Magenta - Шпеер

Гарри мысленно покорежило.

— Зачем же пидовку, — Дамблдор-бородатый отправил в рот немалый кусок торта и заполировал чаем. — Просто симпатичного молодого человека. Приятного, интеллигентного. Носатый расползется, как пломбир на сковородке.

— А если не расползется? — нахмурился Дамблдор-безбородый. — Сколько мальчишек у Шуаль, а Шахор свой шнобель воротит.

Камера мазнула по потолку с россыпью светящихся фонариков и опять нацелилась на старых сладкоежек.

— Не всем рыжие нравятся, — вздохнул бородатый. — Веснушки на заднице... Хотя лично я ничего против не имею.

Безбородый задумчиво ковырнул торт. Изображение снова дернулось, в зеркале напротив стариков на мгновение отразилась чья-то рука с часами, лежащая на спинке кресла.

— У твоего бен Келева есть крестник, тот еще хатих. Видно, не дурак, раз Бродяга его своим управляющим сделал.

Бородатый довольно хлопнул себя ладонью по ляжке.

— За что я тебя люблю, Хахам, так это за твой светлый ум! Я и забыл про этого мальчишку! Шахор и сам не заметит, как перетянет его куда надо.

— Альбус, не налегай на торт, — сказал безбородый.

— Он на фруктозе, — возразил бородатый.

Розовый ноготок ловко нажал на паузу.

— Подождите-подождите! — взволновался Гарри. — Можно еще раз глянуть? Кто это вообще такой, Хахам, клон Дамблдора, что ли?

— Это его брат Аберфорт, — сообщила Амбридж, скользя внимательным цепким взглядом по директорскому лицу. — Хахам — на иврите «мудрец». Разговор идет о вас, мистер Поттер. Шахор — главный редактор, как мы поняли.

Ладони Гарри нехорошим образом взмокли.

— Кто, Снейп? — директор придал голосу как можно больше равнодушия. — Вы же говорили, он не член ордена, откуда тогда кличка?

Лицо советницы недовольно сморщилось печеным яблочком.

— Оказалось, старый пройдоха давал клички всем, кому не лень, — сказала Амбридж. — Шахор значит «черный».

«Слава богу, что не Ворон», — мысленно вознес хвалу богам директор.

— Даже вас не обошел, — злорадно блеснула глазками советница. — Вы теперь фигурируете в деле как Хатих.

— Это еще что? — задергал бровями директор.

— Красавчик, — хихикнула Амбридж. — Лакомый кусочек.

Гарри мысленно схватил Дамблдора за длинную бороду, раскрутил над головой и направил в скоростной полет к Земле обетованной.

Впрочем, Г. Дж. Поттер-Хатих пока ничем не выдал своих чувств: похоже, успокоительная таблетка все-таки действовала.

— Можно еще раз посмотреть, мэм? — вежливо спросил он.

— У меня тут не кинозал, — недовольно сказала советница. — Впрочем, ладно.

Розовый ноготь цокнул по кнопочке.

Директор уставился в экран, жадно всматриваясь в каждую мелочь. Чем больше он разглядывал брата Дамблдора, тем больше терзался сомнениями. Глаза Аберфорта были светлыми, почти водянистыми, в то время как назвавшийся Макферсоном старик был кареглаз. Сходство между братьями Дамблдорами несомненно имелось, но не настолько, чтобы спутать одного с другим. Параноидальная идея изловить Шпеера сыграла со зрением Г. Дж. злую шутку: Альбус походил на Аберфорта или Макферсона куда меньше, чем на старика из морга. Даже приклеив бороду, Аберфорт, вздумавший прилечь в гроб на место Альбуса, был бы мгновенно разоблачен. И все же Гарри вновь усомнился, действительно ли в могиле Альбуса Дамблдора на Хайгейтском кладбище покоится муж Барбары Шпеер.

«Может, потому что видео черно-белое», — неуверенно подумал он. Допустить мысль о появлении четвертого по счету Шпеера было выше его сил.

— Теперь вы понимаете, что ваши действия полностью вписались в задуманное Дамблдором? — не дав досмотреть запись до конца, Амбридж отобрала у Гарри ноутбук, припрятала в ящик стола и закрыла на ключ. — Знаете, в чем ваша проблема, молодой человек?

Усилием воли подавив нарастающую антипатию к Кошке-Жабе, директор с доброй вопросительной улыбкой уставился в маленькие прищуренные глазки.

— Вы вынуждены действовать в одиночку. Нам бы очень хотелось, — мягким вкрадчивым голосом сказала Амбридж, — чтобы вы ощущали нашу поддержку, мистер Поттер. — Мы полностью одобряем вашу переписку со Шпеером, хотя можно было бы проявить больше активности. Но вот что касается всего прочего... Вы уверены, что редактор не заподозрил, что вы за ним наблюдаете?

На лице Г. Дж. Поттера-Хатиха не дрогнул и мускул.

— Я притворяюсь, что мистер Снейп мне нравится, — сказал он, честно глядя в маленькие глазки. — Он понемногу становится откровенным, — Гарри изобразил легкую циничную улыбку. (На что это похоже, лучше было не думать).

— И какими же откровениями он с вами поделился? — Амбридж подперла кулачком нарумяненную щеку и выставила сверкнувшее мелким бриллиантом ушко.

— Пока ничего, что представляет для нас интерес, — подпустил в голос нотку разочарования директор. — О своем детстве, разных шалостях. Но это начало, — хитро прищурился он. — Дайте мне время.

— У нас его катастрофически мало, мистер Поттер, — с неудовольствием сказала советница. — Что с третьей книгой?

— Главред послал запрос Шпееру, — многозначительно сказал Гарри. — С просьбой включить меня в список лиц, имеющих право ознакомиться с контентом. Я раньше не знал всех правил, но теперь...

— Ну что ж, будем надеяться, что в следующий раз вы придете не с пустыми руками, — смягчилась Кошка-Жаба. — И акции, еще раз акции!

Почему советницу особенно волнуют финансовые вопросы, Гарри не знал.

— Контрольный пакет теперь принадлежит Минерве Макгонагалл, — сообщил директор. — Это все, что мне известно.

Госпожа Амбридж розовым мячиком подскочила на стуле.

— Кто вам это сказал? — заморгала она.

— Мистер Снейп, — пробормотал Гарри, слегка растерявшись: что можно, а чего нельзя говорить про ЗАО «Хог», они обсудить не успели.

— Мы слышали кое-что другое, — покусала ноготок Кошка-Жаба. — Ладно, этот вопрос остается открытым. Вы лучше вот что скажите, с какой целью ваш крестный направил к вам Пэй Мэйхуэй?

— Понятия не имею, — вполне искренне сказал директор. — Я спрашивал, но ее английский понять невозможно. Думаю, просто в гости, Лондон посмотреть и всё такое...

Советница недобро сощурилась.

— Лондон посмотреть, — змеино прошипела она, растягивая губы в нехорошей улыбке. — Я бы поверила в эту чепуху, не будь ее отец Магистром дочерней ложи «Феникса» в Шанхае!

— Я этого не знал, — Гарри нервно взъерошил пятерней чуб.

— Мы выясним, что к чему, конечно, — сладким голоском пропела Амбридж. — Нет ничего тайного, что не стало бы явным, НЕ ТАК ЛИ, мистер Поттер?

По телу Г. Дж. прокатился тонкий электрический разряд страха.

— Само собой, — натянуто улыбнулся он, мысленно отправив филе лосося в мартеновскую печь.