Скотт Смит - Четыре степени жестокости

— Да, но ты наверняка знаешь людей, которые этим занимаются. Прости, сама не понимаю, что здесь делаю. Мне лучше уйти.

На этот раз я не играла. Мне действительно хотелось уйти, и я уже повернулась… Но он сжал мою руку и остановил меня.

— Я вижу, ты в отчаянии. Прекрасно знаю, каково тебе сейчас. — Я вспомнила Джули в синей водолазке, сжимающую в руках бокал с «Дайкири». — Оставь мне номер своего телефона. Я попрошу одного знакомого позвонить тебе. Кое-кто из этих обезьян наверняка помирает от скуки в своей клетке. Возможно, мне удастся обменять услугу на услугу. Разумеется, мы должны действовать предельно осторожно.

Номер моего телефона? Этого я не ожидала. Никогда не позволяй зэкам узнать о твоей жизни вне стен тюрьмы. Не говори, где живешь. Что ешь. В какую школу ходят твои дети. Чем ты увлекаешься. Однако я вполне могла дать номер моего мобильного. А потом выбросить его. Завести себе новую сим-карту. Переехать в другой штат.

Вой сирены заставил меня отскочить от решетки, словно до тела дотронулись электрошокером.

— Спасибо, — сказала я.

Я ушла. Сбежала, как маленькая девочка. Мои щеки раскраснелись, а на душе было паршиво. Я с трудом заставила себя замедлить шаг, выпрямила спину и как ни в чем не бывало пошла по коридору, сделав вид, будто мне ужасно скучно.

Через два дня я заступила в вечернюю смену, которая закончилась в 22:30. Через двадцать пять минут я уже распахнула дверь своего «лендровера», она заскрипела, словно жалуясь на холод. Зэки были послушными, мрачными и подавленными, будто близился конец света, и все равно после работы я чувствовала себя совершенно измотанной — тело будто налилось свинцом. Я пыталась убедить себя, что это происходит из-за отсутствия солнца — дни в последнее время были пасмурными, и рано темнело. Каждый день я ожидала, что мой внедорожник подведет меня, но машина все-таки завелась. Я бросила в бардачок перчатки, взяла мобильный и стала ждать, пока двигатель прогреется. Когда открыла крышку телефона, то увидела, что мне пришло голосовое сообщение.

Голос принадлежал женщине. Она назвала номер, по которому нужно было перезвонить. Я набрала его. После трех гудков мне ответил мужчина. Я даже не знала, что сказать.

— Вы звонили по этому номеру?

Какое-то шуршание и легкий смешок. Кто-то выключил телевизор. Я почему-то представила себе комнату в мотеле.

— Где вы? — спросил голос.

— Еду домой. — Я не была уверена, что он понимает, кто ему звонит. Наш разговор напоминал зашифрованную беседу.

— На тридцать шестом шоссе есть заправка с ночной парковкой и круглосуточным кафе. Можете занять любой столик, минут через тридцать или сорок к вам приедут.

Вдалеке я услышала женский голос:

— Да, это я тебе говорю. Я с места не двинусь! Что? Да заткнись ты!

«Милые бранятся», — почему-то подумалось мне.

Внезапно связь оборвалась. Возможно, это было своего рода прощанием. Или они забыли обо мне и выключили телефон. Я закрыла крышку мобильного и выехала на дорогу. Мое дыхание стало прерывистым, а руки слегка дрожали.

Я села за столик у длинного окна, накинув на плечи парку. Мои пальцы сжимали фарфоровую кружку с кофе без кофеина. Сейчас я должна была лежать в кровати, читать книгу или смотреть шоу Джона Стюарта. Что я здесь вообще делаю? На заправку подъезжали все новые машины. Я думала, что автозаправочные станции в пригороде служат лишь для экстренных случаев. Идущие по темным дорожкам люди казались мне странными, словно прилетели с другой планеты. Такое впечатление, что я попала в чужую жизнь.

Неподалеку от кафе остановился большой зеленый «шевроле». Из него выглянул мужчина в зимней шапке, и я вдруг подумала, что это и есть человек, с которым у меня назначена встреча. Однако машина исчезла за углом. Прошло еще около десяти минут. Я посмотрела на часы и решила заказать себе что-нибудь. В эту минуту молодая женщина в джинсовой куртке с пушистыми шерстяными манжетами и зимней шляпе с помпоном и завязками под подбородком уселась напротив меня. Она улыбнулась и сняла куртку, продемонстрировав светлую татуировку на плече. Ее ногти были окрашены синим лаком с мелкими, чуть осыпавшимися звездочками. Я вдруг почувствовала себя лет на пятнадцать старше ее и бесконечно глупее.

Девушка заказала два кофе и воду. Я хотела сказать, что у меня уже есть кофе, но затем поняла, что вторая чашка не для меня.

— Пойду пописаю, — заявила девушка и встала.

Я ждала. Мне тоже хотелось в туалет, но последние полчаса я боялась покидать столик.

Колокольчик на двери звякнул, вошел еще один посетитель — мужчина в клетчатой куртке. Высокий, под два метра ростом. Он передвигался широким шагом. Я тут же узнала эту походку — так ходят зэки на прогулке. Мужчина огляделся по сторонам: в кафе было занято всего три столика. Не глядя на меня, он сел за мой столик, оттолкнув куртку девушки к стене.

— Она в уборной. — пояснила я и поняла, что сказала глупость.

У мужчины были светлые брови и резко очерченные надбровные дуги. Он отхлебнул кофе. Затем порвал четыре упаковки сахара и щедро высыпал себе в чашку, после чего стал затапливать сахар уголком свернутой упаковки. На костяшках его пальцев красовались квадратные зеленые татуировки — тюремные наколки.

— Ужасный сральник, — возмутилась девушка и села, прижавшись к мужчине.

Тот нагнулся, словно хотел завязать шнурок или поправить носок.

— Товар находится за кафе. Парень в библиотеке заберет его у вас завтра вечером после восьми, перед закрытием. Не заставляйте их ждать.

Библиотека? Вероятно, он имел и виду библиотеку в Дитмарше, но у меня не было времени выяснять подробности.

— За кафе?

— Выйдите на парковку, — подсказала девушка. — обойдите закусочную. За мусорным баком есть старый пень. Переверните его. Он пустой. Товар находится внутри. Затем поставьте пень на место.

Я ждала.

— Вы шутите?

— Правда, неплохо придумано? — с самодовольным видом спросил мужчина и улыбнулся впервые за время разговора. — Я видел это в одной передаче про историю.

В тусклом свете, льющемся из окон кафе, я отыскала пень и засунула в него руку. Нащупала мешочек и вытащила. В машине внимательно рассмотрела его. Внутри было не меньше пятисот пилюль. Я выехала с парковки. Мне ужасно хотелось в туалет, но я боялась возвращаться в кафе, где девушка и высокий мужчина доедали свои западные омлеты. Дома я открыла пакетик и внимательно изучила содержимое. Целый набор красных, желтых и зеленых таблеток, круглых и продолговатых, некоторые помечены номерами. Я не ожидала, что пилюль будет так много.

Девушка велела набить их в презерватив, завязать его ниткой и засунуть себе во влагалище так, чтобы нитка свисала вниз.