Iris Black - Отрезок пути

Какое-то время у нас еще есть, поэтому о Гарри пока можно не думать. В крайнем случае, я всегда смогу найти его, где бы он ни был, и сейчас абсолютно уверен, что он в школе. Значит, мимо не пройдет. А мне нужно быть сильным, как Джинни, и заняться делом.

Время, отпущенное нам Волдемортом, не замедляет свой бег ни на секунду. Одно за другим я переношу тела погибших в Большой зал. Переношу на руках, не пользуясь палочкой, – мне кажется, это было бы кощунственно. Занимаюсь этим не я один – другие ребята и девушки тоже не сидят на месте. Некоторые, правда, слишком серьезно ранены, поэтому мадам Помфри и Ханна сейчас приводят их в порядок. Те же из нас, кто может ходить, стараются быть полезными и сделать хоть что-то. А время идет…

Я склоняюсь над очередным телом и, не в силах удержаться на ногах, падаю на колени. Колин Криви… Первая эмоция, которая захлестывает меня при виде его маленькой неподвижной фигурки, – это злость. Злость на глупого мальчишку, который не захотел слушаться старших и, как следствие, доигрался. Потом приходит злость на самого себя. Хоть Колина и не было в школе в этом году, он все равно был частью Армии Дамблдора, значит, за него я тоже отвечал, как и за остальных. Тем более, он несовершеннолетний. Я должен был лично проследить, чтобы его эвакуировали! А я побежал за Тори… Но я не мог не побежать за ней! Даже если бы мы не были знакомы лично, я бы все равно этого так не оставил. А если бы не побежал, на месте Колина сейчас могла бы быть она… И что, спрашивается, предпочтительней?

Нет! Нельзя задавать себе такие вопросы! От этого можно просто сойти с ума!

Я встаю на ноги и пытаюсь поднять его. Он совсем легкий, но руки слишком сильно дрожат, и я никак не могу ухватить его и оторвать от земли.

– Помочь, Невилл? – раздается рядом тихий голос.

Я киваю, узнав Оливера. Он ловко подхватывает Колина под мышки, я беру его за ноги, и вдвоем мы несем тело к замку. Глаза словно застилает туман, и я часто моргаю, пытаясь отогнать его. В ушах появляется какой-то шум, и мне начинает казаться, что я вот-вот потеряю сознание. Я стискиваю зубы. Не время сейчас для слабости. Когда все закончится, тогда и буду отдыхать. Возможно, даже вечно.

– Знаешь, Невилл, я его и один донесу, – заявляет Оливер, когда мы заходим в замок.

Видимо, мое состояние не осталось незамеченным. Я киваю, и он закидывает Колина на плечо.

Я прислоняюсь к дверному косяку и несколько раз глубоко вздыхаю, пытаясь унять дрожь и не хлопнуться в обморок. Надо возвращаться и перенести в замок всех остальных, пока Волдеморт снова не начал активные боевые действия. А потом… потом жертв будет еще больше. В этот раз он не прервет бой, чтобы дать нам время зализать раны. Ему нужен Гарри, и пока он его не получит, не отступится.

Я понимаю это очень хорошо, но почему-то не боюсь. Совсем. Мне только хочется, чтобы мы все – вся наша армия – собрались вместе и в последний раз взглянули друг на друга. А еще больше мне хочется оказаться рядом с Северусом, обнять его, почувствовать вкус его губ, вдохнуть запах его тела, сказать ему, как сильно он мне нужен. Но нельзя, и с этим приходится мириться. Всю свою жизнь мне приходится с чем-то мириться. И нет этому конца.

С трудом я отлепляюсь от косяка и снова выхожу на улицу. Сворачиваю налево от крыльца и, пройдя несколько шагов, обнаруживаю очередное тело. Кажется, сокурсник Луны…

– Невилл… – раздается вдруг из пустоты голос Гарри прямо у меня над ухом.

– Гарри, у меня чуть сердце не выскочило! – укоризненно говорю я, пытаясь отдышаться.

Как я умудрился не заметить его присутствие? Наверное, слишком глубоко погрузился в свои размышления… А может, они были не такими уж моими?..

– Куда ты собрался один? – настороженно спрашиваю я, пристально вглядываясь в его лицо и пытаясь понять, что творится в его лихой голове.

– Так нужно по плану, – уклончиво отвечает он.

По плану Дамблдора, ага. Тоже мне, успокоил. Я ведь не забыл этот заговор молчания Северуса, Финеаса и Хелли, в соответствии с которым они так и не объяснили мне, что такого плохого старик сделал герою магического мира и моему, между прочим, другу.

– Ты ведь не собираешься сдаваться? – на всякий случай уточняю я.

Гарри слишком благороден, ему вполне может прийти в голову пожертвовать собой ради нас. Но ведь это ничего не изменит. Лучше сражаться до последнего всем вместе, чем жить при пожирательском терроре.

Но ведь какой-то план действительно есть. И Северусу о нем известно. И заключается он не только в уничтожении хоркруксов, из которых осталась одна только змея, но и в уничтожении самого Темного Лорда, которого не так уж просто убить. И в тех воспоминаниях, которые сейчас лежат сейчас у меня в кармане, наверняка содержится какой-то ключ. Вопрос только в том, получил ли их Гарри. Выглядит он, как человек, который знает, что делает, но где гарантия, что он действительно знает, а не просто вбил себе в голову, как это с ним часто бывает?

– Конечно, нет, я иду не за этим, – легко отвечает Гарри.

Слишком легко, чтобы я мог ему поверить. Он никогда не умел лгать. Или мне это только кажется из-за нашей связи? Я собираюсь было возразить, но он неожиданно спрашивает:

– Невилл, ты знаешь змею Волдеморта? Ее зовут Нагини…

– Ну да, знаю… и что?

– Ее нужно убить. Рон и Гермиона знают об этом, но если…

Я забываю обо всех своих возражениях и стараюсь не показывать удивления. Змея – это просто змея. О хоркруксах я знать не должен. Значит, сейчас Гарри отправился не просто по делу, а непосредственно к Волдеморту. И, судя по всему, это явно не дурь. Я пристально смотрю в его зеленые, как трава, глаза и пытаюсь прочесть то, что в них скрывается. Боль… решимость… обреченность… страх… надежда… Я не понимаю, какие из этих эмоций принадлежат мне, а какие – ему.

В одном я уверен точно – он знает. Он действительно знает, что нужно делать. До этого они все, хоть и следовали плану, но двигались на ощупь. Сейчас все иначе. Значит, и воспоминание он точно видел. А раз Северус сумел его передать, значит, он жив.

Странно только, что Гарри именно ко мне с этой просьбой обратился. Возможно, почувствовал что-то. Или Северус и меня в воспоминаниях показал… Да нет, это вряд ли. В этом случае Гарри вел бы себя по-другому.

– Ладно, Гарри, – я стараюсь говорить спокойно, словно не понимаю до конца серьезности происходящего. – Ты сам как?

– Нормально. Спасибо, Невилл.

Он собирается было отправиться дальше, но я хватаю его за руку.

– Ты же понимаешь, что мы продолжим сражаться?

– Да, я…

У него прерывается голос. Еще бы. Он ведь наверняка винит себя в том, что здесь происходит. Да и Волдеморт изо всех сил старается убедить его в этом. Но ведь не в Гарри дело. Точнее, не только в нем. Если бы не было у нас никакого Избранного, мы бы все равно сражались до последнего. Ради близких, ради самих себя. Мы и сейчас не только и не столько ради Гарри сражаемся. Для тех, кто почти не знает его, он, скорее, символ, чем живой человек. А вот друзья, родственники – они живые. И их хочется защитить.