Эмма Миллс - До и после (ЛП)

* * *

Не успела я опомниться, как наступил вечер пятницы. Я стояла у боковой линии с сумкой от фотоаппарата мистера Харпера на спине, и впервые Фостер был там со мной.

Ну, не со мной, а с командой. Вышел под огни прожекторов в красно-белых цветах Темпл-Стерлинга.

Большинство других парней затмевали его. Он выглядел маленьким даже рядом с Джорданом, который был далеко не огромным. Я наблюдала, как Джордан похлопал Фостера по спине и сказал что-то несомненно убийственно обаятельное. Я была слишком далеко, чтобы услышать, так что просто закинула на плечо сумку мистера Харпера и вытянула шею, чтобы лучше видеть.

Фостер вышел на разминку вместе с остальной командой. Они, кажется, принимали его довольно хорошо. Думаю, это потому, что Фостер был именно таким безобидным, каким выглядел; он был маленьким, он был неопытным, и он не собирался отнимать у кого-либо время на поле. За исключением, может быть, Маркуса Уиттьера, конечно, но не то чтобы его совсем отстраняли. От Кэса я достаточно слышала о динамике команды, чтобы знать, что всегда надо думать о будущем команды. Звездный старший состав — это здорово, но вы всегда должны приглядывать за следующим поколением, чтобы видеть, с чем останетесь после того, как это поколение уйдет.

После обычного перечисления стартовых составов игра началась. Рев толпы и жеребьевка. Маркус исполнил начальный удар, как и говорил Джордан, и после того, как в первой четверти Темпл-Стерлинг забил, он также вышел забивать дополнительное очко. Я решила, что тренеры не собирались сразу же натравливать Фостера на команду Хэнкока — или скорее, команду Хэнкока на Фостера.

У Хэнкока была довольно хорошая команда, и Темпл-Стерлингу не удавалось сделать второй тачдаун до конца первой половины. Эзра принял передачу и эффектно пробежал по полю, ворвавшись в очковую зону и увеличив разрыв в счете до 13:6.

А потом пришло время для дополнительных очков. Конечно, они должны были отправить Маркуса. Но тренер показал прямо на Фостера.

Фостер рысцой вышел на поле и встал на свое место. Игра началась. Маршалл Сэмфорд отбросил мяч назад. Элиот Прайс поймал его и поставил вертикально на землю, и Фостер, разбежавшись, ударил. Мяч взлетел в воздух, пролетел по изящной дуге и приземлился прямо между стойками ворот.

Толпа разразилась криками и аплодисментами, и я поняла, что все это время стояла, затаив дыхание.

Этим вечером команда заработала еще три дополнительных очка. Два из них реализовал Маркус, а Фостеру достался последний, и он пробил его. Он официально стал хитом.

— Фантастика! — Мой папа хлопнул Фостера по спине на стоянке. — Ты был невероятен. Действительно показал им, на что способен.

Фостер смотрел мимо моих родителей.

— Можно я пойду на вечеринку вместе с Дев?

Не поймите меня неправильно, я была рада за Фостера. Но это последнее, что я хотела услышать. Нет, ладно, предпоследнее. Последнее, что я хотела услышать, как родители говорят «да».

— Это нечестно, — сказала я после того, как мама огласила приговор.

— Послушай. — Мама понизила голос, пока папа пытался поговорить с Фостером об игре. — Это много значит для Фостера. Только в этот раз, пожалуйста, возьми его и не спускай с него глаз.

— Если бы я попросила отпустить меня на одну из этих вечеринок, когда училась в девятом классе, ты бы сказала, что это не обсуждается.

— У тебя не было старшего брата, который бы заботился о тебе.

— Я не его сестра.

— Девон. — Мамин голос стал ледяным. — Ты ведешь себя неразумно.

Она была права, и я прекрасно знала это, так что просто нахмурилась и ответила:

— Ладно.

И не разговаривала с Фостером всю дорогу до дома Фрэнка Ферриса, потому что легче было сорвать злость на нем, чем на родителях.

— Ты даже не заметишь, что я здесь, Дев, — сказал Фостер, прежде чем мы вышли из машины. — Обещаю, что не попаду в передрягу.

Я поморщилась и ответила:

— Уверена, что все будет в порядке.

— Знаешь, это не первая моя вечеринка. Я постоянно ходил на такие.

— Правда? — Мы шли по дорожке к дому Фрэнка. Судя по машинам на улице и силуэтам в окнах, там было полно народа.

— Ну… они были немного не такими. Но все же. — Мы протиснулись во входную дверь, и перед нами оказалось море людей. Фостер улыбнулся. — Увидимся позже.

— Я должна присматривать за... — начала я, но он смешался с толпой развлекающихся и исчез.

Это была не самая клевая вечеринка. Я не могла найти Кэса целых двадцать минут или около того, а когда наконец увидела его, он сидел на веранде с Линдси Реншоу, слишком уютно устроившись на плетеном диванчике.

— Эй, Девон! — помахала мне Линдси. — Вот это игра, да?

— Да, было классно.

— Садись с нами, — сказал Кэс, но не подвинулся, потому что, очевидно, двигаться было некуда.

Ближайшее свободное место было на полпути через комнату.

— Все нормально. Мне все равно нужно найти Фостера.

— О Боже мой! Твой кузен! — Лицо Линдси просветлело. — Он такой милый, Девон, и очень талантливый! Мой папа тоже так считает. По его словам, удар Фостера был невероятным для такого молодого парня.

— Потрясающе… Я, эм, расскажу ему.

— Мы будем на танцполе, — сказал Кэс. — Приходите.

Во-первых, здесь не было танцпола, только расчищенное пространство посреди гостиной. Во-вторых, способности к танцам у меня примерно такие же, как к спорту. В-третьих, у меня не было никакого желания смотреть, как Кэс и Линдси трутся друг о друга под дрянные попсовые песни.

— Спасибо, но, думаю, я пойду поболтаю кое с кем.

Современная версия быстрого побега.

Обойдя первый этаж, обменявшись несколькими приветствиями и поболтав со знакомыми, я осталась одна. История моей жизни. Глава вторая. О том, что никого не красит неловкое топтание на вечеринке.

Я топталась в прихожей, когда заметила поблизости Эзру Линли. Он стоял с группой старшеклассников, которые отчаянно пытались вовлечь его в разговор, но он выглядел не расположенным к беседе. На самом деле при ближайшем рассмотрении оказалось, что он тоже не знает, чем заняться. Прошло несколько минут, прежде чем я поняла, что он сдвигается все ближе и ближе ко мне.

— Привет, — сказала я наконец, когда он оказался слишком близко, чтобы его игнорировать. — Как дела?

Я не разговаривала с Эзрой с того дня, как он вернул мне книгу. Нельзя сказать, что интервью для Рэйчел стояло первым в списке моих дел. Но раз он был готов отвечать на вопросы в коридоре, то я решила, что, возможно, согласится сделать это и на вечеринке.

Эта мысль вылетела у меня из головы, когда Эзра повернулся и посмотрел на меня, как будто не знал, кто я такая. Я уже готова была закатить глаза, когда он ответил:

— Неплохо. А у тебя?