Эжен Скриб - Стакан воды (сборник)

Марта. А ты ведь рисковал состоянием, жизнью, сыном, который ранен, и, может быть, даже серьезно. Зачем?

Ратон (указывая на Ранцау и Коллера) . Чтобы от этого выиграли другие.

Марта. Вот и устраивай после этого заговоры!

Ратон (протягивая ей руку) . Правильно. Впредь я не буду этого делать. Черт возьми меня, если я во что-нибудь еще вмешаюсь!

Все (окружая Ранцау и склоняясь перед ним) . Да здравствует граф Ранцау!

Конец

Граф де Мирмон – пэр Франции.

Сезарина – его жена.

Агата – дочь графа де Мирмона от первого брака.

Эдмон де Варенн– молодой адвокат.

Бернарде – врач.

Оскар Риго – двоюродный брат Сезарины.

Граф де Монлюкар – литератор, аристократ.

Зоя – его жена.

Дютилье – книгоиздатель.

Сент-Эстев – романист.

Дерузо – живописец.

Леонар Савиньяк Понтиньи – товарищи.

Слугаграфа де Монлюкара.

Слугаграфа де Мирмона.

СлугиОскара Риго.

Действие происходит в Париже; первое действие – у графа де Монлюкара; второе – у Оскара Риго; третье, четвертое и пятое – у графа де Мирмона.

Сцена представляет гостиную; три двери – в глубине и по бокам; налево – стол, на нем – письменные принадлежности; направо – бюро, заваленное книгами и бумагами. Налево сидит за столом Зояи пишет; перед ней стоит граф де Монлюкар.

Зоя, граф де Монлюкар.

Зоя. По-моему, довольно. В нашей гостиной помещается не больше полутораста человек.

Граф де Монлюкар. Ничего, ничего!

Зоя. А мы наприглашали уже триста с лишним.

Граф де Монлюкар. Ну и отлично, моя дорогая. Иначе было бы чересчур просторно… А уж тогда лучше совсем не устраивать приемов… Распишемся в том, что и мы нигде не бываем и к нам знакомые и друзья – ни ногой…

Зоя. Вы скоро начнете принимать друзей в передней.

Граф де Монлюкар. Можно и в передней… А кое-кого даже на лестнице – это хороший тон…

Зоя (собираясь писать) . Дальше! «Декабрь тысяча восемьсот тридцать шестого года. Граф и графиня де Монлюкар просят господина…»

Граф де Монлюкар. «…господина мэра Сен-Дени сделать им честь…» и прочее.

Зоя. Ловкий ход!.. А мне и в голову не пришло… В Сен-Дени скоро выборы депутата… Вам, мой друг, представляется удобный случай – ведь у вас там поместья, фабрика…

Граф де Монлюкар. Господь с вами, моя дорогая! Чтобы я выставил свою кандидатуру!.. Я, с моими воззрениями… Пусть хорошенько попросят… и то еще… Вы внесли в список моего друга доктора Бернарде?

Зоя. Внесла.

Граф де Монлюкар. А моего друга Дютилье, книгоиздателя, гения издательского дела? А моего друга Дерузо, пейзажиста?.. Гениального художника?

Зоя. Удивительное дело – все ваши друзья, как на подбор, гении!

Граф де Монлюкар. Да, мой друг, у нас теперь гений на гении!

Зоя. Это жаль! Лучше бы побольше умов.

Граф де Монлюкар. Э, мой друг! Сейчас не те времена… Это было хорошо прежде… когда пользовались успехом всякие безделицы и пустячки… во времена Вольтера и Мариво. В наш положительный, деловой век развлекаются, сыплют остротами одни глупцы. А нам не до этого!.. Вы написали приглашение моему другу Оскару Риго, адвокату, который пишет элегические стихи?

Зоя. Написала.

Граф де Монлюкар. Вышла книга его «Погребальных стихов» [19], и я велел купить шесть экземпляров… А, вот они!

Зоя. Шесть экземпляров… дрянной книжонки!

Граф де Монлюкар. Вы бы лучше помолчали!

Зоя. Нет, это просто невыносимо!.. Не смей шагу ступить, не смей слова сказать! Стоит мне неодобрительно отозваться о каком-нибудь произведении – «Вы бы лучше помолчали!». Вчера мы с вами слушали в Опере скучнейшую музыку – «Перестаньте зевать!». А где же еще и зевать, как не в Опере?

Граф де Монлюкар. Ну уж нет, моя дорогая! На вас в эту минуту могли смотреть мои друзья. Неужели вам трудно было ради меня хоть немножко поаплодировать?

Зоя. Слишком много чести!.. Вообще я отказываюсь вас понимать, мой друг: вы – граф де Монлюкар; ваше положение в обществе и ваше состояние дают вам возможность заниматься наукой ради собственного удовольствия, ваши труды выходят чуть не в двадцати изданиях… Между тем вы тратите все свое время на то, чтобы восхвалять и прославлять целую тьму всяких бездарностей, вы изображаете из себя их почитателя, их восторженного поклонника… А что у вас за цель – этого я так себе и не уяснила… Вот вы упомянули поэта-адвоката Оскара Риго – ведь уж как вы его превозносите!.. Однако, когда у вас возник процесс из-за фабрики в Сен-Дени, вы пригласили другого адвоката.

Граф де Монлюкар. Риго до того занят…

Зоя.…до того занят, что не ведет никаких дел… Вам пришлось обратиться к молодому человеку, о котором вы никогда доброго слова не скажете… Ваш процесс выиграл Эдмон де Варенн… Ну а этот ваш великосветский доктор, без которого вы дня не можете прожить, – доктор Бернарде?..

Граф де Монлюкар. Это великий человек! Необыкновенный человек! Он произвел целый переворот в медицине.

Зоя. Всем своим друзьям вы советуете лечиться только у него, а когда сами недавно заболели, так послали за другим.

Граф де Монлюкар (живо) . Послал тайком!.. И вы, пожалуйста, никому про это не говорите!.. Я чужих мнений не слушаю, ничью руку не держу, я – сам по себе… Да, моя дорогая, я – независимый литератор: ни перед кем не заискиваю, ни перед кем не выслуживаюсь, ни в ком не нуждаюсь… Да, кстати, вы послали приглашение графу де Мирмону?

Зоя. Пэру Франции [20]?

Граф де Монлюкар. Это не важно, чин его и звание меня мало интересуют… Но он содержит весьма влиятельную газету…

Зоя.Меня это не касается… Я не выношу его жену.

Граф де Монлюкар. Прелестная женщина!.. (Вполголоса.) Опасная женщина! Она вездесуща: в министерствах, в банках – всюду она… Интригует, выносит приговоры, казнит, способна в один вечер создать и погубить десятка два репутаций.

Зоя. А на чем основана ее собственная репутация?.. Кокетка, кривляка, гордячка… Когда-то она служила в том пансионе, где я училась, а теперь смотрит на меня с высоты своего пэрства, которое на нее свалилось с неба… Нет, я ее не приглашу!