Иван Фаатович - Левый Шиба

Я взглянул на Юкико. Она была в ярости. Кричала что-то, всё пыталась достать. Похоже, легкой игрой с её положением в пространстве я довёл женщину до того состояния, когда мозги отключаются. Тратить время и ждать, пока она выдохнется, я не могу. Словно поманив пальцем, я переместил женщину к себе вплотную. Легонько коснулся её руки, живота, и отступил. Юкико бросилась в атаку. Её щит больше не обжигал меня, как тогда, в Сейритее. Я чувствовал только легкое тепло, когда касался его. Всё-таки, в Банкае я гораздо сильнее.

Я появлялся то тут-то там, уклоняясь от её попыток ударить и касался нужных точек на её теле, оставляя там маленькие печати - компоненты более сложного Кидо. Это заняло не более пяти секунд, Юкико просто не понимала, почему не чувствует моих перемещений. Почему не может предугадать, где я появлюсь в следующий раз?

Я появился перед ней. Юкико замахнулась, видимо, целясь мне в голову. Она начала удар, но, с удивлением обнаружила, как он замедляется. Лезвие глефы остановилось примерно в двадцати сантиметрах от моей головы. Женщина замерла, я усмехнулся. Коснулся её живота, запустил оставленные ранее печати, начал шептать слова заклинания. Она не могла говорить, не могла двигаться. Только смотреть на меня злыми глазами. Протараторив длинное заклинание за три секунды я ткнул пальцем в неё.

- Запретное Кидо, Шинзо но Каги, - сначала ничего не произошло. Секунду спустя ровно в центре грудной клетки Юкико появился яркий пламенный порез. Мгновение, Кидо достигло стадии полной активации. Я отпустил пространство. Девушку выгнуло дугой, как от мощного электрического разряда. Развернувшись, я поспешил на помощь Главнокомандующему. Капитаны уже возвели барьер.

***

Ямамото Генрюсай Шикегуни мчался за убегающим врагом. Внизу, вслед за ним, выстроившись в семиугольник, двигалась барьерная команда. Старик обнажил пылающий клинок, с помощью шунпо подобрался почти вплотную и могучим ударом разрубил убегающую иллюзию. 'Айзен' исчез.

- Появись, Щенок! - грозно крикнул он в пустоту. Соске лишь рассмеялся, ветер донес его смех до стариковских ушей. Откуда шел голос, определить не удалось. Что-то почувствовав, Ямамото круто развернулся и взмахнул мечом, наотмашь. Волна пламени ушла в ту сторону.

- Райкохо! - дед выставил открытую ладонь на пути заклинания. Желтая молния извивалась в его руке, как пойманный угорь, и с пшиком исчезла, долгую секунду спустя. Он вновь развернулся, ударил в воздух, отмахиваясь от чего-то. Старик сплюнул, вынул руку из окровавленного Косоде, обнажил мускулистый торс, выпрямился. На боку красовался свежий порез, пополнение в этой коллекции боевых шрамов.

- Вперёд! - заорал старик во всё горло.

Вмиг вокруг поднялись яркие, оранжевые стены барьера, охватывающего довольно большую площадь.

- Банкай... - тихо произнес дед, длинный меч покрылся копотью и пеплом, пламя вокруг исчезло. От лезвия исходил легкий дымок. Барьер над головой старика замкнулся. Ямамото уже не обращал внимания на жар вокруг себя. Он его даже не замечал.

- Ты поймал меня, поздравляю, - сказал голос. При этом плевок с шипением испарился в воздухе, не коснувшись поверхности Рюуджин Джакки. Ямамото среагировал моментально, выбросив клинок над собой. Ничего не произошло. Мысленно старик проклинал Айзена и всех его прихвостней. Сейчас ему как никогда приходилось сдерживать себя. Использовать всю мощь Зака но Тачи Главнокомандующий опасался. Он боялся, что барьер попросту не выдержит, и пламя клинка навредит его собственным солдатам.

Старик вздохнул, сделал несколько взмахов мечом. Он всеми силами старался почувствовать, в какой стороне его враг. Но ничего не выходило. Вздохнув, Ямамото вскинул руку, тихо прошептал про себя заклинание.

- Сорен Сокацуй! - трижды старый воин выпустил заклинание, превратив практически все вокруг в пылающий синим пламенем ад. Воздух дрожал от жара, песок внизу плавился, а Ямамото не мог успокоиться, выпуская все новые и новые волны пламени. Он надеялся, что хоть краешком зацепит противника.

Пока Главнокомандующий бесновался, выпуская во все стороны Кидо массового поражения, Айзен Соске, забившись в угол под самым барьером, лихорадочно размышлял, что делать. Хоугиоку Урахары уже слилось в пробирке с его собственным. К счастью, Шиба не знал, что для пробуждения камня необходимо постоянное действие большой духовной силы, и носил Хоугиоку везде с собой. Именно поэтому пробудить его не составило труда. Но что делать теперь, Айзен не знал. Он просто не рассчитывал, что Весь бывший и нынешний Готей придет убивать его. Эспада, десять арранкаров, которых он создал были хоть и сильны, но в их победе он сомневался. Сбежать тоже не удалось, Гарганта почему-то просто отказалась открываться.

- Вот сука... - Айзен нервно погрыз ноготь, пока его никто не видит. Иллюзия, созданная Кьёко Суигетсу, превосходна, но не может же он вечно тут сидеть? Рано или поздно Главнокомандующий попадет, или психанет. О способностях его зампакто в Банкае Соске мог только догадываться.

Шанс на победу имелся. Причем, очень даже хороший шанс. Мужчина вновь встряхнул пробирку, глядя на переливающийся всеми цветами радуги камешек. Наконец-то! Айзен аккуратно вынул его из стекла, повертел в руках, чтобы последний раз полюбоваться его красотой и... проглотил. Это стоило некоторых усилий, Хоугиоку не сразу прошел в желудок синигами.

'Сделай меня всемогущим!' - подумал Соске, чувствуя, как внутри просыпается мощь. Реяцу, взявшаяся буквально из ниоткуда наполняла его. Айзен вдруг закашлялся. Грудную клетку поразила вспышка боли, словно в кожу вонзили раскаленный клинок. Сжав зубы до хруста зубов, мужчина стерпел. Кончилось это так же быстро, как и началось. Глубоко втянув воздух, Соске обнаружил торчащий из груди камень. Свет, исходящий от него, легонько пульсировал. Айзен почувствовал эйфорию, его переполняла энергия. 'Я всемогущ!' - пронеслась мысль в голове мужчины.

- И где чёртов Гин?! - нахмурился он.

- Вы уже успокоились? - вежливо сказал Айзен, с легкой усмешкой. Его иллюзия появилась перед стариком. Ямамото прищурился, глядя на камень в груди врага.

- Успокоюсь, когда твой труп остынет, дезертир, - процедил Главнокомандующий. Он смотрел прямо на приближающегося врага, готовился к атаке, напряг все свои чувства. Он знал, удар будет с другой стороны. Он ждал его. В последний момент интуиция подсказала, старик быстро повернулся влево, поднимая левое же плечо. Лезвие катаны вошло в его тело, перерубило ключицу, плечевые кости и часть лопатки. Окровавленными пальцами Ямамото схватил зампакто врага и ударил по настоящему Айзену. Тот извернулся, как угорь на сковороде, Зака но Тачи мгновенно испепелил его левые руку и ногу. Меч выскользнул из ослабевшей хватки, отрубив два пальца, враг вновь исчез.