Дима Федоров - Игромания Bet

В конце концов римлянам на помощь пришли враги. Из среды ожесточенных оборванцев выделился маленький чувачок с таким носищем, что он бы, верно, не смог играть в хоккей — шнобель не влез бы под маску. И этот заморыш громко запел:

Я еврейчик Йонатан!

Я незнатен, небогат.

Римлянам совет подам —

Трахайте друг друга в зад.

Трусы не сумеют нас

Отыметь и наказать.

Потому что пидорас

Не способен воевать!

Повстанцы язвительно заголосили, и тут бравый Пудент не выдержал и бросился с террасы.

— Постой! — крикнул Тит. — Он настолько ничтожен, что победа над ним не добавит тебе славы. Он хочет смерти, а такие люди способны на безумства. Не связывайся!

Но Пудент от ярости не слушал главнокомандующего, а Тит не стал облачать предупреждение в форму запрета. Пудент на полном ходу вбежал в нейтральную зону между войсками и призывно взмахнул мечом. Йонатан прекратил обезьяньи прыжки и с улыбкой начал красться к сопернику, запугивая его странностью движений. В последний момент резко выбросился вперед, но Пудент был готов ко всему. Римлянин выглядел мощнее и сильнее — старался действовать первым номером. Но меня это нисколько не порадовало — после минуты поединка появилась чуйка, что ночью придется тикать.

Выработанный годами пребывания в конторе навык определять победный потенциал «андердогов» сработал и здесь. Да, Пудент объективно фаворит, но он не справился со своим соперником в течение двух минут, расходует много сил, а значит, получит контратаку.

Тит, по всей видимости, придерживался иной точки зрения. Я краем глаза наблюдал за ним и заметил, что он подозвал раба и положил ему на блюдо перстень. Он, наверное, ожидал, что Пудент проткнет безумца, и войско, воодушевленное его примером, ворвется в Храм.

Я встал как бы для того, чтобы размять ноги, и потихоньку приблизился к блюду. Азарт сражения и вино вызвали у меня авантюрные мысли, а заодно убили всякое чувство самосохранения. А может, наоборот, самосохранение подталкивало к отчаянному поступку, на который меня подтолкнул Тит своими угрозами.

Пудент налегал уже минут десять на Йонатана и физически подсел, поэтому когда еврей сложился и снизу выбросил вперед руку с мечом, римлянин попятился, чтобы избежать удара, споткнулся о камень, упал, раскинув руки, и немедленно был пронзен юрким Йонатаном.

Удачливый еврей прыгнул на агонизирующее тело и пустился в дикий танец. Тит и охраняющая его бригада от потрясения потеряли разум и со стонами наблюдали за случившимся. Их пассивность только подстегнула меня к реализации нахального плана.

Я сделал несколько шагов в сторону трона Тита, предварительно огляделся и схватил с блюда перстень. Дальше почти все зависело от моих ног, которые были решительно настроены на выживание. Правда, подлый Сириус возник на пути к бегству и собирался взять реванш за прокол с жуком. Он расставил руки с кинжалами и оскалился. Под бахромой я разглядел броню. Уязвимым оставалось одно место… И я дернул за золотое кольцо, болтавшееся между ноздрей. Жрец завопил так, что даже римское войско опешило.

К счастью, за мной никто не бросился из-за всеобщего смятения. И еще, наверное, потому, что все порадовались, как я опустил Сириуса. А я бежал вниз по ступенькам, и присматривался, в какую дверь нырнуть. Между соперниками как раз несколько соблазнительных нищ, в которых можно укрыться.

Тут я вклинился в римский строй, через который необходимо прошмыгнуть чем быстрее, тем лучше. И в этот момент катастрофическим образом споткнулся и налетел на спину какого-то солдата. А он держал наготове натянутый лук. Палец у стрелка сорвался от неожиданного удара сзади, и стрела вылетела. И не просто вылетела, а угодила в беснующегося Йонатана. Прямо в шею. И насквозь!

Я отпихнул путающегося под ногами солдата и рванул в нейтральную зону. Как только я проскочил мимо римлян, они осознали, что обидчик отважного Пудента наказан. Меня же они приняли за вожака и с воплями устремились следом. Иудеи ринулись навстречу. Меня ждала неминуемая гибель! За один и пять — ждала. Но я спрыгнул в какой-то лаз, обрамленный мрамором. За мной чавкнули человеческим мясом, мечами и щитами две свирепые армии.

Я не оглядывался. Я не задумывался. Я разгонялся, выставив вперед руки, чтобы не налететь на стену, но интуиция или, может, ангел-хранитель, подосланный апостолом Иоанном, берегли меня от острых выступов в мрачном туннеле, куда через крошечные щели пробивались эпизодические лучи света.

Минут десять бежал, потом свет вообще перестал проникать в подземелье, и тут туннель резко пошел в гору. Я уж думал, что сейчас вынырну где-нибудь за городом на поверхность, но вместо этого больно стукнулся коленями о ступеньки. Да еще болтавшаяся за спиной палка, которую всучил мне апостол Иоанн, ударила по затылку.

Сначала перил не было, и я фактически полз на четвереньках, потом почувствовал опору справа и помчался. Мелькнули подвальные решетки, которые, к счастью, не были скреплены замком. Поэтому я шустро выскочил на знакомую лестницу и в несколько прыжков заскочил к себе на этаж. Ключи в отбитых от падений руках не слушались, как школьники на переменке. Но я пересилил эти железки, вбежал к себе и захлопнул дверь. Не снимая туфель, подбежал к сейфу и достал оттуда газовый пистолет. Здоровые кухонные ножи тоже могли быть полезны при обороне, поэтому я сложил их в прихожей. Поставил кипятиться самую большую кастрюлю. Можно обварить преследователей прямо при входе. Заодно поднимется пар, он закроет видимость — тут можно пускать в дело ножи, а потом отстреливаться из пистолета. Затем бежать на балкон и прыгнуть на ближайшее дерево, а там уж совсем просто по стволу слезть — веток много.

В милицию решил не обращаться. Бесполезно. Не защитят…

После удачного бегства из Иерусалима мне пару раз снились церковные догматы. Я не мог точно вспомнить, как они выглядели, в каком виде являлись, но я со всей очевидностью вспоминал за завтраком, что это были именно они — догматы! И конечно, не за завтраком, а за обедом. Точность — прежде всего! Надо же исходить не из моего ощущения времени, а из общепринятого.

Раньше хоть из-за прогулок с Соломоном надо было как-то выдерживать жизненный график, а теперь не могу себя заставить рано ложиться спать… Даже с июня, когда уже нет Лиги чемпионов, Кубка УЕФА и европейских чемпионатов, нормальный распорядок дня никак не восстанавливается.

Мне все кажется, что день прошел впустую, жизнь сгорает и необходимо наверстать упущенное. Подучить английский, заняться детальным освоением компьютера и прочими делами, поднимающими уровень цивилизованности. Правда, за оставшийся кусочек ночи ничего путного сотворить все равно не получается: штудирование по второму разу всей спортивной прессы и игру в шарики на мобильном разумным делом не назовешь.