Челси Лэндон - То, что стоит сохранить

Сразу, как только пожар был локализован, они ушли, и остались только мы с Шанной в магазине оценивающие урон, который был нанесён кухне в подсобке.

– Кто тот парень, который дал тебе шерстяное одеяло? – спросила девушка, качая головой на когда-то бывшие серыми стены, которые теперь стали черными. – Он горячий.

Я не видела Джейса с тех пор, как ему исполнилось двенадцать, но сейчас он стоял передо мной выше, худее и с более синими глазами, но то, что меня покорило – это его улыбка и голос с хрипотцой. Годы прошли не зря.

Я не могла сдержать улыбку. Кутаясь в одеяло, которое было обёрнуто вокруг моих плеч, я завернулась в него, облокачиваясь о твёрдую стену.

– Старый друг. Думаю.

Это было как грезы наяву, и она это не упустила.

– Ты натворила это дерьмо специально?

– Нет! Я клянусь, нет! – я должна была защититься, но когда вы посмотрели бы на мою дурацкую усмешку, вы бы подумали, что я пироманьячка.

– Да, – кивнула Шанна. – Конечно.

До сегодняшнего дня не была уверенна, что Шанна поверила мне, что я не делала этого специально, но она, в конце концов, перестала интересоваться.

Уже на следующий день, Шанна и я появились в магазине, чтобы заняться уборкой и страховыми расследованиями, как мы увидели записку на парадной двери, написанную красным карандашом.

«Я хочу увидеться с тобой снова, Обри.

Позвони на станцию или подожги что-нибудь.

Люблю адреналин!

Джейс».

Я больше ничего не поджигала, но я пошла на станцию, чтобы вернуть одеяло. После всего, это было бы хорошо сделать, не правда ли? Вернуть то, что позаимствовано?

Он был там, весь сиял и улыбался и ждал.

– Это заняло у тебя довольно много времени. Я ждал десять лет.

Сразу же со следующего дня мы начали встречаться. Мы провстречались около года, когда я забеременела Грейси. Я была уверенна, что Джейс мне предложит выйти замуж после того, как я скажу, что беременна, как сделал бы любой другой, но он не предложил. И я не спрашивала никогда об этом. Я знала одно о Джейси – он никогда не делал то, что все от него ожидали. Всегда. Решительный, упрямый со вздорным характером – это был он и то, что его определяло. Никто не спрашивал его.

Конечно, меня это шокировало и да, я хотела выйти замуж. Даже ещё больше после рождения нашего второго ребёнка, Джейдена. Мы не планировали его.

Но предложения все не было. Мы даже не говорили об этом, пока кто-то не завёл об этом тему. Они делали это часто.

Его брат Кейси, обижал бы словами, такими как: «Когда ты сделаешь из нее порядочную женщину?»

– Она порядочная, – ответил бы Джейс, и его настойчивость проявилась бы наружу.

Любящий поспорить в таких ситуациях, он всегда находил остроумный ответ, но не на этот вопрос. Я никогда не давила на него, потому что если я сделаю так, и он уйдет, то что?

Я знаю точно, что если ты заглушаешь пламя, то огонь потухнет.

***

– Перестань мечтать и помоги мне с этим дерьмом.

Шанна сказала это прямо перед тем, как мы открыли двери утром. У нее было в руках десять разных бутылок с краской и сумка с фитилями.

Я схватила у нее фитили и кинула их на прилавок, потом поспешила вперед. Поправляя нашу экспозицию ароматизированных шишек, и потом посыпала сеном еще несколько полок перед тем, как перевернуть табличку «Открыто». За неделю до «Праздника урожая» мы были в праздничном режиме и были готовы поменять все с осенней на зимнюю коллекцию на следующий же день после праздника, который являлся нашим самым удачным днём продаж.

Ко второй половине дня вторника я вспомнила о Джейсе вновь, в основном, потому что услышала сирены, которые направились на вызов. Это было нелегко знать, что любой вызов мог забрать его у меня.

Этот декабрь ознаменует его шестой год с Пожарным отделом Сиэтла, в месте, которому его отец посвятил всю его карьеру.

Семья Райанов была потомственными пожарными. Очевидно, это было у них в крови.

Как-то, после обеда я получила сообщение от Джейса, который просил меня остановиться у станции, когда я смогу. Это не было чем-то для меня необычным заскочить на станцию, когда он работал, так что я сказала Шанне, что вернусь позже. Она взяла с меня обещание, что я вернусь с кофе. Вы помните мои принципы, почему я переехала в Сиэтл? «Старбакс». На каждом углу. Шанна тоже это ценила.

Когда я добралась до станции, я увидела Лорен, которая стояла у открытых ворот отсека, которые находились рядом с отсеком отца Джейса.

Лорен тоже любила приводить детей, чтобы они посмотрели на своего отца. По меньшей мере, она так говорила, но она также хотела проверить пожарных.

Пока моя сестра говорила, а дети бегали вокруг пожарной машины, я мельком взглянула на Джейса. Он выглядел нервным.

– Так... – его голова наклонилась в сторону телефона и потом на землю. Он увиливал от чего-то, и пока я пыталась понять, что же он хотел сказать, я не имела понятия, что дело было в его сотовом телефоне и в видео, которое Грейси удалось записать этим утром.

– Лорен позвонила мне. Очевидно, что наша дочь отличилась в фильмографии в эти дни.

Ладно. Это не то, что я ожидала. Я ожидала отказ от нашей совместной ночи. Он делал так часто.

– Что ты сказал? – немного удивленная, я передала ему большой Американо.

Парень улыбнулся, забирая кофе, прежде чем дотянулся до переднего кармана своих широких темно-синих штанов и передал мне его мобильный телефон. Подозревая содержимое, я почувствовала, как мое сердце слегка колотится при мысли о том, что она могла, возможно, записать этим утром, когда бросала телефон под дверь.

– Она, очевидно, показывала это Гэвину сегодня.

«Дерьмо».

Как только нажала на «play», я пожалела, что сделала это.

– Ты серьёзно?

Мой рот остался открытым. Несколько прерывистых вдохов можно было и пропустить, но реальность была такова, что наша четырёхлетняя дочь записала наш секс.

Нет, вы не могли бы увидеть ничего в особенности кроме потолка, но звуки были подозрительными. Это были не те звуки, которые может услышать ребёнок. И хотя она не слышала эти звуки, мы же были за закрытой дверью, она записала их.

Худшая часть? Я веду к этому. Если вы ждёте что-то ещё более худшее.

– Ты же не остановишься?

Ворчание и потом лающая собака, и плачущие дети.

Ужасно. Просто ужасно.

Джейс, который еле сохранял бесстрастный вид, расхохотался, совершенно развеселенный всем этим.

– Лучшая часть в конце.

Он имел в виду худшую часть. Я уверенна.

И вот он, конец, о котором говорил парень. Худшее, о чем говорила я.

И что же это было, спросите вы? Джейс ходил по спальне, голый, во всей его красе.

Да.

Моя сестра, её ребёнок и мои дети видели это.