Покоряясь тебе (СИ)

Да пофиг! Хочет наряжать меня, так тому и быть.

— Не буду вам мешать.

И после этого он вышел, а мы с Анджелой остались одни, только в отличие от меня, она, казалось не испытывала никакого неудобства.

Пока Анджела делала замеры моих параметров, меня так и подмывало спросить у нее, что случилось с Адамом. Откуда у него эти ссадины? Но это было бы совершенно неуместно, да и не факт, что она знает. К тому же, вполне возможно, что после она передаст Эллингтону наш разговор. Опасаясь этого, я решила не раскрывать рта и только односложно отвечала на редкие вопросы женщины.

Наконец, когда она сделала свою работу и ушла, я вернулась в большую гостиную, надеясь, что на этом мой визит будет окончен.

Адам сидел на диване, задрав одну ногу и читая газету. В руке у него был стакан из толстого стекла, с небольшим количеством янтарной жидкости. Скоч, или что там пьют миллионеры.

Пока меня не было, он успел сменить рубашку и брюки на свитер из тонкой шерсти и светлые джинсы, пережившие не одну стирку, и при этом был босиком. Неожиданно, чего я никак не ожидала, меня взволновало это зрелище.

А еще удивили очки в стильной черной оправе. Они действительно ему шли.

— Это все? — вдруг севшим голосом спросила я, когда он поднялся мне навстречу.

Нет, я что, растаю, увидев мужика без обуви и с очками, делающими его сексуальным?

Я явно теряю разум, если вдруг решила, что он сексуальный.

Да он просто сволочной тиран, который портит мне жизнь.

Не расслабляйся, Грейс!

— Так торопишься сбежать? — Он выгнул одну бровь, ухмыльнувшись.

Я не стала утруждать себя ответом: разве не понятно, что да?

— Ты напряжена, Грейс? — Он прищурился, подходя ко мне ближе.

Ну чего он прицепился?!

— Думаю, это очевидно, — сухо ответила я.

Адам кивнул.

— Да, более чем. Хочешь? — Он указал на стакан в своей руке.

Не то, чтобы алкоголь сейчас прельщал меня, но если это снимет напряжение с моих мышц, тогда почему бы и нет.

— Можно.

Я было сама лаконичность.

Адам подошел к бару, встроенному в стену и налил немного в стакан, после чего передал мне.

— Давай, расскажи мне о себе, — попросил он, облокотившись о спинку дивана.

— Зачем? — Я нахмурилась. — Разве вы и так не разузнали обо мне все, что было можно?

Его брови в удивлении приподнялись.

— Считаешь?

Я хмыкнула и сделала глоток: обжигающе, но по телу тут же разлилось приятное тепло.

— Уверена. Лучше вы расскажите мне что-то о себе. — Я махнула рукой. — Я-то практически не знаю человека, который решил изгадить мне жизнь.

Он кивнул, проигнорировав мой выпад.

— Хорошо. И так: мне тридцать четыре, я всю жизнь провел в Чикаго, у меня есть своя инвестиционная компания, которая делает меня одним из самых богатых людей Америки. — Он развел руками, что, наверное, должно было означать, что ему нечего скрывать.

— Вы не рассказали мне ничего, чего я не узнала из Гугла, — фыркнула я. — Что-то, чего там не написано.

Странное дело: немного алкоголя и маломальский разговор и я немного успокоилась в его присутствии.

— Что ж, еще я эгоистичный, жесткий и деспотичный придурок, который не видит смысла скрывать очевидное. — Он усмехнулся, очевидно забавляясь собственным описанием.

Нашел чем гордиться!

— Ничего нового я не услышала, — закатила глаза я.

— Ладно, Грейс. Твоя очередь.

Он ожидал, что я начну говорить. Ну, как хочет.

— Мне двадцать три, я на выпускном курсе Северо-Западного университета, всю жизнь провела в Чикаго. И еще я в ужасе, растерянности и ярости от того, что один заносчивый, самовлюбленный, много думающий о себе ублюдок решил разрушить мою жизнь.

Я считаю, что я сошла с ума, когда согласилась на это грязное, извращенное предложение, на которое меня толкнул шантажист, угрожающий моей бабушке. — Я так разошлась, что уже кричала, в то время как Адам притих и нехорошо смотрел на меня.

Ох, не стоило мне заводиться и злить его. Но эмоции, которые копились во мне последние дни, наконец, вырвались наружу.

— Грязный, долбанный ублюдок, которому плевать на жизни, которые он калечит! Потому что…

— Достаточно! — рявкнул Эллингтон, прожигая меня яростным, безумным взглядом. В мгновение он оказался рядом со мной, грозно наступая и я попятилась, пока не уткнулась спиной в одну из колон.

— Осторожней, Грейс, — злостно прошипел он, опершись одной рукой в поверхность за моей головой, а второй взяв меня за подбородок — Советую тебе очень тщательно выбирать слова, если инстинкт самосохранения все же не отсутствует в тебе.

Он был в настоящей ярости, и я уже сто раз успела пожалеть, что вывела его из себя.

Блин, что это на меня нашло?

— Когда ты пришла ко мне в офис, я сказал, что выйдя из комнаты, назад дороги не будет. Договор будет расторгнут в том случае, если кто-то из нас будет мертв. — Он с холодным бешенством смотрел в мои испуганные глаза. — А до тех пор ты моя. Моя, Грейс!

Его пальцы сильнее сжали мой подбородок, и я поморщилась.

— Ты моя собственность, Грейс. Я хочу слышать от тебя что-либо только в том случае, если я обращаюсь к тебе. Позволишь себе еще раз подобную выходку и увидишь, каким жестоким хозяином я могу быть.

Я ни на миг не усомнилась в его обещании. Никогда не стоит забывать, что я нахожусь рядом с помешанным психом.

Его беспокойные глаза цвета арктической воды еще долго сверлили мое лицо, и когда я решила, что не выберусь от него живой, он отпустил меня, отступив на несколько шагов.

— А теперь убирайся из моего дома, — бесстрастно приказал он и, развернувшись, пошел прочь.

Я как раз помогла бабушке лечь в постель, когда в дверь ее дома позвонили.

— Бабуль, я пойду, открою, а потом приготовлю тебе обед. — Я заботливо поправила одеяло и повыше подняла подушку, чтобы бабуля устроилась поудобней. Мы только что вернулись из больницы, и я не могла не заметить, какой уставшей выглядит старушка.

— Грейси, я бы не отказалась от томатного супа и сандвича с жареным сыром, — призналась бабушка, и я усмехнулась, закатив глаза.

— Конечно, ба. Все, что хочешь.

Выйдя из комнаты бабушки, я быстро прошла через кухню и гостиную, торопясь посмотреть, кто же там мог прийти.

За дверью стояла молодая женщина невысокого роста с волосами морковного цвета, собранными в косу.

— Добрый день. — Женщина добродушно улыбнулась мне. — Меня зовут Кимберли Мак-Грегор, я сиделка, которую мистер Эллингтон нанял для миссис Колдвел.

— Мистер Эллингтон нанял вас? — растерянно переспросила я, будто и забыла наш договор с Адамом.

Что ж, смотрю, он свою часть исправно соблюдает.

— Да. — Кимберли живо кивнула. — Вот мои рекомендательные письма. — Она протянула мне пачку конвертов, и я взяла их на автомате. — Я много лет работаю сиделкой, и я лицензированная медсестра. Поверти, я смогу профессионально позаботиться о миссис Колдвел.