Вадим Селин - Девочка-лето

Мы немного помолчали, слушая шум волн, а потом Марат наклонился и прижался ухом к моей груди.

– Что ты делаешь? – удивилась я.

– Т-с-с… – шепнул он, приложив палец к своим красиво очерченным губам, по которым я сходила с ума. Любая девчонка позавидовала бы таким губам. – Я слушаю.

– Что слушаешь?

Не ответив на мой вопрос, Марат задал свой:

– Знаешь, какая музыка самая лучшая в мире?

– Шум волн и крик чаек?

– Нет… Самая лучшая музыка – это биение твоего сердца. Если бы у меня была возможность, я бы записал с него звуковой файл и перекачал в плеер. И слушал бы целыми днями.

Я ничего не ответила. А что я могла ответить? Лишь молча посмотрела на Марата, который с закрытыми глазами слушал стук моего сердца.

Мы сидели на пляже до тех пор, пока не стемнело и на небе не зажглись звезды, которые сегодня почему-то казались особенно яркими.

– Я приготовил тебе сюрприз, – сказал Марат и улыбнулся. Но, несмотря на улыбку, в его глазах была печаль.

– Какой сюрприз? – заинтересовалась я. – Кстати, я тоже тебе сюрприз приготовила.

Я подошла к своему рюкзаку, который лежал под пальмой, и вынула из него пакет.

– Что это? – спросил удивленный Марат.

Ничего не говоря, я развернула пакет.

– Полина, что это?

– Раковина. Жемчужница. Забери ее с собой. Но, прошу, не промывай ее водой. Пусть, когда ты будешь брать ракушку в руки, она будет пахнуть морем, нашим летом и напоминать тебе обо мне. Обо всем, что между нами было.

В моей руке лежала небольшая ребристая ракушка – жемчужница.

– Где ты ее взяла?

– В море, где же еще? – пожала я плечами. – Ты же знаешь, что в начале лета я стала заниматься подводным плаванием. Вчера было погружение на глубину. И там я нашла эту ракушку. Внутри не было моллюска.

– Раковина очень красивая! – улыбнулся Марат и притронулся к ней кончиком языка. – Надо же, соленая!

– Конечно, она же из моря! Вон, даже белые соляные разводы есть. Поэтому не промывай ее. Пусть она будет такой, словно ее только что достали из моря.

– Хорошо.

– Это не все. Открой ее. Только аккуратно.

Марат предельно осторожно открыл ракушку и застыл. Глаза расширились. Он перевел их на меня и пораженно спросил:

– Что… что это?

– Жемчужина. Она лежала в ракушке.

Марат молча смотрел то на меня, то на желтоватую жемчужину, лежащую в ракушке.

– Подожди… Она что, настоящая?

– Конечно. Не бижутерия же! – фыркнула я.

– Нет, я не могу это принять, – покачал головой Марат, возвращая мне ракушку. – Эта вещь дорогая. Забери ее.

– Это еще почему?

– Потому что это – драгоценность!

– Ну и что? Эта драгоценность досталась мне абсолютно бесплатно. Она лежала в море. Все, что находится в море, – бесплатное и общее.

– Полина… – прошептал Марат. – Но это же жемчуг! Настоящий!

– Не выводи меня из себя! И вообще, если уж на то пошло, этот жемчуг – обычный песок!

– Как это? – не понял Марат.

– Ну, – пустилась я в объяснения, – когда между створками раковины-жемчужницы и тканями моллюска, который в ней живет, попадает песчинка, она начинает раздражать его нежное тело. Чтобы смягчить раздражение, он обволакивает песчинку слоями перламутра. Так получается жемчуг… Видишь, это всего лишь песок и защитный перламутр!

Выслушав меня, Марат снова покачал головой:

– Все равно я не могу ее взять.

– Ты меня обидишь.

– Подожди обижаться. Давай тогда сделаем так: я возьму раковину, а жемчужина пусть останется у тебя. Получится как две разделенные половинки одного целого. Когда мы снова увидимся, то положим жемчужину в раковину. Поэтому теперь нам нужно вдвойне стремиться к встрече – чтобы и мы были вместе, и ракушка стала полноценной!

– Ты так все обставил… – нахмурилась я. – Ну, раз не хочешь брать – не надо. Но ракушку возьми…

– Ракушку возьму, – кивнул Марат и улыбнулся: – Ты прямо как человек-амфибия – даришь мне жемчуг. [1]

Я улыбнулась в ответ. И вспомнила:

– О каком сюрпризе ты говорил? Я тебя перебила…

– Точно! Закрой глаза.

– Зачем?

– Так надо. Открой их, когда я тебе скажу. Только не подсматривай!

– Ладно. – Я закрыла глаза и принялась гадать, какой сюрприз преподнесет Марат. Я с трудом сдерживала любопытство.

Марат куда-то побежал, а через некоторое время послышался странный плеск.

– Открывай глаза!

Я исполнила его просьбу и тут же онемела. У берега стояла небольшая лодка, в которой сидел до невозможности довольный Марат и держал в руках весла.

– Где ты взял лодку?! – восторженно спросила я.

Я целыми днями вижу на море современные катамараны, корабли, «бананы», «таблетки», парашюты, которые тянут моторки или водные гидроциклы… Поэтому обычная деревянная лодка выглядела, как пришелец из позапрошлого века. И до того трогательно, мило, что хотелось хлопать в ладоши.

– Я одолжил ее у одного знакомого, – сказал Марат, широко улыбаясь. За его спиной восходила полная луна. – Садись! Сейчас прокачу с ветерком!

– Не надо ветерка. Лучше медленно покатаемся.

– Как скажете, принцесса! – рассмеялся Марат, потом выпрыгнул из лодки и галантно протянул мне руку. – Прошу взойти на борт нашего лайнера. Сейчас мы совершим путешествие по водам Черного моря, которое на самом деле синее.

– А ты знаешь, что у Черного моря несколько раз менялись названия?

– Не-а. И какие же названия были?

– Тавры, древнейшие жители Крыма, называли его «Темная пучина». Древние греки называли его «Море Негостеприимное» – из-за пиратов, которые на них нападали. А потом греки прогнали пиратов, стали все здесь обживать и поменяли название на «Море Гостеприимное». Вот… А русские, когда стали тут плавать, звали его «Русским морем». Окончательно море переименовали в Средние века. Назвали его Черным из-за большого количества водорослей. Из-за них оно кажется темнее, чем другие моря.

– Надо же… – удивился Марат. – Интересно! Ну так ты будешь на борт восходить или нет? Уже руку устал держать! Итак, прошу на судно.

– Благодарю вас, уважаемый, – в тон ему ответила я, выпрямила спину и величественной походкой «взошла» на лодку. Вернее, попыталась взойти. Я споткнулась о борт, вскрикнула и, размахивая руками, упала в лодку.

– Полина! – бросился ко мне Марат. – Ты не ушиблась?

– Нет, – рассмеялась я, поднимаясь на ноги. – А ты заметил, что я постоянно перед тобой падаю?

– Да уж… В день нашей первой встречи ты споткнулась о бордюр. И потом, когда услышала ту фразу в гараже, тоже на пол упала. Но давай не будем о грустном. Ну что, принцесса, совершим наш круиз?

– Совершим, – сказала я, садясь на корму. Лодка мерно покачивалась на волнах.

– Тогда – одну секунду! – попросил Марат и умчался под пальму.

Он взял гитару, вынул ее из чехла и сел напротив меня.