Элис Манро - Беглянка (сборник)

– Бабушка! – захныкала Дана, и ее старшая сестра, Джейни, неодобрительно следившая за происходящим, собрала квадратики.

– Сейчас сложим как было, – сказала она. – Бабушка не нарочно.

– Где у тебя клюквенный соус? – спросила Гретчен.

– В буфете, – ответила миссис Трэверс, все еще сжимая руки Грейс и не обращая внимания на разбросанную мозаику.

– Где в буфете?

– А. Клюквенный соус. Ну… Я его сама делаю. Сначала заливаю ягоды водой. Потом ставлю на медленный огонь – хотя нет, сначала замачиваю…

– Мне некогда этим заниматься, – перебила Гретчен. – То есть готового у тебя нет?

– Кажется, нет. Зачем, если я его сама делаю?

– Надо кого-нибудь отправить – пусть купят.

– Может, попросишь у миссис Вудс?

– Нет. Я с ней, считай, не разговариваю. Это будет наглостью. Кому-то придется ехать в магазин.

– Милая, сегодня День благодарения, – нежно проговорила миссис Трэверс. – Все закрыто.

– Нет, магазинчик на шоссе всегда открыт. – Гретчен повысила голос. – Где Уот?

– На лодке катается, – ответила Мевис из дальней спальни. Она добавила предостерегающую нотку, потому что пыталась уложить ребенка спать. – Он взял с собой Майки.

Мевис на своей машине привезла Майки и малыша. Нил ожидался позже – ему нужно было сделать пару звонков.

А мистер Трэверс ушел играть в гольф.

– Кому-то придется ехать в магазин, – сказала Гретчен.

Она повременила, но из спальни предложений не поступило. Тогда она взглянула на Грейс и вопросительно подняла брови:

– Ты ведь не водишь машину?

Грейс сказала, что нет.

Миссис Трэверс огляделась, нашла свой стул и с благодарным вздохом села.

– Что ж, – продолжила Гретчен, – Мори водит машину. Где Мори?

Мори в ближней спальне искал свои плавки, хоть все твердили ему, что купаться уже холодно. Он сказал, что магазин точно будет закрыт.

– Ничего подобного, – возразила Гретчен. – Там ведь бензоколонка. А если даже и будет закрыт, можно проехать чуть дальше, к Перту, ну, знаешь, где торгуют мороженым в рожках…

Мори хотел, чтобы Грейс поехала с ним, но две девочки, Джейни и Дана, уже тащили ее смотреть качели, которые дедушка подвесил для них под норвежским кленом, сбоку от дома.

Спускаясь по ступенькам, она почувствовала, как ремешок на одной сандалии лопнул. Тогда она сняла обе и с легкостью прошагала по песчаной земле, примятому подорожнику и трубочкам опавших листьев.

Вначале Грейс качала детей, потом они качали ее. Спрыгивая, она неудачно приземлилась и вскрикнула от боли.

Пострадала не лодыжка, а стопа. Боль пронзила левую пятку, рассеченную острым краем ракушки.

– Это Дана тут разбросала, – сообщила Джейни. – Она хотела сделать домик для своего слизняка.

– А слизняк сбежал, – объяснила Дана.

Гретчен, миссис Трэверс и даже Мевис стремительно выбежали из дома, подумав, что кричал кто-то из детей.

– У нее кровь из ноги течет, – сообщила Дана. – Вся земля уже в крови.

Джейни добавила:

– Она порезалась ракушками. Дана их тут разбросала – хотела построить домик для Айвена. Айвен – это ее слизняк.

Из дома принесли тазик, воду для промывания раны, полотенце; все по очереди спрашивали, сильно ли болит.

– Не очень, – отвечала Грейс, ковыляя к крыльцу, пока девочки, толкаясь, спорили, кто будет ей помогать, но в основном только мешали.

– Ой, дело плохо. – Гретчен осмотрела рану. – Но почему ты расхаживала босиком?

– У нее ремешок лопнул, – в один голос пропели Дана и Джейни, и в этот миг к дому подкатил и почти бесшумно припарковался кабриолет винного цвета.

– Вот это я понимаю – как по заказу, – сказала миссис Трэверс. – Тот, кто нам нужен. Доктор.

Это приехал Нил; Грейс видела его впервые. Он был высок ростом, худощав, стремителен в движениях.

– Чемоданчик не забудь! – задорно прокричала миссис Трэверс. – У нас для тебя есть работа.

– Неплохая тачка, – сказала Гретчен. – Новая?

– Да, накатило вдруг помрачение, – ответил Нил.

– Ну вот, ребенка разбудили. – Мевис укоризненно вздохнула, не обвиняя никого в отдельности, и ушла в дом.

– Чуть что – сразу «ребенка разбудили», – свирепо прошипела Джейни.

– А ты помолчи, – одернула ее Гретчен.

– Не говори, что ты его не захватил, – продолжала миссис Трэверс, но Нил уже достал с заднего сиденья свой чемоданчик, и она продолжила: – Так, все на месте, это хорошо, как раз пригодится.

– Ты пациентка? – спросил Нил у Даны. – Что стряслось? Проглотила жабу?

– Нет, она, – с достоинством указала Дана. – Грейс.

– Понял. Это она проглотила жабу.

– Она порезала ногу. У нее кровь течет.

– Ракушкой, – добавила Джейни.

Нил велел племянницам подвинуться, сел на ступеньку ниже Грейс, осторожно поднял ее ступню и сказал:

– Подайте мне эту тряпку или что там у вас. – А потом осторожно вытер кровь и осмотрел порез.

Он придвинулся так близко, что Грейс учуяла запах, который минувшим летом научилась распознавать в гостинице, – запах алкоголя, приглушенный мятой.

– И правда. Кровотечение сильное. Это хорошо, рану чистит. Так больно?

– Немного, – ответила Грейс.

Он изучил, хоть и бегло, ее лицо. Наверное, хотел понять, уловила ли она запах и что в связи с этим подумала.

– Еще бы. Видишь, порез глубокий. Нужно его почистить, а потом наложить пару швов. Я смажу, чтобы было не так больно.

Он покосился на Гретчен:

– Эй. Убери-ка зрителей.

Он пока ни слова не сказал своей матери, которая опять повторила, как им повезло, что он подоспел вовремя.

– Бойскаут, – ответил он. – Всегда готов.

У него были уверенные руки и ясные глаза. В нем не осталось и следа от развеселого дядюшки, какого он изображал с детьми, или от болтуна-утешителя, каким поначалу выступал перед Грейс. У него был высокий бледный лоб, увенчанный плотной копной седовато-черных завитков, блестящие серые глаза, широкий рот с тонкими губами, которые казались чуть изогнутыми, будто от сильного нетерпения, желания или боли.

Когда Нил прямо на ступеньках забинтовал порез – Гретчен ушла на кухню и забрала с собой детей, но миссис Трэверс осталась и с напряжением наблюдала, сжав губы и как будто тем самым обещая не вмешиваться, – он сказал, что надо бы отвезти Грейс в город, в больницу.

– Ввести противостолбнячную сыворотку.

– Мне уже не больно, – запротестовала Грейс.

И Нил ответил:

– Это ничего не значит.

– Я согласна, – встряла миссис Трэверс. – Столбняк… не дай бог.

– Мы быстро, – сказал Нил. – Ну-ка. Грейс? Грейс, я доведу тебя до машины.

Он взял ее под руку. Нацепив одну сандалию, она с трудом засунула пальцы ноги в другую и волокла ее по земле. Повязка – исключительно аккуратная – сидела плотно.

– Я сейчас, – сказал он, когда она устроилась в машине. – Надо извиниться.