Даниэла Стил - Верить в себя

— Шлюха! Актриса! — с ненавистью выкрикнул парень. — Падшая женщина!

Кэрол сделала еще один крохотный шажок к спасительной кнопке, и в этот момент парень прыгнул. Без малейшего усилия он перемахнул через кровать и взмахнул ножом, целясь ей в грудь. Кэрол лишь чудом увернулась от удара. Метнувшись в сторону, она с силой нажала на тревожную кнопку, вдавливая ее в стену. В коридоре громко зазвонил электрический звонок, и молодой араб, еще раз выругавшись, потянулся к Кэрол, пытаясь схватить ее за волосы. Она снова увернулась, и тут ей на глаза попался оставшийся в палате после обеда металлический поднос. Схватив его обеими руками, Кэрол с размаху ударила парня по голове. Поднос был легким, да и сил у нее было маловато, но на секунду ей все же удалось ошеломить нападавшего. Эта секунда оказалась спасительной — в следующее мгновение в палату вбежали двое врачей и медсестры. Поначалу они опешили, увидев в палате вооруженного ножом постороннего, к тому же араб сделал угрожающий выпад в их сторону, а потом снова повернулся к Кэрол. Он был полон решимости убить ее, но врачи бросились к нему и схватили за руки, а одна из медсестер выбежала в коридор, громко призывая на помощь. Еще пару секунд спустя в палату вбежал охранник. Ловкой подсечкой он сбил парня с ног, вырвал у него из руки нож и, отшвырнув оружие далеко в сторону, подмял под себя. Через мгновение на запястьях нападавшего защелкнулись наручники, и Кэрол, которая так и замерла с подносом в руках, без сил сползла по стене на пол. Ее трясло. Теперь она вспомнила и свою поездку в такси, и пробку в тоннеле, и застрявшую рядом машину, и двух парней на переднем сиденье, которые со смехом сигналили ползущему впереди пикапу. Потом был взрыв, огонь и невероятный, словно во сне, полет, который закончился сильным ударом и тьмой, в которую вдруг погрузилось все вокруг. Да, теперь Кэрол могла все объяснить. Этот молодой араб, сбежавший от двух своих сообщников за минуту до взрыва, решил убить ее, после того как прочел в газетах интервью Майкла и узнал, что к ней якобы вернулась память. Он хотел перерезать ей горло, чтобы она не смогла его описать полиции. Бедняге было невдомек, что до сегодняшнего дня Кэрол его совершенно не помнила, а если бы и вспомнила его лицо, то вряд ли смогла бы связать с терактом в тоннеле. Но как ему удалось миновать дежурного охранника?. Ответ на этот вопрос Кэрол получила только после того, как медсестры помогли ей снова лечь в постель, а один из врачей внимательно ее осмотрел. Ко всеобщему облегчению, физически Кэрол нисколько не пострадала, хотя она, конечно, пережила сильнейшее потрясение. До сих пор она продолжала дрожать, хотя никакая опасность ей больше не грозила — молодого араба успела забрать вызванная полиция.

— Как вы себя чувствуете? — спросил врач, измеряя ей давление и пульс.

— Д-даже не знаю, — ответила Кэрол, стуча зубами. — Простоя… когда я его увидела, я сразу все вспомнила. В тоннеле… Он сидел в машине, которая поравнялась с моим такси… Перед самым взрывом он выбежал из машины, но, очевидно, он еще раньше заметил, как я на него смотрела…

— Понятно. — Повернувшись к сестре, врач велел ей принести из сушилки подогретые одеяла, чтобы закутать Кэрол. Сухое тепло колючих шерстяных одеял подействовало на Кэрол благотворно — она перестала дрожать и понемногу успокоилась.

— Что еще вы вспомнили? — спросил врач. Бледность разлилась по лицу Кэрол, и врач боялся, что пережитый шок может сказаться на ее состоянии.

