Саманта Гуджер - Игра стоит внимания

Она скрестила руки на груди и выгнула бровь. Это должно быть хорошо. - Достойный тест?

- Да, достойный тест.

Он был абсолютно серьезен. У них было много разговоров в течение восьми лет их дружбы, и они затронули многие темы, но достойные испытания были не из их числа. Теперь, когда он перешел определенную границу, ее любопытство достигло максимума.

- Какой?

- Ты знаешь, вопрос А, - он начал загибать пальцы.

- Каков его мотив для знакомства с тобой, каковы его намерения, и насколько хорошо он думает он знает тебя? Если он пройдет, я буду указывать ему, как ухаживать за тобой. И я буду лично сопровождать вас повсюду, пока не буду уверен, что ему можно доверять.

Она рассмеялась. Первая мысль, что парень влюбился в свою подругу, показалась ей абсурдной.

О парнях она знала слишком много, и не думала о них как о потенциальных ухажерах, и сама уж точно не была объектом для ухаживания.

Во-вторых идея Райли об испытании вгоняла ее в истерику. Она могла представить себе это в деталях и знала что он приведет в исполнение свои угрозы.

В попытке выглядеть устрашающе он оделся во все черное, в руках он держал ручку и блокнот и чтобы заставить ее нервничать непрерывно что-то в нем строчил и нервно раздражающе ею щелкал. Он никогда не согласится с тем, что ее предполагаемый парень скажет или сделает и после тщательного анализа, Райли определит что парню нельзя доверять и тем самым выполнит свою роль в качестве защитника.

Она взяла на заметку что Райли был заинтересован в ней, но ему не обязательно знать о ее догадке.

Все, что она могла сделать, так это уставиться на него. - Ты невероятен!

- Нет, никакого парня, - заверила она его. Было ли это ее воображение или Райли на самом деле издал вздох облегчения?

Он скрестил руки на груди и его глаза сузились, изучая ее. - Но ты все равно не скажешь. Она покачала головой.

- Так нечего говорить.

Его плечи опустились, руки упали по бокам.

- Я думал, что мы были друзьями, - он склонил голову, выпятил нижнюю губу и выглядел разочарованным. - Лучшие друзья.

Ни в коем случае она не собиралась позволить ему, заставить чувствовать себя виноватой, независимо от того, как жалко он выглядел.

- Мы друзья! Лучшие друзья, - не сумев сдержать улыбку на лице, Эмма толкнула его в грудь.

Смеясь, он обхватил ее вокруг талии, чтобы предотвратить ее падение назад.

- Несмотря ни на что?

- Несмотря ни на что, - подтвердила она, пытаясь понять, почему ее пульс ускорился, когда он потянул ее к себе.

- Обещаешь? - он прижался лбом к ее и пристально посмотрел ей в глаза, как будто она могла солгать ему.

Пойманная в ловушку его рук, она не могла сделать ничего кроме как дать обещание.

- Да, я обещаю.

Она отодвинула лицо от него желая, чтобы он отнесся к ней серьезно. Последнее, что она хотела, это чтобы он начал шпионить за ней.

- Но это не означает, что тебе нечего мне сказать. - Он не поверил ей. Сомнение было написано на его лице.

- Ладно, - он пожал плечами в знак поражения.

- Я думаю, ты имеешь право на личное пространство.

- Да.

Она провела слишком много времени с девушками в течение двадцати четырех часов и еще надо было до завтра закончить домашние задания, не говоря уже о разработке стратегии, как хранить секреты от лучшего подруга.

- Спокойной ночи, Райли. Она вырвалась из его объятий и направилась в сторону дома.

- Я выясню в конце концов, - предупредил он. - Ты знаешь, что я это сделаю.

- Нет, если я не захочу, - подумала она. Не оборачиваясь, она подняла руку в прощальном жесте.

Он подождал, пока она дошла до входной двери и произнес.

- И когда я это сделаю, лучше нам быть друзьями.

Глава 7

Об ужине Врангтоны либо заботились сами, либо, в таком редком случае, как сегодня, папа покупал фаст фуд. Еда была свалена посреди стола и распределялась по принципу «первый пришел–первый схватил». Навыки блокирования при борьбе с братьями из-за еды у Эммы были развиты в совершенстве. Или же, если все терпело неудачу, она могла быстро просунуть руку под салфетку и сцапать достаточно еды, по крайней мере, чтобы предотвратить голодные спазмы ночью. Она знала на своей шкуре о последствиях отсутствия еды, но сегодня вечером не это было ее приоритетом.

– Итак, папа, – Эмма попыталась произнести это как можно небрежнее, но даже она услышала дрожь в своем голосе. – Я создала баскетбольную команду в школе.

Лэнс фыркнул, засовывая кусок курицы себе в рот.

– Тоже мне, большое дело. Девчачьи команды – отстой, – он оттолкнулся от стойки, протаранил Эмму своим плечом и стремительно прошел мимо нее к столу. – Что вы такого можете показать?

Женская сборная, несомненно, в течение многих лет имела определенную репутацию и любой знал это.

– Они не так плохи, – сказала она в пол, чувствуя побуждение встать на защиту своей команды, хотя было гарантированно, что она и Лэнс никогда не сойдутся в этом вопросе.

Лэнс покачал головой, схватил другой кусок курицы и направился к гостиной.

Эмма сосредоточила взгляд на отце. Он прислонился к стойке, потягивая рутбир из банки, возле него стояла тарелка с нетронутой едой. Последний раз они разговаривали о баскетболе больше двух недель назад, когда она попросила у него новые ботинки.

– Наша первая игра завтра, и я… – она переместила вес с одной ноги на другую и закусила губу, ненавидя то, что хоть она должна была спросить его в любом случае, все равно была уверена, что он откажет. – Я подумала, может, ты придешь посмотреть мою игру?

– Завтра? – отец почесал подбородок, будто бы обдумывая такую возможность. – Я думаю, что должен работать.

«Идиотка!» – выругала она себя. Конечно, он должен работать. Ей следовало попросить его еще неделю назад. Отец начал уходить, но Эмма последовала за ним.

– Как насчет следующей недели? Во вторник или четверг? – она съежилась от того, что ее голос звучал на грани отчаяния, умоляя, как какой-нибудь нуждающийся ребенок. Почему маленький огонек надежды внутри нее никогда не гаснет, неважно, сколько раз отец отказал ей?

Едва посмотрев на нее, он сказал:

– Ты же знаешь, что я ничего не могу гарантировать. Мой рабочий график меняется иногда поминутно.

Эмма кивнула. Она знала, что он не контролировал свой рабочий график. Это было эгоистично с ее стороны – попросить потратить даже два часа на просмотр глупого баскетбольного матча, который они в любом случае наверняка проиграют. Даже если бы он не должен был работать, даже если бы он не использовал любую возможность, чтобы посмотреть игру Лэнса, он заслужил свободный от обязательств вечер.

– О кей, – сказала она. – Может быть, в другой раз.

Положительным моментом в произошедшем было то, что ее аппетит исчез – там не осталось никакой еды, хоть выпрашивай объедки. Она ушла в спальню, чтобы сесть за домашнюю работу и отвлечься от мыслей о семье. Полчаса спустя, как раз, когда ужин братьев подходил к концу, а Эмма закончила свою домашнюю работу по физике и сделала половину задания по английскому, она услышала голоса по другую сторону стены. Папа и Лэнс. Эмма погрузилась с головой в свою домашнюю работу, зная, что если она не закончит ее сейчас, она может не закончить ее вовсе.