Мартин Смит - Красная площадь
- Название:Красная площадь
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:М.: Междунар. Кн. Дом, М.: Новости
- Год:1994
- ISBN:985-428-003-9.
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Мартин Смит - Красная площадь краткое содержание
Роман «Красная площадь» завершает трилогию Мартина Круза Смита, две первые книги которой — «Парк Горького» и «Полярная звезда» .
На одном из черных рынков Москвы в результате взрыва сгорает в собственной машине крупный подпольный банкир Руди Розен. При осмотре его квартиры следователь Московской прокуратуры Аркадий Ренко выходит на след преступной группы, которая сбывает за границу произведения художников русского авангарда и разоблачает ее.
Роман отличается острой детективной интригой, держит читателя в напряжении до самой последней страницы.
Красная площадь - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— А еще говорят об утечке мозгов, — бросил Яак.
— Один подарил мне машину, — сказала Юлия.
— Машину? — с большим уважением переспросил Яак.
— «Вольво».
— Как и следовало ожидать, твоя драгоценная задница не может касаться ничего, кроме заграничной кожи, — Яак заговорил умоляющим тоном. — Слушай, помоги мне. Не за машину и не за рубиновые кольца, а просто за то, что я не отправил тебя домой, когда мы в первый раз взяли тебя на улице, — он пояснил Аркадию: — Когда я увидел ее впервые, на ней были резиновые сапоги и «матрац». Теперь ей не нравится Стокгольм, а сама ведь приехала из Сибири, где, чтобы высраться, пользуются антифризом.
— Кстати, вспомнила, — ничуть не смущаясь, заметила Юлия, — для выездной визы может понадобиться твое заявление, что ты не имеешь ко мне претензий.
— Мы разведены. У нас отношения, основанные на взаимном уважении. Не дашь на время свою машину?
— Приезжай ко мне в гости в Швецию, — Юлия нашла в журнале страницу, которую не жалко было испортить. Круглым почерком написала три адреса, перегнула страницу и оторвала по складке. — Невелика услуга. Что касается меня, то если я кого не хотела бы встретить, так это Кима. Вы и вправду не хотите, чтобы я вас угостила?
Аркадий сказал:
— Я возьму на дорожку еще кусочек сахарку.
— Будь осторожнее, — повторила Юлия Яаку. — Ким бешеный. Хоть бы ты его не нашел!
Уходя, Аркадий снова увидел свое отражение в зеркале. Мрачнее, чем думал. С таким лицом не встречают солнышко по утрам. Как там у Маяковского о паспорте? «Читайте, завидуйте, я — гражданин Советского Союза». Теперь всякому нужен паспорт, чтобы уехать, а правительство, на которое все махнули рукой, скатилось до злых споров, вылившихся в нечто, подобное бардаку, в котором лет двадцать не видели клиента.
Как разобраться вот в этом магазине, в этой стране, в этой жизни? Вилка с тремя зубцами вместо четырех — две копейки. Рыболовный крючок — двадцать копеек. Старый, но рыба не догадается. Расческа, похожая на жиденькие усы, уценена с четырех до двух копеек.
Итак, это магазин уцененных товаров. Но в другом, более цивилизованном мире — разве это не никому не нужный хлам? Не проще ли все это выбросить?
Назначение некоторых предметов попросту невозможно определить. Вот, например, деревянный детский самокат с грубыми деревянными колесами, но без планки, за которую можно было бы держаться; пластмассовая бирка с вытисненным номером 97. Сколько шансов найти человека, у которого девяносто семь комнат, девяносто семь замков, девяносто семь чего-то еще и не хватает только номерка 97?
Возможно, это была сама идея приобретения, идея рынка, так как это был кооперативный магазин, а людям хотелось купить… хотя бы что-нибудь.
На третьем прилавке — кусок мыла, вырезанный из большего куска, которым уже пользовались, — двадцать копеек. Ржавый нож для масла — пять копеек. Перегоревшая лампочка — три рубля. Зачем, спрашивается, когда новая стоит сорок копеек? Оказывается, поскольку в магазинах нет новых лампочек, вы берете эту, перегоревшую, с собой на работу, ввинчиваете ее вместо неперегоревшей в настольную лампу на своем рабочем столе, а исправную берете домой, чтобы не жить в темноте.
