Ласло Варгаши - Котёл

Захарченко увидел, оценил обстановку и должно быть пришел к выводу, что противостоять двум областям целому государству невозможно, несмотря на то, что на территории мятежных областей воюют русские, чеченцы и наемники из других стран, а на стороне Украины могущественная Америка и вся западная Европа. Вступать России в войну против всего мира тоже бесполезно. Америка уже начинает покрикивать на Россию, в Украину стали посылать военную технику даже из Австралии.

Упустили момент. Вначале солдаты украинской армии были настолько слабы, даже беспомощны, что победить их мог хорошо вооруженный взвод, но Верховный главнокомандующий России медлил и проморгал. Вокруг Украины нарастала волна ее защиты во что бы то ни стало. Чем больше украинцы поносили своих старших братьев, тем сильнее, тем мощнее это опоясывающее кольцо защиты становилось плотнее. Оно возрастало, становилось крепче, дошло до критической точки, и помощь России оказалась нулевой.

Обидно то, что мир для жителей юго-востока может оказаться унизительным по сценарию, разработанному в Вашингтоне.

Против России было применено три венка санкций, эти венки, сплетены из колючий проволоки. Наши тоже объявили о своих санкциях против запада, но это укус мухи в хвост слона.

Дальнейшее развитие событий предсказать трудно. Это может вторжение бандеровцев в Крым, а затем и в Россию, что приведет к третий мировой войне. Америкосы и швабы забывают, что Россия — страна с ядерным оружием, и применение этого оружие приведет к всемирной катастрофе.

Китайские друзья, на которых мы так надеемся и которые могли бы повлиять на хамское поведение дяди сэма, молчат, в рот воды набрав. Они хитрые и коварные. Индийцы — слабы, сами себя защитить не могут и рады, что на них никто не нападает. С кем нам дружить, с кем заключать военные союзы, с Северной Кореей разве-

А пока мы все под угрозой и белые и желтые и чернокожие. Только мы этого не знаем, а когда узнаем, может быть поздно.

Новый премьер разбирал бумаги, их было не так много и вроде никаких особо секретных материалов там не было. Кабинет ему достался большой, а мебель старая, искореженная, а диваны во многих местах выжжены, словно люди выжигали дыры паяльными лампами. Телефон давно уже не работал, а мобильная связь работала с перебоями. В кабинете господствовали мухи. Их было так много, что приходилось отбиваться рукой. Голодные, видать, подумал премьер.

Вдруг начали дрожать стекла, начался гул и раздавались громкие выстрелы, сотрясающие землю. Это начали палить бандеровцы из всех крупнокалиберных орудий. Вчера канонада не прерывалась в течение семи часов, сегодня должно продолжение. Премьер стал думать, куда ему спрятаться. Не исключено, что снаряд попадет в здание, в котором на первом этаже его кабинет. На помощь канонаде, загудели самолеты — бомбардировщики. Одни выпускали снаряды с фосфорной начинкой. Снаряды разлетались на высоте и снопом падали на землю, на здания, жилые дома, на пешеходов, на идущий транспорт, на колодцы, подстанции и превращали их в руины.

— Куда делся этот Бородай- В Москву укатил, падло- Ему хорошо, а вот мне некуда бежать. Если только к семье. Она на окраине города в бункере сидит уже вторую неделю. Туда снаряды пока не сигают.

На город стали падать тяжеловесные бомбы, они выбивали на асфальте огромные воронки. Если попадали в дома старой постройки, дома загорались как спички. Стоя пока что у окна он видел, как доски, щебень, куски опорных балок летят в одну сторону и тут же при разрыве очередной бомбы все летит навстречу. Доски, камни как бы встречаются, разбиваются друг о друга и летят вверх, воспламеняются, образуя клубы дыма с дурным запахом. Более страшные и более опасные не только для всего живого, но и для всех построек, в том числе и кирпичных это горящие снопы, они кажется сжигают все на своем пути, даже камни, а попадая в воронки с водой, высушивают их, выжигая воду.

Премьер схватил маленький кожаный чемоданчик и быстро спустился в подвал. Подвал был длинный, широкий, со столиками, небольшими диванчиками и детскими кроватками. Едва он приютился в углу, как потух свет, здание как бы заплясало, а потом все стихло. Благодаря светящемуся циферблату, он увидел: стрелки показывали восемь вечера. На улице еще светло, еще полтора часа будет светло.

— Пойду, — сказал он себе и встал.

Освещая темный подвал фонариком, он вышел на улицу и то, что он увидел, привело его в дрожь. Трупы людей валялись на уцелевшем асфальте, в воронках, живые детишки ползали, окровавленные, по трупам матерей и звали их на помощь. Но матери уже находились в другом мире. У некоторых, у кого уцелело лицо, застыла неясная улыбка, как бы говорящая: прощайте дикие звери.

Девочка трех лет тащила оторванную руку матери, пытаясь ее приклеить.

— Мамоцка, ты поправишься, вставай, пойдем домой, а руку дома пришьем иглой.

После двухчасового обстрела со всех видов оружия, наступил кратковременный перерыв. Неизвестно откуда появились лазутчики Пипияроша, из батальона «Азов», «Днепр» в форме сварщиков, слесарей, дворников с блокнотами в руках и мешками за спиной. Они работали очень быстро и профессионально: записывали количество убиты в блокнот и переодевали в военную форму и если находили автомат, вставляли в руки жертве, дабы отчитаться, что дескать убито в бою столько-то террористов. Поодаль врач Люба тащила мужчину с оторванной ногой. Рядом находился мальчик лет шести с оторванной рукой. Отец стонал, видать ему было очень больно и все смотрел на ребенка, как бы просил у него помощи. У мальчика было заплаканное, испуганное личико, но держался он весьма храбро, как будто с ним ничего не произошло. Муж Любы Сергей пробовал стащить женщину со второго этажа. Она уцепилась за подоконник и все время звала на помощь.

Люба увидела лазутчика, но не знала, кто он и стала звать на помощь:

— Подсоби. Не слишком ли рано ведешь перепись убитых-

Лазутчик выхватил пистолет и стал прицеливаться. Люба не обращала внимание. Раздалась автоматная очередь, лазутчик накрылся ногами. Это премьер выпустил очередь из автомата, после чего равнодушно спустился в подвал, в темноту, где еще дышали и плакали живые.

В подвале мерцала единственная керосинка, слабо освещая подземное царство. Нельзя было подогреть воду, заварить кашу ребенку: не был тока, не хватало воды, заканчивались продукты. Саша сидел в темноте, опустив голову, ни во что не вмешивался, ни к кому не подходил. Он получил полномочия премьер-министра на днях, его в лицо пока никто не знал. Это позволило ему спокойно проанализировать обстановку вокруг всего региона и этой бесперспективной войны за освобождение от галичанских нацистов в целом.