Ласло Варгаши - Котёл

Замысел Бардака Омамы и его вице-президента Джо Бадена очистить территорию Донбасса от русских и на выжженной земле добывать сланцевый газ, а затем постепенно лишить Россию возможности продавать свой природный газ в Европе, был задуман, и спланирован задолго до начала государственного переворота в Киеве. Янки даже обрадовались, когда узнали, что две, самые крупные области стали мятежными и приказали киевской хунте начать против них беспрецедентные военные действия. Против небольшого, практически безоружного собственного народа были пущены в ход танки, БТРы, самолеты, артиллерия, системы залпового огня Град, фосфорные снаряды и прочее оружие массового поражения. Россия хоть и обещала не оставить русских в беде после возвращения Крыма, но под давлением Европы и Америки пришлось отазаться от данного общания. Русские, проживающие в двух областях пали жертвой поспешной веры в защиту с востока: города Луганск и Донецк постепенно стали превращаться в пустыню. А что их ждет дальше, один Бог знает. А пока страшные пытки, тяжелая гибель, разрушенные дома, зияющие пустыни, выжженная земля — расплата за стремление обрести свободу и независимость от бандеровцев, этих гуннов двадцать первого века.

Десятки тысяч беженцев ринулись в Россию, Россия приняла их. Из России стало поступать вооружение, добровольцы — русские и представители других стран. Не было только главного — мощного удара по бандеровцам: президент дрогнул, возможно побоялся начала мировой войны. А янки ликовали: одолели русских.

Часть беженцев очутились в Крыму на берегу моря. Здесь были и мужики. Переходя границу, они прятались за спинами своих жен с опущенными глазами и дрожью в ногах, ведь российские пограничники могли задать простой вопрос: а почему не остался воевать за освобождение Донбасса- Такой же вопрос могли задать и работники эмиграционной службы. Но россияне проявляли максимум вежливости. В Крыму всех разместили по санаториям и домам отдыха, а это была сказочная жизнь. Когда срок выданных бесплатно путевок закончился, встал вопрос, что делать дальше. Беженцам предложили трудоустраиваться, особенно мужскому населению. Но мужики сказали: нет, Путин виноват в возникновении конфликта, пусть теперь кормит нас.

— Но вы не инвалиды!

— Почти что инвалиды.

Обычно эти претензии высказывали дончане украинского происхождения.

— Нашим женам вы выделяете скудные средства на обустройство, — произнес Скрипниченко недовольно отвернув рожицу. — А почему бы нам не начислять зарплату- Вы же богатое государство, да еще Крым прихватили.

— Не очень, молодой человек, — произнесла работница отдела беженцев. — А то доложу высокому начальству и вас, как недовольного, вернут на свою неньку Украину. А что вы там будете делать, никто не знает.

— Э, пока, нет, не стоит. Я побуду тут месячишко другой, а там посмотрим. Победят наши… тогда…

— Для вас, кто «наши», вы можете сказать-

— Конечно могу. Наши это все те, кто борется за неньку Украину, ее целостность, ее незалежность.

— Зачем же вы, прячась за спину супруги, моргая глазами от трусости, перебегали границу- Надо было брать оружие в руки и в бригаду Коломойши, он хорошо платит, кстати.

— Не получилось, хотелось, но не моглось. Прятался не только за спину жены, но под кроватью отлеживался. И даже сумлевался в своих переживаниях. А теперь окончательно прозрел. Кто враг, кто друг, понимаю.

— Я вас поняла, я доложу о вас. Ваша фамилия Скрипниченко, а как имя, отчество, — произнесла работница, доставая ручку и толстую тетрадь.

— Не надо, прошу вас. Вы меня погубите. Это я так, шутькую. А на работы не хочу потому как не могу: то спина побаливает, то в брюхе урчит, ну что поделаешь- А вам я, когда выдадут пособие моей супруге, отстегну половинку, идет-

Аня, работница отдела беженцев, все равно донесла, куда следует, но там сказал: пока будем проявлять терпение, помня: в семье не без урода. Это сообщение попало в интернет и вызвало бурю возмущения у читателей.

За беженцами потянулись и солдаты вооруженных сил. Это были те, кого окружили и добивали, кто долго находился в окружении, без воды и продуктов, кого разъедали вши и мучили болезни, те у кого ныли раны. А их бросили как отработанный агрегат, о ком забыли украинские генералы, и о ком не знал Хальцман в Киеве. Хальцман не любил доклады на пораженческие темы, ему надо докладывать только о победах.

Первую группу вояк в количестве 38 человек, среди которых было много раненых, перевезли через границу и срочно отправили в Ростов. Многие нуждались в операции. Им сделали операции, спасли им жизни, отмыли их, переодели, накормили, положили в чистые светлые палаты, а когда поправились, отпустили домой. Ни хунта, ни ее отец Бардак Омама, ни Джон Баден не произнесли доброго слова в адрес русских. Они приказали своим подопечным считать, что такого случая не было. Это выдумка, вымысел. Пердуске- Хальцман все же отреагировал. Он приказал своим правоохранительным органам завести уголовное дело против тех солдат, что вернулись на родину, подремонтированные в России. Началось следствие, судилища. И только после этого верные сыны неньки Украины и их родители, их знакомые поняли: они были раньше не чем иным, как обычным пушечным мясом и шли воевать, рискуя жизнью, за Хальцманов, Кроликов, Капительманов, Коломойшей, Трупчиновых и только в этом качестве были востребованы. Исчезли выдуманные, созданные больным воображением понятия москали, что эти москали — представители великой страны, которая может себе позволить казнить и миловать, но не зацикливаться на мелочах.

За этой группой, спустя несколько дней, уже попросили убежище в России 438 человек. И им не было отказано. Для них соорудили палатки недалеко от границы и так же, в скором порядке, укладывали раненых на операционные столы. Если в первой бригаде не удалось спасти одного человека, то во второй, спасены были все. Надо признать, что гуманный акт России вернуть 438 бойцов украинской армии не дал никаких положительных результатов. Бойцы, вернувшиеся домой снова взяли в руки оружие и пошли убивать тех, кто проявил гуманность и отпустил всех по домам. Здесь сработало выражение Бисмарка, оно взято эпиграфом в самом начале романа.

Человек легче и быстрее прозревает, когда такому прозрению способствуют обстоятельства: уговоры, пропаганда так не действует, как те или иные события, когда гнилое нутро твоих кумиров выходит наружу. Если бы Хальцман обладал умом хотя бы слесаря второго разряда, он никому не позволил бы чинить расправу над теми, кто выжил при помощи протянутой руки со стороны кого бы то ни было. А он создал образ врага, он высосал его из пальца.