Аркадий выскользнул через черный ход и пошел по грязи по второму адресу — в молочный магазин, держа сигарету в левой руке, что означало, что Кима в кооперативном магазине нет. Неподалеку в машине сидел Яак, делая вид, что читает газету.
В молочном магазине не было ни молока, ни сливок, ни масла, хотя холодильники были забиты до отказа… коробками с сахаром. За пустыми прилавками с выражением смертельной скуки стояли женщины в белых халатах и колпаках. Аркадий поднял одну из коробок. Пустая.
— Взбитые сливки есть? — спросил Аркадий продавщицу.
— Нет, — кажется, испугалась.
— А сладкие сырки?
— Конечно, нет. Ты что, с ума сошел?
— Ага. Приятно вспомнить, — ответил Аркадий. Он взмахнул своей красной книжечкой, зашел за прилавок и, распахнув дверь, направился в глубь магазина. Во дворе стоял грузовик, из которого выгружали молоко… в другой грузовик, без номерных знаков. Из холодильной камеры вышла заведующая. Прежде чем она захлопнула дверь, Аркадий разглядел круги сыра и бочонки масла.
— Все, что видите, пойдет на заказы. У нас нет ничего, — объявила она.
Аркадий открыл дверь в холодильную камеру. Мужичонка в замызганном пиджаке мышью юркнул в угол. В одной руке он держал справку, удостоверяющую, что он является общественным инспектором по борьбе с созданием искусственного дефицита и спекуляцией, в другой — бутылку водки.
— Греешься, дядя? — поинтересовался Аркадий.
— Я ветеран, — мужичонка тронул бутылкой медаль на груди.
— Вижу.
Аркадий бегло обследовал кладовку. Зачем в молочном магазине лари для сыпучих продуктов?
— Все здесь идет на спецзаказы для детей и инвалидов, — объяснила заведующая.
Аркадий открыл один из ларей и увидел наваленные друг на друга мешки с мукой. Открыл другой — и по полу покатились гранаты. Открыл третий — вслед за гранатами посыпались лимоны.
— Детям и инвалидам! — закричала заведующая.
Последний ларь был до отказа набит сигаретами.
Аркадий, осторожно ступая, чтобы не раздавить фрукты, вышел во двор, весь усеянный битым стеклом. Грузившие молоко рабочие отвернули лица. По-прежнему держа сигарету в левой руке, он вышел на улицу. Уныло смотрели друг на друга жилые дома, обезображенные вдоль швов и водосточных труб ржавыми потеками. Кое-где стояли похожие на развалины помятые ржавые автомобили. Детишки цеплялись за рыжую от ржавчины карусель с поломанными сиденьями. Даже школа, казалось, была выстроена из ржавых кирпичей. В конце улицы, подобно гробнице из белого мрамора, высилось здание местного партийного комитета.
Подойдя к дому, указанному в записке Юлии, Аркадий выбросил сигарету. Это был зоомагазин с отвалившимися по фасаду огромными кусками штукатурки. Он слышал, как Яак в машине следует за ним.
Для продажи в магазине были выставлены в клетках пищавшие цыплята и котята. Продавщица, молоденькая азиатка, нарезала что-то похожее на первый взгляд на печенку. «Печенка» зашевелилась, и Аркадий разглядел, что это была кучка расползающегося мотыля. Он зашел за прилавок и направился в заднюю комнату. Девушка, по-прежнему держа в руках нож, последовала за ним, приговаривая: «Не входить! Не входить!».
В комнате были мешки со стружками и кормом для цыплят, холодильник с календарем года Крысы, полки, уставленные высокими стеклянными банками с чаем, грибами и чагой, напоминающими человечков корнями женьшеня и другими предметами, обозначенными только китайскими иероглифами. Похожая на смолу густая жидкость была, как оказалось, медвежьей желчью. В большой бутыли хранилась свернувшаяся свиная кровь — из нее получался довольно вкусный суп. Там были и сушеные морские коньки, и похожие на стручки перца оленьи пенисы. На веревку были нанизаны медвежьи лапы — еще одно недозволенное лакомство. На шнурке шевелился полуживой броненосец.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: