Даниэла Стил - Верить в себя

За ужином они разговаривали и о других вещах, наслаждаясь изысканными и просто очень вкусными блюдами. Лишь когда принесли десерт, Мэтью наконец решился заговорить на волнующую его тему. Он хотел поговорить с Кэрол о будущем, об их будущем. Всю прошедшую ночь Мэтью ворочался в кровати, размышляя, как им быть дальше. Раньше он старался отгонять от себя подобные мысли, надеясь, что все как-нибудь устроится само собой, но фотографии в газетах сыграли роль своеобразного катализатора, и теперь Мэтью просто не мог думать ни о чем другом. Они уже не в том возрасте, чтобы о них судачили, полагал Мэтью. Достаточно они прятались и скрывались ото всех, пора становиться солидными людьми. Так Мэтью и заявил, пока Кэрол лакомилась тортом с начинкой из карамельного мороженого.

— Я думаю, мы с тобой ведем себя вполне пристойно, как добропорядочные члены общества, — сказала она, улыбнувшись. — Не знаю, как ты, но я теперь образцовая вдова.

— Мое поведение тоже безупречно, — заявил Мэтью и гордо выпрямился. — Все эти годы у меня не было ни единого увлечения. — Мэтью и раньше говорил ей, что после Арлетт она была единственной женщиной, которую он любил. Кэрол не сомневалась, что это не пустые слова.

— Эта статья в «Геральд трибьюн»… Из-за нее мы с тобой выглядим бесчестными лгунами, — пожаловался он.

— Ничего подобного, — быстро возразила Кэрол. — Нравится тебе это или нет, но ты до сих пор остаешься заметной фигурой. Что касается меня, то я — кинозвезда, и этим все сказано. Что, по-твоему, должны были написать о нас? Вышедший в тираж политик и бывшая актриса гуляют в парке, словно два старпера? А ведь мы с тобой и есть старперы!

— Кэрол! — Мэтью невольно рассмеялся, хотя было видно, что он не в восторге от подобного определения.

— Газеты должны продаваться, поэтому репортеры из кожи вон лезут, чтобы придумать что-нибудь пикантное. Лгать они никогда не боялись; просто в нашем случае какой-то журналист случайно попал в точку. Но истину никто никогда не узнает, если мы сами ее не откроем, — Но мы знаем правду. По-моему, этого достаточно.

— Достаточно для чего?

— Для того чтобы попытаться восстановить наши отношения. Тогда, пятнадцать лет назад, у нас ничего не получилось, и в этом моя вина — я не смог изменить свою жизнь и не сдержал своего обещания, но теперь…

При других обстоятельствах Кэрол только порадовалась бы, что Мэтью готов признать свою вину, но сейчас его слова ее только встревожили.

— Что ты имеешь в виду?

Мэтью не стал ходить вокруг да около.

— Ты выйдешь за меня замуж? — спросил он напрямик и, взяв Кэрол за руку, заглянул ей в глаза.

Кэрол долго молчала, потом отрицательно покачала головой. Это было совсем короткое движение, но оно потребовало от нее невероятных усилий.

— Нет, Мэтью. — Голос ее звучал негромко, но твердо. Мэтью сразу сник, этого он и боялся.

— Почему? — все-таки спросил он. Его лицо было мрачным, но в глазах еще горел огонек надежды.

— Потому что мне не хочется снова становиться замужней женщиной, — объяснила она. — Моя жизнь нравится мне такой, какая она есть, к тому же я не так молода, чтобы стремиться к переменам. Я дважды побывала замужем; по-моему, этого достаточно. Мой второй муж был прекрасным человеком, и я его любила. Да и с Джейсоном мы прожили десять неплохих лет, так что я считаю — с моей стороны было бы просто грешно желать чего-то еще. Тебя я любила всем сердцем, но мы расстались, и я не вижу смысла ворошить прошлое. Что ушло — то ушло. — Кэрол не стала говорить о том, как мучителен для нее был разрыв с Мэтью. Он и сам это знал — знал и казнил себя на протяжении всех этих лет.

— Мы не расстались. Ты ушла от меня, — поправил он, и Кэрол кивнула.

— У меня не было другого выхода. Ты принадлежал Арлетт и Франции. У меня никогда не было на тебя никаких прав.

— Я овдовел и ушел из правительства, — напомнил Мэтью.

— Ты — да. Я тоже осталась одна, но на покой не собираюсь. Я хочу сниматься в новых фильмах, хочу получить новые интересные роли! — При этих словах глаза Кэрол загорелись. — Быть может, я снова начну ездить по всему миру, как раньше, и мне бы не хотелось, чтобы кто-то из моих близких был на меня за это в претензии. Постарайся меня понять, Мэтью: я хочу жить собственной жизнью, и даже если я не получу новых ролей в кино, я все равно предпочитаю оставаться свободной и делать то, что могу: бороться за права женщин и детей, заниматься благотворительностью. Хочу проводить время со своими детьми. Быть может, я даже закончу эту дурацкую книгу, если вспомню, как работать на компьютере. Примерная жена из меня вряд ли когда-нибудь выйдет.

— Я люблю тебя такой, какая ты есть.

— Я тоже тебя люблю… то есть мне так кажется, — уточнила Кэрол. — Но я не хочу связывать себя обязательствами, которые могут помешать мне осуществить мои планы. А больше всего мне не хочется еще раз пережить… то, что я уже пережила однажды. — Именно это было для Кэрол самым главным. Не карьера, не права женщин и другие дела, а разочарование и боль, повторения которых она так боялась. Кэрол понимала: былое чувство вновь пробуждается в ней, но теперь она прекрасно сознавала и опасность подобного увлечения. Пусть он больше и не был министром, пусть теперь он был свободен — все равно воспоминания о пережитых страданиях не позволяли ей рисковать снова.

— На этот раз тебе ничто не грозит, — сказал Мэтью с искренним раскаянием в голосе. — Поверь, я тебя не разочарую…

— Кто знает? — Кэрол пожала плечами. — Люди, сами того не желая, часто причиняют друг другу боль; вот почему любовь и страдание всегда идут рука об руку. Собственно говоря, любовь и есть готовность к страданиям, к жертвам. К сожалению, я такой готовности в себе не чувствую. Хватит с меня страданий. Я не хочу снова испытать то, что уже случилось со мною однажды. Мне не нужна новая боль — и новая большая любовь мне тоже ни к чему. Я слишком стара, чтобы ввязываться в подобные авантюры — ведь мне уже пятьдесят! — Хотя Кэрол и выглядела значительно моложе своего возраста, но она все равно его чувствовала — особенно после того как пострадала от взрыва.

— Но это же смешно, Кэрол, ты все еще молода. Люди намного старше нас женятся и выходят замуж, а мы… Чего мы боимся?! — Мэтью очень старался убедить ее, но Кэрол не собиралась менять своего решения.

— Старики вступают в брак, когда им нужна нянька, — жестко ответила она. — А нам с тобой, смею надеяться, до этого еще далеко. Кроме того, я только что сказала тебе, чего боюсь я. В моей жизни было слишком много боли. Я пережила разрыв с тобой, измену Джейсона, смерть Шона. По-моему, для одного человека этого вполне достаточно. Я не хочу повторения.

По ее тону Мэтью понял, как глубоко она верит в то, что говорит, и все же не мог отказаться от попыток переубедить Кэрол. Покидая ресторан, они все еще спорили, но так и не пришли ни к какому компромиссу. Кэрол продолжала стоять на своем, и Мэтью почувствовал, что все его усилия тщетны. И все же он еще боролся.