Андрей Воронин - Комбат. Беспокойный
- Название:Комбат. Беспокойный
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Array Литагент «АСТ»
- Год:2010
- Город:Минск
- ISBN:978-985-16-8908-4
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Воронин - Комбат. Беспокойный краткое содержание
Комбат. Беспокойный - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Прикуривая от конфорки, он потерял равновесие и едва не упал, но старые рефлексы еще были живы, и в последнее мгновение ему удалось остаться на ногах, упершись руками в край плиты. Организм сдавал, но это происходило чересчур медленно: он все еще был здоров и силен, как племенной бык. С полгода назад, зимой, в один из периодов полного, отчаянного безденежья, он повздорил из-за пустых бутылок с компанией бомжей, которые пытались прогнать его с помойки на том основании, что это, видите ли, их законная территория. Он тогда был немного не в себе и, опасаясь кого-нибудь убить или покалечить, просто ударил кулаком по стенке мусорного контейнера. Железо вмялось вовнутрь, как картон, «конкуренты» почли за благо молча ретироваться, а он уже не впервые подумал, что избрал далеко не лучший, чересчур затяжной и отнюдь не самый верный способ самоубийства…
Липкая, захватанная бутылка с криво отбитым горлышком стояла на подоконнике. Горлышко он отбил вчера, не найдя штопора, – отбил, судя по некоторым признакам, выражавшимся в болевых ощущениях, ребром ладони. Бутылка, естественно, была далеко не первая за день и явно лишняя. В противном случае и штопор нашелся бы, и воспоминание о том, как он ее открывал, сохранилось бы. А главное, на дне бутылки тогда не осталось бы вина, которого на глаз там было еще добрых полстакана.
Посасывая зажатый в уголке рта короткий бычок и щуря глаз от разъедающего роговицу дыма, он шагнул к окну и взял бутылку в руку. Мысль, похожая на отчаянную попытку сорвавшегося в пропасть человека на лету ухватиться за торчащий из расселины скалы древесный корень, – повернуться к раковине и выплеснуть эту дрянь туда – мелькнула и исчезла точно так же, как исчезает призрачная надежда остановить смертельное падение, когда вместо спасительного корня пальцы судорожно хватают пустоту. Бывший ротный командир десантно-штурмового батальона ВДВ, капитан запаса Сергей Сергеевич Казаков решительно затушил окурок о подоконник и трясущейся рукой поднес посудину с остатками портвейна ко рту.
Бутылка ходила ходуном, торчащий на месте отбитого горлышка стеклянный клык с острыми как бритва краями плясал в опасной близости от губ, вызывая из глубин памяти полузабытый анекдот о мальчике, которому какой-то маньяк подменил губную гармошку на бритву: мальчик играет и улыбается, а улыбка все шире и шире…
В последнее мгновение разум все-таки возобладал над жаждой, и Сергей со второй попытки ухитрился поставить бутылку на стол, не опрокинув ее и не расплескав ни капли драгоценной влаги. Стол был сплошь заставлен грязной посудой, усеян заплесневелыми, ссохшимися до каменной твердости объедками и густо припорошен сигаретным пеплом. Он пребывал в таком состоянии не первую неделю, а если хорошенько подумать, так, пожалуй, уже и не первый год. Когда у Казакова возникала нужда в чистой тарелке, ложке или стакане (чаще всего это был именно стакан), он просто брал необходимый предмет со стола и споласкивал под краном.
Самый чистый из имевшихся в наличии стаканов отправил бы в глубокий обморок даже опытного, досыта навидавшегося всякой всячины санитарного инспектора. Казаков вытряхнул из него коричневые окаменелые окурки, сполоснул под струей холодной воды и вернулся к столу. В ходе непродолжительной гигиенической процедуры былая прозрачность к стакану, естественно, не вернулась; липкий коричневатый налет на донышке никуда не делся, как и присохший к нему черными комками сигаретный пепел, но это уже были мелкие детали, на которые ничего не стоило закрыть глаза.
