Нора Робертс - Ключ доблести

— Я собиралась вытереть его одноразовыми салфетками. Правда, глупо?

— Готова поспорить, олень так не думал. — Мэ-лори отступила на шаг, чтобы оценить нанесенный подруге ущерб. — Ну, вот. Сделала все, что могла.

— Лицо не пострадало? — Зоя осторожно встала и повернулась к зеркалу над раковиной. — Нет, все в порядке. Кажется, я начинаю приходить в себя — уже беспокоюсь о своей мордочке.

— Ты отлично выглядишь.

— Но немного помады и румян не помешает. — Она еще раз глянула в зеркало и встретилась взглядом с Мэлори. — Кейн не смог меня победить.

— Не смог, но каков мерзавец!

— Я продвинулась вперед. Точно не знаю куда, но сегодня я сделала нечто правильное, преодолела какой-то барьер, и это разозлило Кейна.

Зоя повернулась и победно улыбнулась подруге.

— Я не проиграю! Чего бы мне это ни стоило, я не проиграю.

В одной из башен Ворриорз-Пик Ровена смешивала снадобье в серебряной чаше. Она была очень встревожена, но руки действовали ловко и быстро.

— Ты должен все это выпить.

— Я бы предпочел виски.

— После. — Ровена бросила взгляд на Питта, который хмуро смотрел в окно. Торс его был обнажен, на боку поблескивала запекшаяся кровь.

— После того как ты выпьешь лекарство, я смогу обработать раны и нейтрализовать яд. Но все равно несколько дней будет больно.

— Ему тоже. Еще как. Его крови пролилось больше, чем моей. Она не побежала, — задумчиво сказал Питт. — Осталась, чтобы сражаться.

— И я благодарю за это судьбу. — Ровена подошла к любимому и протянула ему чашу. — Не капризничай. Выпей, Питт, до дна, а потом получишь не только свой виски, но и яблочный пирог на десерт.

Против яблочного пирога он устоять не мог — как и против взгляда прекрасных глаз возлюбленной. Питт взял чашу и залпом выпил снадобье.

— Проклятье! Ровена, ты не могла сделать его не таким противным?

— Садись. — Ровена раскрыла ладонь, на которой оказался толстый стакан. — Вот твой виски.

Питт сделал большой глоток, но садиться не стал.

— Линия фронта снова изменилась. Теперь Кейн знает, что мы не останемся в стороне, связанные законами, которые он нарушил.

— Он тоже рискует. Кейн сделал ставку на власть, которую приобрел за это время, силу и могущество, которыми себя окружил. Если заклятье можно разрушить, если Кейна удастся победить, он не останется безнаказанным, Питт. Нужно верить, что в нашем мире еще есть место справедливости.

— Мы будем сражаться.

Ровена кивнула.

— Мы тоже сделали выбор. А что, если в результате этого выбора мы останемся здесь? Что нам делать, если путь домой для нас будет закрыт?

— Жить, — он посмотрел в окно. — Что же еще?

— Что же еще? — повторила Ровена и прижала ладонь к его ране, снимая боль.

Брэд заставил себя сохранять спокойствие, сдержался, не бросился к Зое и не начал раздавать указания, как обычно поступал отец.

Уэйн-четвертый любил Уэйна-третьего и восхищался им, но не хотел уподобляться ему.

В данный момент ему больше всего хотелось убедиться, что с Зоей все в порядке. Затем нужно будет позаботиться о том, чтобы ей впредь ничего не угрожало.

И еще надо подумать о Саймоне, твердил себе Брэд, пока ехал к дому Зои. Нельзя идти напролом и в присутствии мальчика рассуждать о том, как безрассудно поступила его мать, когда отправилась в Западную Виргинию одна, подвергнув себя опасности. Нельзя пугать парня, выплескивая перед ним собственные страх и раздражение.

Он просто подождет, пока Саймон пойдет спать, а потом даст волю чувствам. И словам тоже.

Брэд поднял руку, собираясь постучать, и в эту секунду из глубины дома донесся лай. Уж в чем Мо не откажешь, так это в бдительности — мимо него никто не мог проскользнуть незамеченным. Брэд услышал детский крик, смех, и дверь распахнулась.

— Нужно спрашивать, кто там, — сказал Брэд.

Саймон закатил глаза, а Мо прыгал вокруг гостя, приветствуя его.

— Я знаю, что нужно спрашивать… Я выглянул в окно и увидел твою машину. Сейчас играю в бейсбол, заканчиваю седьмой период. Можешь сыграть за команду противника. Ты отстаешь всего на два очка.

— Ну конечно! Не хватало еще давать тебе фору. Послушай, мне нужно поговорить с твоей мамой.

— Она наверху, у себя. Что-то шьет. Пойдем! У меня осталось несколько минут. Потом мама остановит игру и отправит меня в душ.

«Не ребенок, а чудо», — подумал Брэд. Перед взглядом этих глаз невозможно устоять.

— Мне правда нужно поговорить с твоей мамой, так что давай отложим игру на другой день. И пожалуйста, без всякой форы, приятель. У тебя нет шансов.

— Как бы не так! — Саймон собрался к этому кое-что добавить, но передумал. Если Брэд отвлечет маму, она может забыть, что отпущенное ему время истекло. — Все девять периодов? Обещаешь?

— Честное слово.

На лице мальчика появилась хитрая улыбка.

— Может быть, сыграем у тебя, на большом телевизоре?

— Посмотрим.

Под рев трибун на экране Брэд направился наверх, к Зое. Подходя к двери ее спальни, он услышал музыку. Зоя приглушила звук, и до него доносился ее голос, негромко подпевавший Саре Маклахлан [5] Канадская певица, исполнительница баллад. . Потом обеих заглушил стрекот швейной машинки.

Зоя шила, поставив машинку на стол у окна. Фотографии в рамках и расписная шкатулка перекочевали на туалетный столик, освободив место и для неимоверного количества ткани.

Типично женская комната, и очень подходит своей хозяйке. Не вычурная, не пышная, но очень женственная, до мельчайших деталей. Вазы с ароматической смесью лепестков, обшитые кружевом подушки и древняя железная кровать под ярким покрывалом.

На стене приколоты рекламные листки пудры, духов, средств для волос и модной одежды из старых журналов, образуя необычную, немного ностальгическую галерею.

Брэд отметил, что Зоя шьет уверенно, явно знает свое дело. Ее нога в толстом сером носке притопывала в такт музыке, льющейся из радиочасов в изголовье кровати.

Уэйн подождал, пока машинка смолкнет и Зоя начнет расправлять ткань.

— Зоя!

— А? — Она повернулась и рассеянно глянула на Брэда. У нее был вид человека, полностью погруженного в свои мысли. — Ой, Брэдли! Я не знала, что ты здесь. Не слышала, как ты… — Зоя бросила взгляд на часы. — Хотела закончить чехол до того, как надо будет укладывать Саймона. Похоже, не успеваю.

— Чехол? — Брэд немного растерялся. — Ты шьешь чехол?

— А что тут такого? — спросила она, потянув ткань. — Нужно накрыть диван в салоне. Мне хотелось чего-то радостного, веселого, и я подумала, что большие гортензии — то, что надо. И цвет тоже… В самодельных вещах нет ничего плохого.

— Ты меня неправильно поняла. Я просто удивился, что кто-то из моих знакомых умеет шить такие штуки.