— Ничего… — неуверенно проговорила Кэрол. — К-кажется — ничего…

— А все-таки? — настаивал врач. — Помните ли вы наш дом в Лос-Анджелесе? Можете описать свою спальню? Какого цвета там обои?

— По-моему, желтые. Или светло-желтые. Не помню… — не слишком уверенно ответила Кэрол. Она действительно сумела представить себе свою спальню, но некоторые детали по-прежнему виделись ей неясно, словно сквозь запотевшее стекло.

— А сад? У вас был сад?

— Да.

— Какой он?

— Красивый. Там были фонтан и пруд. И розы, которые я сама посадила. Красные розы, — добавила она твердо. — Их я помню хорошо.

— У вас есть собака?

— Нет. Она умерла. Давно.

— Вы помните, что вы делали перед взрывом? Куда ездили? С кем встречались? — Врач так и сыпал вопросами, не давая Кэрол ни секунды передышки. Двери, которые так долго оставались запертыми, наконец широко распахнулись, и он спешил этим воспользоваться.

— Нет… — ответила Кэрол, но тут же осеклась, потому что поняла: она знает, куда она ездила в тот день. — То есть да, — поправилась она. — Мне хотелось взглянуть на мой прежний дом на рю Жакоб. — Точный адрес все еще ускользал от нее, зато она отлично помнила, как зашла в сад, как потом взяла такси и застряла в пробке в тоннеле.

— Как он выглядит?

— Не знаю… Не помню… — ответила Кэрол, и тут же, без паузы, словно за нее говорил кто-то другой, стала перечислять: — Это небольшой особняк с садом. Два этажа и мансарда. На втором этаже очень красивые высокие окна — до самого пола. Они выходят в сад, и когда-то мне очень нравилось… — В комнате появился еще кто-то, и Кэрол, скосив глаза, узнала Мэтью де Белланкура. Он стоял возле ее кровати, и лицо у него было такое, что на мгновение ей снова стало страшно. Кэрол даже захотелось, чтобы он ушел, и в то же время его присутствие странным образом принесло ей облегчение. Не в силах разобраться в своих чувствах, Кэрол замолчала на полуслове. Она боялась встретиться с ним взглядом, но Мэтью, к счастью, не смотрел на нее. Его яростно горящий взгляд был устремлен на лечащего врача Кэрол, которую вызвал кто-то из дежурных сестер.

— Как это могло случиться? — грозно спросил Мэтью. — Почему охранник пропустил этого субъекта? Где он был?

— По-видимому, произошло недоразумение, — ответила женщина, поправляя стетоскоп на груди. — Сиделка ушла на обед, охранник тоже. Его сменщик не явился, и… — Обычно врача нелегко было смутить, однако сейчас она стушевалась — уж больно грозно выглядел Мэтью, к тому же сердиться у него были все основания.

— И мисс Барбер осталась совершенно одна?

— Вы правы, господин министр. Уверяю вас, больше такого не повторится.

Только сейчас до Кэрол дошло, что врач и Мэтью разговаривают на своем родном языке, но она неплохо их понимает. И объяснение этому странному феномену следовало, по-видимому, искать в только что пережитом ею потрясении.

Голос врача звучал холодно — она сумела взять себя в руки, и теперь Мэтью Белланкур был ей не страшен. Она беспокоилась только о своей пациентке, которая могла погибнуть от рук молодого арабского террориста.

— Этот фанатик явился сюда, чтобы убить мисс Барбер, — отчеканил Мэтью. — И нет никаких гарантий, что за первой попыткой не последуют другие. Он, несомненно, принадлежит к группе, которая устроила взрыв в тоннеле. Вероятно, парень прочел эту дурацкую заметку во вчерашней газете, где говорилось, что к мисс Барбер вернулась память, и решил действовать. С сегодняшнего дня… нет, с этого часа вы должны поставить у дверей палаты двух охранников, и пусть охраняют мисс Барбер круглые сутки. Вам ясно?