Бутылка дробно застучала о край стакана; Казаков отдернул трясущуюся руку, перевел дыхание, стиснул зубы и повторил попытку. На этот раз ему удалось перелить остатки портвейна из разбитой бутылки в стакан, пролив всего ничего – граммов десять, не больше. Рука тряслась так, что, когда он поднес стакан ко рту, тот громко и довольно чувствительно ударился о передние зубы.
– С-с-сука, – процедил Сергей и с отвращением высосал чересчур сладкое вино.
Поставленный на место нетвердой рукой стакан упал на бок и покатился по столу.
– Дерьмо, – сказал Казаков.
Большого облегчения принятое «лекарство» не принесло, но голос к нему, по крайней мере, вернулся. Поскольку спиртного в доме больше не было ни капли, отставной капитан решил выпить кофе. Он уже давненько не пил ничего, кроме алкоголя да иногда, когда сильно донимало утреннее обезвоживание организма, отдающей железом и хлоркой воды из-под крана, в связи с чем ему подумалось, что сегодня утро странных идей. А впрочем, когда просыпаешься однажды с разламывающейся головой и обнаруживаешь, что во сне обмочился, как последняя подзаборная рвань, самое время сменить стиль жизни. Может быть, и впрямь стоит притормозить, протрезветь хоть немного, оглядеться по сторонам и придумать что-то более эффективное, раз уж стало ясно, что упиться до смерти никак не получается?
Никакого кофе на кухне, как и следовало ожидать, не оказалось. Казаков повторил операцию с прикуриванием сигареты от плиты, отметив про себя, что курева не осталось тоже. Смяв в кулаке картонную пачку, он сунул ее в мусорное ведро. Пачка была разрисована камуфляжными разводами и пятнами; сигареты назывались «Комбат», стоили копейки и драли глотку, как наждачная бумага. Жадно втягивая в себя горький дым, от которого тошнота и головная боль только усиливались, Сергей постепенно привыкал к мысли, что придется, как ни крути, привести себя хотя бы в относительный порядок и, что называется, выйти в люди – купить сигарет, какой-никакой еды и кофе. Или вина?..
«Кофе», – решил он, бросил зашипевший окурок в пустую бутылку с отбитым горлышком, слез со стола, на котором сидел, пошатнулся, восстановил равновесие и направился в ванную – отмываться, бриться и менять белье, твердо зная при этом, что сделанный выбор между пачкой молотого кофе и бутылкой дешевой плодово-ягодной бормотухи еще далеко не окончательный.
Погрузка окончилась. Тесноватый погрузочный терминал очистился, тяжелая, как в противоатомном убежище, стальная дверь, ведущая на жилые уровни, закрылась со сдержанным лязгом. Коротко взвыл электромотор, и несокрушимые стальные ригели глубоко вошли в гнезда, наглухо запечатав отсек. Человек, одетый и экипированный, как спецназовец, выполняющий боевую задачу в зоне радиоактивного или химического загрязнения, хлопнул рукой в резиновой трехпалой рукавице по красному кругляшу кнопки, и железные створки, прикрывающие сверху кузов вагонетки, начали неторопливо смыкаться, немного напоминая закрывающуюся после ленивого зевка беззубую прямоугольную пасть. Их замедленное, немного судорожное, как это бывает у старых механизмов, движение сопровождалось негромким жужжанием электрического сервомотора, на которое человек в защитном костюме и респираторе с прозрачной лицевой пластиной не обращал ни малейшего внимания. Жизнь здесь была наполнена подобными звуками, отличавшимися друг от друга лишь громкостью и высотой тона. Зудящий гул вращающихся роторов, пистонные щелчки контактов, лязг и громыхание металлических деталей и гудение ламп дневного света сопровождали здесь едва ли не каждый человеческий шаг, независимо от того, направлялись вы в командный пост, в жилой отсек или, скажем, в отхожее место.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: