Андрей Романов - Клеймор

Единственное уточнение, простой человек без усиления силой ёки такой саблей пользоваться не сможет, масса обычной сабли не превышает полутора килограмм, а эта не мене пяти весит, и центр тяжести смещен к концу клинка, рубящие удары такой малышкой будут на загляденье, а йома надо именно рубить, берем однозначно!

Перекинувшись в человеческий облик, я нацепил выбранную рубаху, сразу став одетым деревенским пареньком, ну разве что волосы для деревенского паренька длинноваты. Во вторую рубаху я завернул набор холодного оружия. Подхватив полученную охапку одной рукой, и взяв во вторую мешок с золотом, я отправился к городским воротам. Вот только не к ближайшим, а к восточным, по пути продолжая фонить на всю округу.

Стоило мне удалиться, на пару сотен метров, как я заметил отряд городской стражи, двигающийся к месту моего пиршества, вот уж не ожидал, что они попробуют поохотиться на йома, ну успеха им авось кого и поймают. Даже жаль, что в округе больше йома не осталось, мог бы их приманить или создать, то уж я бы развернулся.

Стоп, что я там про создать? Аурного паразита мне, конечно, взять неоткуда, но можно просто накачать человека своей ёки, все равно хотел проверить что получится, а для приблудной клеймор такой натюрморт будет фонить от души.

Обойдя город, я спокойно и не привлекая ничьего внимания, что может быть безобиднее крестьянского паренька, с каким-то свертком? Разве что крестьянская девушка, а учитывая мои волосы, скромно опущенный взгляд и некоторые косметические изменения тела в районе груди, получилось весьма правдоподобно. Полезно обладать способностями к морфизму, пусть и с некоторыми ограничениями.

Я хотел начать безобразничать сразу, но трофеи несколько мешали, поэтому я просто прогулялся по городу, основательно пропитывая все своей энергией, после чего убрал лишнюю грудь и заскочил в магазин одежды.

— Тебе чего босоногий? — приветливо поздоровалась хозяйка, девушка лет двадцати в красивом белом платье.

Нет, какая нафиг девушка, натуральная нимфа, чудо, более взрослый вариант моих сестренок. Лицо узкое с приятной бледностью, губки пухленькие, носик аккуратненький слегка курносый, глазищи как бездонные голубые колодцы, и золотистые волосы, подвязанные розовыми лентами, ниспадают на хрупкие плечи и весьма выдающуюся грудь, сейчас скрытую под платьем, выгодно подчеркивающим осиную талию, и, к сожалению, пышным подолом скрывающую наверняка не менее выдающуюся попку. А из-под самого краешка платья выглядывают маленькие розовые пальчики, принадлежащие стройной ножке, обутой в сандалии. Чисто богиня.

Пока я восхищался ее красотой, на заднем плане моего разума промелькнули мысли о выгодном маркетинговом ходе вести рекламу собственной продукции, таким образом, а еще сожаление, что у меня осталось слишком мало времени перед уходом из этого славного города, я бы с этой девочкой подружился ближе.

— Гм, тебя, а еще одежды, — заявил я, вытаскивая из мешочка горсть золотых.

Девушка уже набрала в грудь воздуха для гневной тирады, тат поперхнулась и удивленно уставилась на золото и на мешочек.

— Ты что чернорясного ограбил, — пораженно выдохнула она. И уже чуть более заинтересовано рассмотрела мою фигуру, а рассматривать там было что, мое тело хоть и худое, но поджарое и в меру мускулистое, уж если есть возможность создать себе тело, то создавать надо нечто красивое, если не стоит некая конкретная задача.

Тут была моя очередь поперхнуться, но я быстро взял себя в руки, сообразив, что она что называется, попала пальцем в небо.

— А пусть даже и так, все одно золото. — Заявил я нагло, при этом гордо выпятив грудь.

— Ты что, нельзя так шутить, если обидеть чернорясных нас йома съедят! — неподдельно испугалась она. Хм, умеют в организации мозг промывать, что воительницам, что простым людям, вон тех же клеймор никто не любит, но по одной этой фразе понятно, что организацию уважают, и слегка боятся.

— Ха, да я этих йома и без всяких воительниц порубаю! — Решил я похвастаться. — Думаешь откуда у меня деньги?

Девушка заливисто рассмеялась, услышав мое бахвальство, есть контакт, а сейчас будем ее удивлять. Я засунул руку в мешок с золотом и стал делать вид, будто что-то в нем ищу, а сам усиленно выращивал кисть йома, вырастил, слегка высушил, и, поддерживая связь, чтоб она тут же не сгнила, вынул из мешка.

Это в описании выглядит все легко и просто, на самом деле такая операция потребовала от меня напряжения всей своей жизненной энергии и запредельной работы разума, в первую очередь, чтоб придать этой лапе вид давно отрубленной. Понимаю, что откровенная бутафория и тела йома разлагаются очень быстро, но не думаю, что об этом факте знают милые девушки.

— Что это? — удивилась она, заметив трофей.

— Лапа убитого мной йома. Или ты думала, я шутил, когда сказал что и сам могу убивать монстров? А на мою одежду не смотри, просто у южных ворот произошла небольшая заварушка, где я и сцепился с очередным йома, к сожалению, он удрал, но вот всю одежду на мне успел порвать и изгваздать в своей крови. А она знаешь, как воняет? И вот я тут, красавица поможешь мне подобрать подходящий настоящему воину костюм?

Пока я все это говорил, девушка заворожено смотрела на лапу монстра, которую я сотворил, но вскоре очнулась.

— А так ты правда убиваешь йома, но ты же еще такой молодой и… Ой прости, а где ты его убил?

Определенно метод работает, вон, сколько любопытства в глазах, а уж героические истории я сочинять умею.

— Это лапа первого убитого мной йома, я храню ее в знак начала моего пути мести этим мерзким тварям. Я был простым пареньком в деревне как все, жил, работал, ухаживал за моей возлюбленной… И вот мы поженились, это было так замечательно, вся деревня гуляла, нас поздравляли… А в первую брачную ночь она обратилась в йома, ударила именно этой лапой меня в грудь и думала что убила, но у нее ничего не вышло. Я слетел с кровати и подхватил меч, который мне подарили на свадьбу, я всегда мечтал стать стражником и защищать людей…

Я сражался как зверь, но йома так, же был силен, но меня вела месть за мою возлюбленную, я не обращал внимания на раны и сумел отрубить чудовищу сначала лапу, а потом и голову. Тогда я едва не погиб от полученных ран, но меня выходили, я отомстил одному йома за свою любовь и с тех пор поклялся истреблять их везде, взяв свой меч, я ушел из родной деревни и с тех пор странствую по свету.

Как-то незаметно во время рассказа мы с девушкой перебрались на лавку, она прижималась ко мне своим бедром и стискивала кулачки, слушая о моих приключениях, вскоре ее ручки были уже в моем плену, а окончание рассказа я поведал таинственным шепотом, тяжело дыша в розовое ушко.