Скотт Смит - Четыре степени жестокости

Я резко выдернул голову из двери и сказал:

— Я его видел.

Джекоб и Луи уставились на меня.

— Он мертв? — спросил Джекоб.

Я пожал плечами:

— Снега не было со вторника, так что, скорее всего, он лежит здесь по крайней мере два дня, — добавил я.

— А ты разве не собираешься проверить? — поинтересовался Луи.

— Давайте найдем собаку, — ответил я, начиная уже заметно нервничать. Вот чего я точно теперь не хотел делать, так это лезть в этот самолет. Мне казалось, что со стороны Луи и Джекоба было крайне глупо заставлять меня делать это.

— Я думаю, что мы должны проверить, — заметил Луи, усмехаясь.

— Да хватит тебе, Луи. Не говори ерунды. Не может быть, чтобы пилот был жив.

— Два дня — это не так уж и долго, — ответил Джекоб. — Я слышал, что бывают случаи, когда люди выживают и при худших обстоятельствах и при больших сроках нахождения без сознания.

— Тем более сейчас холодно, — добавил Луи. — Это все равно, что еда в холодильнике. На морозе все сохраняется дольше.

Я подождал, пока Луи заговорщицки подмигнет Джекобу, но он почему-то не стал этого делать.

— Просто пойди и проверь, — сказал Джекоб, — что, это так сложно?

Понимая, что я в ловушке и мне ничего не остается, как подчиниться, я нахмурился и снова просунул голову в дверь самолета, но тут же вылез.

— Ты можешь хотя бы соскрести лед с лобового стекла? — попросил я Джекоба.

Брат глубоко, по-театральному, вздохнул, показывая, что это скорее работа Луи, и медленно пошел к передней части самолета.

Я начал протискиваться в дверь. Повернувшись боком, я сначала просунул в щель голову, потом плечи, но когда дело дошло до груди, щель вдруг сузилась и сжала меня будто в тиски. Я попытался вылезти обратно, но попытка не удалась, я только зацепился курткой и рубашкой и своим неловким движением задрал их до самых подмышек. Так что моя спина мгновенно оказалась открытой на морозе.

Я слышал, как Джекоб счищал снег с лобового стекла, и решил подождать, пока в салоне самолета станет светлее, однако этого, как ни странно, не произошло. Счистив верхний слой снега, Джекоб начал бить по льду. Эти глухие удары разносились по кабине, напоминая тяжелые удары сердца.

С силой выдохнув, я попытался протиснуться вперед. Теперь хватка двери сместилась с груди на область живота. Я хотел было повторить попытку, думая, что еще одно усилие — и я наконец пролезу в эту щель, осмотрю пилота и как можно скорее выберусь обратно, как вдруг я увидел нечто странное. Мне показалось, что пилот начал двигаться. Его голова, которая раньше неподвижно лежала на панели управления, вдруг начала медленно качаться вперед-назад.

— Эй, дружище, ты в порядке? — шепотом спросил я. Несмотря на то, что я говорил очень тихо, по салону пробежало эхо.

Джекоб продолжал бить по стеклу. Бум, бум, бум.

— Эй, — еще раз, немного громче, позвал я и слегка постучал по железной стенке.

Я услышал, что Луи подошел ко мне.

— Что там? — спросил он.

Джекоб все стучал… бум, бум, бум.

Теперь пилот лежал неподвижно. Хотя я уже ни в чем не был уверен.

Я попытался пролезть дальше. Джекоб перестал расчищать окно.

— Скажи ему, что лед не соскребается, — крикнул он Луи.

— Он застрял, — ответил Луи. — Иди посмотри.

В следующий момент я почувствовал, как он обхватил меня чуть выше талии и пощекотал. Тогда я попытался оттолкнуть его ногой. От этого резкого движения у меня даже соскользнул ботинок. А дверь по-прежнему так же крепко держала меня в своих железных объятиях. Снаружи незамедлительно послышался смех.

— Давай теперь ты, — сказал Луи Джекобу.

Теперь я дергался из стороны в сторону, я даже не думал о том, что хочу сделать — протиснуться в самолет или вылезти наружу, — я просто желал высвободиться из этих силков. Я отчаянно пытался оттолкнуться ногами, но у меня получалось только беспомощное барахтанье.

Весом своего тела я даже раскачал самолет. Вдруг совершенно неожиданно я заметил какое-то движение прямо перед собой.

Сначала я даже не понял, что это. Мне показалось, что голова пилота качнулась в сторону, потом прямо над ним послышался звук, похожий на удар. Рядом с пилотом явно происходило какое-то движение. Только спустя пару секунд, присмотревшись, я понял, что это была птица, крупная ворона, такая же, как и те, что сидели на яблонях.

Она села на сиденье пилота и начала осматриваться. Я осторожно, стараясь не шуметь и не пугать птицу, попытался вылезти наружу. Однако, несмотря на мои старания, ворона снова взлетела, ударилась о лобовое стекло и, отскочив от него, полетела прямо на меня. При виде летящей на меня птицы я так испугался, что даже не мог пошевелиться. Только когда она подлетела совсем близко и до удара оставались доли секунд, я, насколько мог, вжал голову в плечи.

Ворона ударила меня клювом прямо в лоб. Удар был таким сильным, что я даже вскрикнул и начал отчаянно дергаться. На этот раз мои попытки высвободиться увенчались успехом, и я оказался на полу в салоне самолета. От резкого движения я упал. Приземлился я как раз на тот самый большой мешок, который лежал недалеко от двери. Признаться, некоторое время я даже не пытался подняться.

Птица тем временем вернулась в переднюю часть самолета, снова ударилась о лобовое стекло, потом подлетела к уже открытой двери, но вместо того, чтобы вылететь наружу, она почему-то повернула направо и метнулась к небольшой дырке в фюзеляже. Буквально секунду она задержалась у этой дырки, потом каким-то непонятным способом протиснулась, будто просочилась в нее, и скрылась из вида.

В следующий момент я услышал смех Луи.

— Черт! Чертова птица! Джек, ты видел?

Сначала я даже не понял, что произошло. Я осторожно потрогал лоб. Было больно. По следам крови на перчатке я понял, что рана немного кровоточит. Чуть успокоившись и придя в себя, я поднялся с мешка, который, как мне показалось, был до отказа набит чем-то плотным.

Сквозь открытую дверь теперь пробивалась полоска света, она падала мне на ноги.

Джекоб осторожно заглянул в самолет, своим телом полностью загородив свет.

— Ты птицу видел? — спросил он. Я чувствовал, что Джекоб улыбался, несмотря на то, что вокруг было темно, и я не мог видеть выражения его лица.

— Она ударила меня.

— Ударила тебя? — Джекоб сказал это с таким выражением, будто не поверил. Затем он еще пару секунд постоял, осматривая салон, и скрылся снаружи.

— Его птица ударила, — сказал он Луи. В ответ на это Луи рассмеялся.

Джекоб снова заглянул в дверь и опять загородил свет.

— Ты в порядке?

Я не ответил. Я злился на них обоих, думая, что ничего не произошло бы, если бы они не заставили меня лезть в этот самолет.

Самолет был таким маленьким, что по нему даже нельзя было передвигаться в полный рост. Поэтому я, немного нагнувшись, пошел к кабине пилота.