Саманта Янг - Герой

Хотелось сказать ему, что этого бы не произошло, не одолжи он свою помощницу, но я воздержалась. Перспектива быть уволенной из-за нелепой оплошности мне ни капли не улыбалась. С Кейном шутки плохи.

Итак, я проработала на него уже четыре с половиной дня.

А такое чувство, что целую вечность.

Когда я уселась на свое рабочее место, раздался телефонный звонок по внутренней связи. Кейн.

— Да, сэр? — я подняла трубку, включая громкую связь.

— Забронируй столик на двоих в «Ментон» на восемь часов вечера. И отправь десяток красных роз в Кембридж, в издательство Гарвардского университета, на имя Фиби Биллингэм. Я хочу, чтобы их доставили во второй половине дня.

Фиби Биллингэм. Умная. Красивая. Утонченная. Состоятельная. Она работала выпускающим редактором издательства Гарварда и являлась любимицей бостонского общества. Трудно представить более подходящую пару для Кейна.

Я проигнорировала жгучую боль в груди.

— Конечно. Что бы вы хотели написать на карточке?

— Карточке?

— В цветах.

— От Кейна.

Я поморщилась. Романтик во мне взвыл от негодования.

— И все?

Кейн встречался с Фиби больше месяца, а это довольно долго для представителей его общества. Хотя в этом нет ничего удивительного. Эта девушка имела все, чтобы сделать счастливым моего босса. А он как никто другой этого заслуживает. Его нужно лишь слегка подтолкнуть, чтобы подогреть интерес Фиби.

— Да, — с нескрываемым раздражением произнес он.

— А вам не кажется, что стоит добавить чуть больше романтики?

— Я посылаю букет цветов и веду ее на ужин в шикарный ресторан. Куда уж больше?

— Это все прекрасно. — Немного банально, но все же . — Но подписать карточку можно было бы чуть менее официально.

— Я не собираюсь ничего подписывать! — отрезал он, перед тем как бросить трубку.

Сделав глубокий вдох, тоже положила трубку и принялась размышлять о том, что же делать с карточкой для цветов. Я знала, что некрасиво с моей стороны вмешиваться в их отношения, но иногда приходится действовать людям во благо. Я улыбнулась и подняла трубку телефона, чтобы заказать цветы.

Стиснув зубы, я по крупицам собрала остатки терпения, чтобы продолжить разговор с дизайнером, которая занималась ремонтом летнего домика Кейна на острове Нантакет. Дело было в обновленной смете, и я честно не хотела портить себе настроение под конец рабочей недели и ругаться с этой стервой, но это уже перебор.

— Не понимаю, в чем проблема, — гнусаво добавила она, в очередной раз демонстрируя негативное отношение к происходящему. Мне хотелось ее придушить.

Но вместо этого я воздержалась от словесной перепалки и начала сначала.

— Проблема в том, что вы прислали обновленный список расходов, и итоговая сумма на пятнадцать тысяч долларов больше уже утверждённого бюджета.

— Стильно дешево не бывает, милочка.

— Полностью согласна. Но я пробежалась по спискам и никак не могу понять, на что пойдут эти дополнительные пятнадцать тысяч…

Вдруг я почувствовала чье-то присутствие и, обернувшись, увидела справа от себя Кейна. Он буквально нависал надо мной, и во взгляде читалось явное раздражение.

Бросив настороженный взгляд в его сторону, я продолжила торговаться с нахалкой на том конце провода.

Неожиданно передо мной появилась рука, и Кейн с силой нажал кнопку удержания вызова на телефоне. Его резкие движения указывали на то, что я совершенно права насчет нарастающего недовольства с его стороны. Глядя на него снизу вверх, я гадала, что опять, черт возьми, сделала не так.

— Я могу себе позволить заплатить еще пятнадцать тысяч. Положи трубку. Немедленно.

Я фыркнула.

— Тот факт, что вы занятой человек и не можете вникать во все детали, никому не дает права на вас наживаться.

Я нажала на кнопку удержания.

— Нет-нет, я все еще здесь, — ответила, слушая бесперебойное щебетание в трубке. — На чем я…? Ах да, если вы не хотите, чтобы клиенты решили, будто вы держите их за идиотов и можете беспрепятственно тянуть из них деньги, я настоятельно рекомендую придерживаться изначально оговоренной суммы.

— Да я… Как… Я никогда…

— Значит, договорились, — отрезала я и повесила трубку, переключив внимание на разгневанного босса.

— Почему у вас на лбу проступила вена?

— Какого хрена ты написала на той карточке?

— Эм… карточке? — невинно переспросила я.

Раздражение на его лице вмиг сменилось зверской жестокостью.

— Мне только что звонила Фиби. Она поблагодарила за цветы и сказала, что карточка была невероятно милой, и она тоже с нетерпением ждет нашей встречи.

Я, конечно, подозревала, что моя затея с карточкой слишком рискованна, но даже представить себе не могла подобную реакцию. Видимо, зря. Кейн пребывал чуть ли не в бешенстве и, честно признаться, мне от этого становилось немного не по себе.

— Ну… я просто подумала, что… Ладно, я подумала, что карточка может быть чуть более приветливой, — ответила я и с надеждой улыбнулась.

— Алекса! — предупредил он.

— Знаете, вы можете звать меня Лекси.

Босс практически зарычал от злости.

— Хорошо, — поспешила объяснить, — я написала: «Фиби, с нетерпением жду нашей встречи. До вечера, Кейн». И, — я прикрыла глаза, чтобы не видеть его дальнейшей реакции, — добавила небольшой поцелуйчик в конце послания.

Напряжение в воздухе стало еще ощутимее.

— Что?

— Поцелуйчик. Знаете… Маленький по-це-луй…

Я замолчала, желая очутиться в этот момент где-нибудь на Гавайях с мохито в руках.

Грубо и несколько неожиданно Кейн схватил подлокотники моего кресла и вместе со мной выдвинул его из-за стола, развернув меня к себе лицом. Он наклонился так близко, что его лицо стало вровень с моим. Теперь его глаза не казались мне полностью черными, я хорошо различала их шоколадный оттенок, а губы… его губы находились всего в нескольких миллиметрах от моих. Затаив дыхание, я все еще не могла прийти в себя от шока, вызванного его поступком и сократившимся расстоянием между нами.

— Во-первых, — начал он сквозь зубы, сверля меня суровым взглядом. — Разве я похож на человека, ставящего поцелуйчики в конце посланий?

Мне не пришлось долго думать над ответом.

— Не совсем.

— Верно, не совсем.

Он кивнул и придвинулся еще ближе ко мне. Настолько близко, что я могла почувствовать его дыхание на своих губах. Проглотила вставший поперек горла ком.

— И, во-вторых, если ты еще когда-нибудь сунешь нос в мои личные дела, я тебя по стенке размажу. Поняла?

— Д-д-да, по стенке. Не самая лучшая смерть, — заикаясь, ответила я. — Я все поняла.

Его глаза снова вспыхнули.

— Алекса.

Я пыталась взять себя в руки и сказать хоть что-то в свое оправдание.