндаля и взяла его в зубы. Посмотрев на меня, провела по нему языком и не торопясь раскусила.

Я спросил:

— Значит, вы последний раз видели здесь того пожилого типа пять недель назад?

— Точно, — задумчиво кивнула рыжая. — Мы уже очень давно не валялись на сухом песочке.

— Ну так как, — вернулась к своему вопросу блондинка, — вы что-нибудь можете для нас сделать?

— Я уже объяснил вам, что не занимаюсь этим бизнесом, но я действительно кое-кого знаю, так что надо посмотреть и поспрашивать. Оставьте-ка свои координаты.

— Конечно! — просияла рыжеволосая. Но тут же помрачнела.

— В чем дело?

— Нечем писать.

— Какие проблемы, — сказал я, борясь с желанием подмигнуть. Я вернулся к своей машине, нашел в бардачке шариковую ручку и старую квитанцию из автомастерской и вручил все девушке. — Пишите на оборотной стороне.

Используя коробку «Фидл-Фэдл» вместо письменного стола, она стала старательно писать, а блондинка смотрела. Пес ткнулся мокрым носом мне в руку и благодарно вздохнул, когда я снова почесал его.

— Вот. — Девушка протянула мне бумагу.

Мария и Трейси. Замысловатый почерк. Сердечки вместо точек над "i". Флорес-Меса-драйв. Телефонная станция 456.

Я улыбнулся девушкам:

— Отлично. Посмотрю, что можно будет сделать. А пока желаю удачи.

— Она у нас уже есть, — сказала блондинка.

— Что у нас уже есть? — спросила ее рыжеволосая подруга.

— Удача. Мы всегда получаем то, что хотим, правда, Map?

Под звуки хихиканья и в клубах пыли «гольф» рванулся вперед.

Они помчались по Брод-Бич-роуд на север и исчезли из глаз. Через секунду до меня дошло, что эти девушки — ровесницы Мелиссы.

Я развернулся и поехал назад к шоссе.

Пожилой мужчина и молодой жеребец.

Пожилой мужчина с усами, загорелый.

В Лос-Анджелесе масса загорелых, носящих усы геев. И масса белых «мерседесов».

Но если Дон Рэмп ездит на белом 560-м со спецколесами, то я, пожалуй, рискнул бы сделать предположение. Я влился в южный поток движения по шоссе Пасифик-Коуст и поехал домой, делая свое предположение даже при отсутствии доказательств. Представлял себе Рэмпа в роли любовника Никвиста и пересматривал в свете новой информации ту напряженность между Никвистом и Джиной, свидетелем которой я был.

Очередной фортель в стиле «настоящего мужчины» с его стороны?

Гнев с ее стороны?

Знала ли она об этом?

Связано ли это как-то с ее намеками на желание переменить стиль жизни?

Отдельные спальни.

Отдельные банковские счета.

Отдельные жизни.

А может, она все знала о Рэмпе, Когда выходила за него замуж?

И почему, прожив столько лет холостяком, он женился на ней?

И банкир, и адвокат Джины были, похоже, убеждены, что не из-за денег, и в доказательство цитировали брачный контракт.

Но брачные контракты — как и завещания — могут оспариваться. А застраховать жизнь и получить страховой полис можно и без ведомства банкиров и адвокатов.

А может, наследство здесь было абсолютно ни при чем. Может Рэмпу просто было нужно прикрытие, чтобы не шокировать добрых консервативных жителей Сан-Лабрадора.

Вместе с домашним очагом он приобрел и ребенка, который смертельно его ненавидит.

Чисто по-американски!

Я добрался домой в самом начале шестого. Майло дома не было. Он надиктовал на свой аппарат новое приветствие. Никакой больше мизантропии, просто по-деловому: "Будьте добры, оставьте ваше сообщение". Я оставил ему просьбу позвонить мне при первой возможности.

Потом я позвонил в Сан-Лабрадор и поговорил с Мадлен.

Мадемуазель Мелиссе нездоровится. Она спит.

Non, месье тоже нет дома.

Прерывающийся голос. Потом щелчок.

Я оплатил счета, прибрался в доме, еще раз покормил рыбок и заметил, что они выглядят усталыми, особенно самочки. Позанимался тридцать минут на лыжном тренажере и принял душ.

Я посмотрел на часы, и они показывали семь тридцать.

Вечер пятницы.

Вечер свиданий.

Не додумав мысль до конца, я позвонил в Сан-Антонио. Мужской голос настороженно ответил: «Алло?» Когда я попросил позвать Линду, мужчина спросил:

— А кто ее просит?

— Знакомый из Лос-Анджелеса.

— Вы знаете, она в госпитале.

— Что-то с отцом?

— Да. Я Конрой, ее дядя — его брат. Живу в Хьюстоне, только сегодня приехал.

— Меня зовут Алекс Делавэр, мистер Оверстрит. Я друг Линды из Лос-Анджелеса. Надеюсь, с ее отцом ничего серьезного.

— Да, конечно, мне тоже хотелось бы на это надеяться, но, к сожалению, все обстоит по-другому. Сегодня утром мой брат потерял сознание. Его привели в чувство, но с большими трудностями — какие-то проблемы с кровообращением и почками. Его перевели в реанимацию. Вся семья сейчас там. Я только что заскочил сюда, чтобы кое-что взять, и как раз позвонили вы.

— Я не стану вас задерживать.

— Спасибо, сэр.

— Передайте, пожалуйста, Линде, что я звонил. Если что-нибудь будет нужно, дайте мне знать.

— Обязательно передам, сэр. Спасибо за предложение помощи.

Щелчок.

Причина была явно сомнительная, но я все-таки сделал это.

— Алло.

— Алекс! Как ты?

— Ты вечером свободна или у тебя свидание?

Она засмеялась.

— Свидание? Нет, просто сижу здесь, у телефона.

— Тогда, может, рискнешь?

Она опять засмеялась. Почему мне так приятно это слышать?

— Хм, не знаю, не знаю. Мама всегда говорила, что я не должна выходить с мальчиком, который не попросил о свидании еще в среду вечером.